- Поблагодарю. Хоть его методы и кажутся мне несколько экстремальными. Но он ведь все еще в Каирне.

- Да, это проблема, - вздохнул Джон. - И я до сих пор не знаю, как ее решить. - Он задрал голову вверх, к маковке горы, скрытой снежной вьюгой. - Может, Партурнакс подскажет. У меня к нему много вопросов.

*

Монахи не пожелали проводить их на вершину, сказав, что после стольких дней полного молчания Джону будет полезно поразмять связки. Сноу был категорически не согласен, но непробиваемое стадо Седобородых только фыркнуло и подтолкнуло вперед, навстречу подвигам.

- Лок Ва Кур! - в очередной раз проорал он, разгоняя метель и ощущая противное жжение в горле.

- Король Севера!.. - запищала Арья, испытывавшая желание тоже повопить. Дитя Винтерфелла, что с нее возьмешь, подумал Джон недовольно, подавляя насущную потребность съездить сестре по башке. С момента их счастливого воссоединения такая потребность возникала у него неоднократно.

Наконец метель осталась позади и они втроем ступили в маленькое королевство Партурнакса, где нынешним утром было сущее столпотворение. Может, у старого дракона по Миддасам приемный день, подумал Джон, оглядывая крылатое шипастое собрание.

Вультурьйол валялся недалеко от стены, млея на солнышке. На месте прежней Тид-Аран, Раны во Времени, расположился Алдуин во всей своей первозданной красе. Сам же Партурнакс лежал в снегу на брюхе, сведя перед собой крылья, словно закрывал ими что-то важное, и хитро косился на Джона поверх загнутых коготков.

- Дрем Йоль Лок, Довакин, - важно прогудел Алдуин будто из поднебесья и Сноу чуть не присел в реверансе, настолько это было величественно. С трудом выговорив приветствие, он обвел глазами гигантов, понимая, что добиться от них ответов будет куда сложнее, чем он себе представлял. А все из-за великолепия Алдуина.

Воздух посреди площадки вспух пузырем, и Призрак, белый, пушистый, родной Призрак в длинном прыжке выскочил на снег и, блестя умильными красными глазками, побежал отвлекать внимание первенца Акатоша на себя. Как только Алдуин, размякший при виде “славного волчика”, был обезврежен, Джон наконец-то смог приступить к разговору.

- Здравствуйте все. Я даже не знаю, с чего начать.

- Как всегда, - фыркнул Вультурьйол, а Серана, робко жавшаяся за спиной у Старков, не выдержала и прыснула в кулачок.

- Тогда давай я начну, - предложил Партурнакс с ухмылкой. - Вот, смотри что у меня есть, - и он отвел в сторону сгиб крыла.

На вековечном снегу Монавен цвела зимняя роза, синяя как тихий вечер, с лепестками хрупкими, будто тающие льдинки.

- О, - выдохнула Арья, подбираясь поближе. - Это же я тут семена рассыпала… Неужели проросло?

- Вырастая - крепнем, - промурлыкал Партурнакс, довольно оглядывая розу, а потом хвастливо высказался: - Моя лучше твоей.

Арье ничего не оставалось, кроме как согласиться.

- Братец занимается чепухой, - непререкаемо заявил Алдуин, а потом отвлекся от Призрака, присмотрелся к чему-то в воздухе и словно потянул когтем на сгибе крыла невидимую струну. Джону даже показалось, что на миг эта струна обрела телесность, проступив в материальный мир из эфира.

- Хммм, - недовольно завозился Алдуин, поднял уже оба крыла и заперебирал когтями, будто играл на незримой арфе, а потом стал тихонько напевать себе под нос. Призрак пошевелил ушами, сел и начал подвывать.

- Спой же, о светлая муза, нам гимн сладкозвучный, - проурчал Вультурьйол и перевернулся кверху брюхом.

Джон стоял раскрыв рот и ему начинало казаться, что вместо Глотки Мира он каким-то невероятным образом забрел в приют для умалишенных. И они еще его называют сумасшедшим! Да он здесь самый нормальный из всех, возмущенно подумал он, глядя, как Арья ползает на четвереньках вокруг розочки, а Вультурьйол блаженно дергает лапой. На Алдуина, спевшегося с Призраком, он и вовсе старался не смотреть.

Впрочем, посреди всего этого драконьего безумия у Сноу все же нашелся один союзник. Серана, глядевшая на все это с не меньшим изумлением, вцепилась в его локоть, словно ища хоть что-то надежное и понятное, за что можно ухватиться.

- Все равно фальшивит, - заявил Вультурьйол, на что Алдуин, сбившись и нервно дернув очередную струну, окрысился:

- Много ты знаешь. Тебя двемеры вообще в собственный Крик завернули и заперли.

- Ты, братец, двемеров-то не недооценивай, - вступил в спор Партурнакс. - В звуке они кое-что понимали.

- За то и поплатитись, - мстительно ухмыльнулся Вультурьйол.

- Так вы знаете, что с ними случилось? - вылезла вперед Серана. Тайна исчезновения двемеров вот-вот должна была раскрыться, и девушка попросту забыла, что ей положено бояться.

- Конечно, знаем, - кивнул белый дракон. - Мы им тональность подправили. Все-то они лезли туда, куда им было лезть не по уму. Чуть весь мир не угробили своими экспериментами, а уж что они со снежными эльфами сделали… И все потому, что в их липкие двемерские ручки попали чужие инструменты. Словом, мы их обезвредили. Отправили в другой слой.

- А мне нравится двемерская архитектура, - призналась Серана.

- Да, мне тоже, - легкомысленно отвечал Партурнакс и глянул на черного дракона: - Братец Алдуин, там на четверть тона выше надо.

- Отстань, - раздулся первенец. - Тут столько всего накручено…

- Стесняюсь спросить, - Джон наконец рискнул привлечь к себе внимание, - а что это за струны?

- Струны мира, - снизошел Алдуин. - После закрытия Тид-Аран приходится все распутывать.

- А тот след? Там, внизу? - высказал он наконец-то наболевшее. Воспоминания о ледяной расселине не давали ему покоя.

- Тоже Тид-Аран, - ответил Партурнакс. - Но ею придется заняться позже. А пока что просто не бери в голову… и не ходи туда.

Терпение Джона лопнуло.

- Так, все, - заявил он. - Я тут не в последнюю очередь ради вас, так что отвлекитесь от своих дел и ответьте на мои вопросы.

- Спрашивай, - добродушно ухмыльнулся Партурнакс.

- Спасибо, - он выдохнул и постарался собраться с мыслями. - Во-первых, на меня тут собирались покушаться. Мол, идет Истинный Драконорожденый, а ложный должен умереть, и это очень обрадует какого-то там Мирака.

- Разве Мирак жив? - встрепенулся Вультурьйол.

- Получается, что да, - помрачнел Партурнакс. - Кто бы мог подумать…

- Но кто это? - нетерпеливо спросил Сноу.

- Довакин и драконий жрец, очень древний. Неудивительно, что он считает тебя ложным, ты же из другого мира, - Партурнакс задумался. - Пожалуй, оно и хорошо, что ты теперь вампир. Мирак противник не из легких.

- Но я не хочу быть вампиром! - вскричал Джон.

- А чем оно тебе плохо-то? - удивился Алдуин. - Ты даже кровь не пьешь, питаешься солнышком. Ни забот, ни хлопот, любая рана вмиг срастается. Нет уж, ты лучше побудь пока так.

- То есть вы знаете, как меня вылечить? - прищурился Джон.

- Ну-у, - закокетничали драконы.

Конечно, знают, подумал он. Дюрневир знал - и они знают тоже. Но не помогут, поскольку считают, что вампиром ему сейчас быть выгоднее.

- Ладно, - махнул он рукой. - Настаивать, я смотрю, бесполезно. Тогда другой вопрос: вампиры - и в частности лорд Харкон - как-то связаны с Мираком?

- По всему выходит, что нет, - ответил Партурнакс и уставился на него, ожидая взрыва возмущения. Но Джон, взяв себя в руки, проявил похвальную сдержанность и дракон довольно продолжил: - Но они, как ты и сам знаешь, замешаны в ситуацию с Кель. Кстати, тут у меня и третий есть… тот самый

Дракон стал копаться в сугробе по соседству и выкатил наружу знакомый Джону Свиток в чехле.

- А где уточка? - придирчиво оглядел чехол Сноу.

- Какая уточка? - честно посмотрел на него Партурнакс. Джону не оставалось ничего другого, кроме как засмеяться.

- Что ж, главное, что Кель тут, - наконец высказался он философски, - и в одном из этих Свитков пророчество…

- В трех, - поправил его Алдуин.

- Так вы про него знаете?