— Конечно, мы за, — ответили хором Рыкьё и Ларс и переглянулись.
— Снова будем сражаться со злом плечом к плечу, как в старые добрые времена, — улыбнулся Ларс.
— Да, я соскучился по приключениям, уже три месяца ни на ком не практиковал боевые заклинания. Ну, если не считать того случая с друидами в лесу, — осклабился кардинал.
— Лишь бы повоевать с кем-то. Одно слово — мужчины, — с улыбкой покачала головой Фелина. Но и в её глазах Лина, к своей великой радости, вновь увидела давно потухший огонёк бесшабашной смелости, оптимизма и жизни.
— Вот видишь, Макс, у меня уже и команда есть. Так что ты езжай вместе с Лайнолом и профессором, будешь им помогать в изучении города, — сказала Лина.
Макс как-то странно смотрел на Лину и на стоявших за её спиной Ларса, Рыкьё и Фелину. Ему стало досадно оттого, что львица так быстро набрала себе новую команду. Как будто и не было нескольких лет приключений, в которых он, Макс, и она, Лина, всегда были рядом и спасали друг друга от опасностей. У Макса было такое ощущение, как будто порвалась вдруг какая-то ниточка, которая связывала его с этой смелой изобретательницей и с прошлым, в котором они, Макс и Лина, были неразлучны и необходимы друг другу.
— Ваше Величество, каково будет Ваше решение? — спросил наконец Лайнол.
— Я согласен. Летим хоть завтра, — безразлично ответил Макс и вышел в коридор.
Он решительно не понимал, почему Лина вдруг захотела, чтобы он покинул её, свою лучшую подругу, и отправился на какие-то острова. Он и не подумал даже, что львица только желала защитить его от возможной опасности, угрожавшей ему в будущем.
Макс отстраненно наблюдал, как его друзья расходятся кто куда после этого небольшого совещания. И вот наконец все ушли, кроме Фелины. Она побродила по коридору, рассеянно окидывая взглядом стены и пол, а потом подошла к Максу.
— Грустишь? — спросила она лаконично.
Макс пристально посмотрел в её огромные голубые глаза и увидел в них отражение собственной грусти.
— Грущу, — вздохнул он.
— И я грущу.
— А ты-то почему?
— Да так… Запуталась я, Макс, — ответила Фелина тихо, глядя куда-то в сторону.
А потом их глаза встретились. Перед внутренним взором Фелины и Макса, хотя они даже и не подозревали о том, пронеслись одни и те же яркие картины из детства, когда они оба были маленькими беззаботными котятами, которые ходили по джунглям с корзинкой и собирали фрукты, а потом играли в войнушку или догонялки. Как они были счастливы тогда! Такого полного, истинного счастья они никогда больше не испытывали…
Фелина приблизила своё лицо к лицу Макса и неожиданно для него и для себя самой подарила ему короткий поцелуй. В губы…
Они тут же отшатнулись друг от друга в смятении, не понимая толком, что же такое случилось секунду назад.
А в паре метров от них застыла как громом пораженная Лина. Она только что пришла, желая объяснить Максу, почему она не хочет, чтобы он оставался в столице. И увидела эту маленькую сценку. Этот поцелуй.
Она прекрасно видела по побелевшим лицам Макса и Фелины, что поцелуй этот был абсолютной случайностью. Но… случайности не случайны.
Через минуту в коридоре уже никого не было. Макс выбежал из дворца с твердым намерением обойти весь город и во время прогулки хорошенько подумать о том, что случилось. Ему нужно было подышать свежим воздухом и какое-то время не видеть никого даже из тех, кто был близок его сердцу.
Лина стрелой ворвалась в свою спальню, которая находилась в огромной башне, большая часть которой была отведена под мастерскую талантливой изобретательницы, и кинулась на кровать. Она пролежала так несколько часов почти неподвижно, тихо всхлипывая и не понимая, почему то, что она только что увидела, причиняет ей такую боль, как будто ей в самое сердце вонзили меч.
А Фелина до вечера расхаживала по своей спальне, погруженная в тяжелые мысли. Когда она заметила, что за окном стало совсем темно, она переоделась в ночную рубашку и легла в кровать. Однако спустя пять минут она встала, осознав, что не сможет уснуть, и отправилась к кардиналу Рыкьё. В его спальне, насколько она помнила, было кресло. Вот она сядет в кресло и будет его ждать, а потом расскажет ему обо всем, что передумала и перечувствовала после того, как она перешла на сторону Макса. Но, как бы это ни было досадно, кресла в спальне Рыкьё не оказалось, и Фелина села прямо на аккуратно заправленную кровать. Каково же было изумление кардинала, когда он вошёл в свою спальню и увидел королеву белых тигров, сидящую на его кровати в одной ночной сорочке.
— Эм… Ваше Величество, я надеюсь, что я просто неправильно Вас понял и Вы пришли совсем не за тем, о чем я невольно подумал, — смущенно произнёс он.
Фелина, вдруг поняв, как выглядела вся эта сцена в глазах кардинала, поспешно ретировалась с кровати и отошла к окну.
— Я хочу с Вами поговорить, как со священником. Вы же так хорошо разбираетесь в душах окружающих, столько невероятных историй слышали в своё время на исповедях. Помогите мне, я не знаю, что думать, я не знаю, что мне делать…
И Фелина, запинаясь и стесняясь, принялась рассказывать оторопевшему Рыкьё о своей дружбе с Максом, о союзе с Мастером Теней, о том, как она осознала свою ошибку, как попыталась остановить своего бывшего союзника-мага, и о поцелуе с Максом.
========== Глава 13. Ликбез от Мастера Теней ==========
— То есть Вы просто его телепортировали? — вновь спросил пораженный рассказом Мастера Теней Рекс.
Был уже вечер, и сумерки постепенно спускались на землю. Рекс и Мастер Теней говорили уже несколько часов и даже не предполагали, что за время их разговора в львиной столице успел произойти целый ряд немаловажных событий, описанных в предыдущих главах.
— Я тебе уже в сотый раз говорю: «Да, я его телепортировал!» Причем потратил на это, по своей глупости, последнюю жемчужину перемещений, которая у меня была, и лишился возможности вернуться в родной мир, — раздраженно отвечал ворчливый маг.
— И Вы отправили его в свой родной мир, тот самый мир, откуда Леотур принёс Жезл Тьмы? Значит, Вы один из этих… как их?.. которые ещё в этом древнем тексте упоминались, — Рекс быстро просмотрел свиток, — да, селуриты. Вы из них?
— Ну, да, — вздохнул колдун.
— Я все же не понял, зачем Вам понадобился этот Жезл Тьмы? Вы же сказали, что он поглощает магическую энергию и для магов смертельно опасен?
— Он опасен для светлых магов и их магических артефактов. Он истощает их магические силы, перекачивая в себя часть их волшебной энергии, и преобразовывает её из светлой в темную. Для тёмных магов этот артефакт скорее даже полезен, чем вреден. Если бы у меня был Жезл Тьмы пару лет тому назад, никакой Львиный Жезл не помог бы Максу. Жезл Тьмы просто высосал бы из него, Львиного Жезла, всю магическую энергию, и он превратился бы в бесполезную палку.
— Почему же Вы всё это время охотились за какими-то магическими кристаллами, когда можно было просто добыть этот Жезл Тьмы и дело с концом?
— «Просто добыть» Жезл Тьмы нельзя. Когда я готовился стать одним из пятидесяти Хранителей Жезла Тьмы, мне популярно объяснили, что Жезл Тьмы реагирует только на светлых магов и магические артефакты, напитанные светлым волшебством, и чуть ли не буквально просится в руки колдуну или обладателю какой-нибудь волшебной штуковины, если только от них веет светлой магической энергией, которую Жезл Тьмы может забрать себе. Если же Жезл Тьмы «учует» вблизи себя темного мага, он становится невидим или телепортируется в случайное место. Кстати, из-за этого-то малоприятного свойства Жезла Тьмы нам, Хранителям, запрещалось входить в катакомбы, где он находился, и мы просто охраняли выходы и входы в подземелья, а в самих подземельях ни разу не были.
— А зачем вам, селуритам, нужен был этот Жезл Тьмы? Стоил он того, чтобы его так тщательно охранять?
— Несомненно. Он служил для нас источником темного магического поля, которое защищало наши владения от нападений агрессивных зилантов, давно хотевших завоевать наши земли. А потом пришли эти хвостатые балбесоиды из вашего мира и украли у нас Жезл, который легко дался им в руки, потому что «чувствовал», что от них веет светлой магией.
