— Если и так, — все же сдался Этьен, отведя глаза, — мерзкие же у него, однако, были методы.
— Может быть. Но в конце концов… Кто разберет, что там творится в головах у этих святых?
Этьен несдержанно рассмеялся.
— Возможно, мы это скоро узнаем.
Отблеск костра перед ними забрезжил не более, чем через десять минут пути. Оба они, завидев его, практически синхронно с облегчением выдохнули. Но двигаться дальше не спешили. В особенности делать этого не спешил Рено.
— Жаль, что ты все-таки потерял свою палку, — вздохнул Этьен. — Такая важная деталь. Была бы.
Рено тряхнул головой.
— Ты ведь веришь, что мы преуспеем? — тихо спросил он, взглянув на Этьена.
— Конечно.
Рено, глядя на него, улыбнулся. Так честно и лучисто, как не делал этого, кажется, ни разу за все прошедшие три дня.
— Тогда… — Продолжая улыбаться, он снял с себя медальон и уверенно протянул его вдруг Этьену. — Тогда возьми это.
Этьен, нахмурившись, едва от него не отшатнулся.
— Ты чего это? Он ведь для тебя важен. Как я могу?
— Когда-то, — вздохнул Рено, все с той же улыбкой глядя на медальон, — он стал для меня символом обретения веры. Пусть таким же символом он станет и для тебя.
Рено тряхнул им перед лицом Этьена, мотивируя его все-таки взять побрякушку. Простояв несколько секунд в раздумьях, в конце концов Этьен все же принял его.
— Но веру в кого я, по-твоему, должен сейчас обрести?
— Не знаю, — простодушно пожал плечами Рено. — В кого ты захочешь.
Взглянув себе на грудь, Этьен понял, что эотасианский символ на его тунике стал совершенно невидим под толстым слоем засохшей крови. Тихо усмехнувшись, он надел на себя медальон. По лицу его неожиданно пробежала тень улыбки.
— В таком случае… Магран подойдет?
— Дурак.
Рено, усмехнувшись себе под нос, сделал шаг вперед, не сводя взгляда с крохотного огонька вдалеке. Коротко рассмеявшись, Этьен поравнялся с ним. Лес вокруг них молчал, словно зачарованный.
— Но, — нахмурился спустя минуту затишья Этьен, — отдав мне медальон, как же ты будешь уверен в том, что Эотас сейчас с тобой?
— Поверь, мне и не нужна эта уверенность.
Рено положил ему на плечо руку. В глазах у него ярким отблеском отразились вдруг искры.
— Все получится, — уверенно сказал он. — Что бы ни случилось, у нас все получится.
— Я знаю, — улыбнулся Этьен. — Ведь сейчас все зависит только от нас.
========== XVII. То, что должно ==========
«Поздравляю, — прозвучал у него в голове голос. — Ты нашел то, что искал.»
Впервые в жизни к Конраду обращались мысленно, и потому он едва сумел тогда сохранить самообладание. Щурившийся черноволосый доходяга с перепачканной кровью грудью испугал его вначале, но очень быстро Конрад осознал, что начавшаяся в тот миг игра ему даже нравится.
«Какая удача, — подумал Конрад, не сменившись в лице. — Верно, тогда я прямо сейчас и могу вас скрутить.»
«Погоди. Не порть ему встречу. В конце концов, он очень долго ее ждал.»
Конрад смотрел на стоявшего перед ним Рено, что был сейчас едва ли не целиком перепачкан в крови, и не верил, что действительно когда-то его знал. С тех пор, как они расстались, Рено успел как следует возмужать, и глаза его наконец-таки перестали носить в себе выражение неиссякаемой хитрости. Вместо нее во взгляде Рено замерла теперь горечь отчаявшегося человека. Конрад понятия не имел, что испытывает, лицезрея своего давнего друга таким.
«Я знаю, что тебе был отдан приказ, — продолжал вещать в его голове голос, пока изо рта его носителя вылетала откровенная ложь. — И я уважаю твое право на то, чтобы сохранить свою верность начальству. Но, глядя в глаза Рено, скажи мне: сумеешь ли ты сейчас предать вашу дружбу?»
Рено, кажется, действительно был рад его видеть. Несмотря на то, в какое русло утекла их беседа в один момент, он не переставал вести себя доброжелательно. Конрад находил эту его манеру держаться несколько удивительной. Кажется, Рено действительно изменился. Потому что в былое время он никогда не считал нужным выражать кому-либо свою привязанность. Даже когда речь заходила о столь близких друзьях, как Конрад.
«Я понятия не имею, каким он был прежде, — посетовал голос, — но, в отличие от тебя, я знаю, каков он сейчас. Поверь мне, он не заслуживает такого предательства. Но даже если ты на него осмелишься, я приму твой выбор, пусть и сделаю все, что потребуется, чтобы не позволить тебе ему помешать.»
В висках у Конрада резко забурлила кровь, и на краткий миг ему показалось, будто голова у него сейчас взорвется. Впрочем, виду он не подал. Пусть сайфер все равно наверняка почувствовал, как Конрад сейчас испугался.
«Не трать время на угрозы, — подумал он. — Моего решения они все равно не изменят.»
«И каким же будет твое решение?»
Он не знал. Сам факт того, что Рено был до сих пор жив, вызывал у Конрада улыбку, но выбор между ним и его долгом был все же слишком сложен. А времени на раздумья у него практически не было.
«Раз меч здесь, то Дарел, очевидно, мертв. Это он его убил?»
«Нет. Его убил я.»
На этот счет сомнений у Конрада не было. Он еще на войне понял, что сайферы способны на многое. Но на них обоих столько крови…
«За что же ты его убил?»
«Он пытался помешать Рено.»
«Помешать в чем?»
Голос в его голове на некоторое время умолк, позволив им сказать друг другу еще немного лжи вслух.
«Рено хочет вытащить эотасианцев, — продолжал голос. — Если ты считаешь себя его другом, то поймешь, что для него это значит.»
«Я понимаю. Он редко бросал что-то на полпути. Но это самоубийственная затея. Если ты действительно так о нем печешься, может, лучше просто уведешь его отсюда?»
«Я не могу. Кажется, ты все-таки не представляешь, насколько это спасение сейчас для него важно.»
Разговор, что они вели вслух, подходил к концу. Конрад чувствовал, что ему пора уходить, но душа его до сих пор пребывала в смятении.
Да, когда-то они с Рено действительно были друзьями. Но неужели он лишь в память о старой дружбе должен ввязываться в его идиотскую затею? Это ведь попросту глупо. Что бы ни связывало их в прошлом, сейчас это имело слишком мало веса. Наверное, для Рено тоже. С другой стороны, учитывая, что и отец, и брат его мертвы, имела ли смысл та служба, на которой все еще состоял Конрад? А если Рено действительно соврал ему насчет отца, и умер тот вовсе не своей смертью?..
По направлению к дороге Конрад прыгнул, находясь практически в полной дезориентации. Что правильно? Что для него сейчас важнее? Боги, если бы только хоть кто-нибудь мог сказать ему это точно! Если бы только все это не было для него так…
В один миг Конрад вдруг словно бы лишился способности мыслить, потому как сознание его наполнил явственный образ. Он видел все так, будто бы прямо сейчас проживал то, что происходило перед его глазами, сам. Он видел своего отца, чье лицо перекосил испуг; видел, как Рено трясет мертвое уже тело за плечи, как читает молитву над свежевырытой могилой… Конрад тряхнул головой, отгоняя видение. Значит, Рено ему не врал. Может, и правда их дружба была еще для него важна?
«Ладно, — подумал Конрад, обращаясь к Этьену. — Спасибо, что показал. И какая помощь Рено нужна?»
Сайфер незримо усмехнулся.
«От тебя мало что требуется. Просто подготовь своих к его появлению. Но учти, что он будет один.»
«Понял. Но все-таки… Мне еще нужно время для размышлений.»
«Разумеется. Где нам вас найти?»
«На следующей развилке налево. На той дороге вы рано или поздно на нас наткнетесь.»
«Спасибо.»
Конрад обернулся через плечо, вглядевшись в лицо сайфера. Глаза того действительно выражали нечто, похожее на благодарность.
«Все же зря ты так с Рено, — практически вздохнул голос, пока владелец его не сводил с Конрада глаз. — Он теперь невесть что себе надумает.»
«Ну, полагаю, шанс извиниться у меня еще будет.»
— Бывайте, — кратко улыбнулся Конрад. — Надеюсь, не свидимся.