Тот кивнул, зажимая рукой бок. Арья выпрямилась:
- А почему зелье не дали? Видите же, мучается.
- Так все запасы там остались, - Бабетта махнула рукой в сторону заваленных камнями проходов.
Арья вытащила из кармана припрятанный на всякий случай пузырек и протянула Визаре.
- Вот, выпей… И что это вы там у озера прыгаете?
- Пытаемся гроб достать, - сморщился Назир. - Она не затыкается.
- Кто? - удивилась Арья и тут же поняла: - Ах, конечно. Мамуля.
- Орет который час, - помотала головой Бабетта. - Даже мне тяжко, а у Визары вообще сотрясение, ему совсем нехорошо.
- Уже получше, - прокряхтел рогатый ассасин, собираясь встать на ноги.
- Нет, ты уж лучше посиди, герой, - прикрикнул на него вампиренок и уставился наверх, на разбитый витраж, за которым громоздилась мебель. - О, ну вот, опять начинается…
Из-за витража донесся истерический смех, а потом неразборчивые вопли.
- Мне начинает казаться, что Мамулю свел с ума именно он, - промолвил Назир, болезненно кривясь и зажимая уши.
- Я ничего не слышу, - помотала головой Арья.
- Серьезно? - вытаращилась Бабетта. - Что ж, в таком случае тебе крупно повезло.
- Это конец Темного Братства, - мрачно произнес Назир. - Уже давно все к этому шло. Матрона свихнулась, Цицерон свихнулся, Арнбьорн свихнулся и сбежал, Габи и Фестус мертвы, и нас осталось всего пятеро.
- Ну и что, - пожала плечами Арья. - Мы-то живы. И можем жить дальше, и заниматься своими делами, и нам вовсе не нужен для этого говорящий гроб.
- Нам наоборот нужно, чтобы его не было, - поморщилась Бабетта и крикнула в сторону озерца. - Да заткнись ты! Заткнитесь оба!
Цицерон залился истошным смехом, и в щели между мебелью возникла совершенно сумасшедшая физиономия:
- Мамуля вам всем покажет! - и в них полетел какой-то откупоренный пузырек. Он упал в воду и булькая ушел на дно.
- Лечебными зельями швыряется, поганец, - прошипел Назир.
Арья оглянулась на Визару. Тот сидел, привалясь к верстаку, и, хоть и выглядел чуток получше, явно не был полностью здоров.
- Так, ну все, - решительно сказала она. - Начнем с простого.
И она стала карабкаться по скале к разбитому витражу. Сняв с пояса Розу, она сунула ее в просвет, съездив шипами по злорадной морде Цицерона, и запустила ему в укрытие парочку скампов. На пол упал сухой лепесток. Последовавшие за этим визги и хруст костей вызвали вполне довольную ухмылку на ее личике.
Сожрав шута, сытые скампы занялись расчисткой мебели за витражом, Арья вернулась к компании, и, пока даэдра ворча и сопя трудились, ее познакомили с присутствующими и вкратце поведали, что же все-таки произошло.
Сперва вернулся Визара. И все бы хорошо, и даже Цицерон наконец заткнулся, перестал плясать и пару дней ходил в большой задумчивости, но потом шут вдруг впал в амок. Он напал на Визару, затем на Габриэллу; подоспевший Фестус швырнул в него заклинанием и в запале обрушил свод, но прыткий безумец успел увернуться, а вот Бабетта и Назир еле успели спастись из-под обвала. Маг на этом не успокоился и запустил в витраж огненным шаром, в результате чего гроб покачался-покачался, да и рухнул в озерцо, а Цицерон, разъярившись от такого непочтения, метнул в Фестуса кинжал и попал. А Мамуля, упав в воду, заорала и до сих пор орет.
- Надо ее достать, - сказала Арья и подозвала скампов. Гаденыши упирались, говорили, что в воде мокро и это не их стихия, но Арья все равно загнала их в озерцо, хлеща Розой по мохнатым ляжкам.
Наконец скампы вылезли из озера, с натугой волоча за собой тяжеленный стальной саркофаг. Арья отпустила умаявшихся бедолаг обратно в Обливион и начала трудиться над замком, пока Бабетта с пугающей ловкостью поползла по стене наверх добывать лечебные зелья.
Гроб открыли.
- Мда, - поджал губы Назир. - Я как бы… мм… не впечатлен.
Арья смотрела на кривенький скелетик, обтянутый пергаментной кожей, уморительно сложивший сухие ручки на груди, и изо всех сил старалась не расхохотаться. Склоненная на плечо голова Мамули производила совершенно старушечье впечатление.
Бабетта, проходя мимо гроба, глянула, фыркнула и стала совать Визаре в драконьи лапки одно зелье за другим. Аргонианец явно интересовал ее куда больше, чем какие-то мокрые кости.
- И что делать будем? - спросил Назир. - Может, в музей? Или свой откроем, вот прямо тут…
Арья заржала.
- Нет, ну а что, - взялся отстаивать идею редгард. - В Данстаре, говорят, музей организовали, мы тоже можем… Она же ведь заткнулась наконец.
- Вряд ли надолго, - вздохнула Арья. - Лучше сжечь.
И тут ее голову прохватил чудовищный, ни с чем не сравнимый визг. Она повалилась на пол, стискивая череп руками, понимая, что выскрести оттуда этот вопль не получится ничем. Издалека донесся голос Бабетты:
- Услышала наконец. А нам-то каково было… Тащи дрова, Назир. И убери плаксу из-под ног.
Редгард подхватил хнычущую Арью и сгрузил ее под бок к Визаре. Сквозь пелену слез она смотрела, как вампиренок и Назир раздувают погасший кузнечный горн и начинают добросовестно перекладывать Мамулю из гроба в мешочек. Визги не умолкали, но все вокруг вели себя спокойно. Арья подумала, что, видимо, на сей раз весь гнев Матроны достался ей одной.
Что ж, признавала Безликая, до некоторой степени она это заслужила.
Мешок упал в огонь и вопль затих, оборвался, как по волшебству. Визара, налакавшийся зелий почем зря, стал помаленьку засыпать, Арью, уставшую после путешествия и концерта костей, тоже сморило.
- Давай их одеялком, что ли, накроем, - сказала Бабетта, глядя, как парочка убийц сонно отпихивают друг друга, пытаясь поуютнее устроиться под верстаком.
- Пойду схожу в Фолкрит, - сказал Назир. - У нас всю еду завалило.
- И пару бутылок возьми, - потребовал вампиренок. - Только Альто, а не дрянь какую, я ту яблочную косорыловку пить не стану.
- Вот не понимаешь ты, букет с нотками корицы и…
Дальше Арья уже не слышала, убаюканная тишиной и теплом.
*
За завтраком все сидели недовольные и гадали, как им теперь жить.
- Нас еще и Империя ищет, - пробубнил Назир. - Что делать-то будем?
- Темного Братства больше нет, - вздохнул Визара.
- Но есть мы, - не унывала Бабетта. - Мы семья. Кроме тебя, новенькая. Мы тебя пока что не знаем.
- И хотела бы я вас порадовать, - отвечала Арья, набивая рот хлебом и сыром, которые Назир добыл в Фолкрите, - но у меня плохие новости.
Остатки Братства обеспокоенно уставились на нее.
- Астрид погибла под Солитьюдом.
- Кто ее убил? - нахмурился Назир.
- Никто. Шею свернула.
- Она отправилась на задание Матери Ночи, - сказал Визара. - Какие-то трое упорных вроде бы…
Арья пожала плечами.
- Была я там. Их тоже порешили. Нашли место для встречи, в Старых катакомбах. Там же все драуграми кишело.
- Да ты просто смерть ходячая, - всплеснула руками Бабетта, укоризненно глядя на нее. - Тебе же достаточно просто куда-то прийти - и готово, все мертвые.
- Думаешь, Астрид просто так со мной встретиться захотела? - ухмыльнулась Арья. - И хорош жаловаться, вы-то живы.
- Как сказать, - с сомнением протянул Назир. - Фестус и Габи вот нет.
- Не я их убила и не я свела Мамулю с ума, так что не ко мне вопросы. Перестаньте перебивать, я о серьезном говорю, жизнь вам пытаюсь спасти! Империя не уймется, пока не изведет Темное Братство. И вот что я предлагаю…
Все навострили уши, наклоняясь вперед, даже Бабетта, которая и без того все прекрасно слышала.
- Людям всегда будут нужны такого рода услуги. А так же шпионаж, подлоги и все прочее. Вот и занимайтесь своими делами, как прежде, кто мешает. Скажу в Легионе, что Убежище заняли мои друзья, которые помогли мне разделаться с Братством… и которые искушены в охоте на вампиров.
- И они поверят? - скептично спросила Бабетта, пока Назир и Визара растерянно переглядывались.
- Поверят, - без колебаний заявила Арья. - Генерал меня просто обожает. Я ему показала Клиночек и теперь он искренне верит, что Астрид убила я.
