— Возможно, он старый или немощный, и ему нужна помощь!

Драко возвёл глаза к набрякшему снегом небу.

— Я иду в дом! — упрямо произнесла Гермиона и решительно дотронулась до дверной ручки.

— А я иду с Гермионой! — объявил Невилл.

— Да неужели кто-то думал иначе, — скорбно вздохнув, произнёс Драко.

Грейнджер сморщила нос, боком протискиваясь в образовавшийся проём. Дверь беспощадно скрипела.

— Гермиона, что-то я сомневаюсь, — зашептал Невилл, резко потеряв интерес к особняку. — Мне это совершенно не нравится.

«Как будто я от происходящего в неописуемом восторге» — сердито подумала Гермиона.

Она сразу же различила запах сырой древесины и плесени. Каждый шаг по деревянному полу поднимал в воздух массу мелких пылинок, выныривающих из промежутков между досками.

— Люмос максима! — воскликнула Гермиона, запуская под потолок большой светящийся шар. Отражения непрошенных гостей заплясали в помутневших стёклах секретера и на потускневших серебряных подносах. Тени расступились, сменившись очертаниями старинной роскошной мебели, портьер, увядших цветов в медных вазах. Пыль была повсюду: на чайных столиках, на коврах… С кованой люстры клочьями свисала паутина.

Нет, Каркаров не был здесь не год, а, казалось, лет тридцать — не меньше. Гермиона почувствовала глухое отчаяние, облекшее её обжигающей волной, и обхватила себя руками. Сердце у Грейнджер упало.

— Ну и что остановилась? — едкий голос Малфоя за спиной словно придал ей силы. — Где твой отлынивающий от обязанностей больной домовик-инвалид?

«Верно! — подумала Гермиона. — Невилл же видел кого-то в окне».

— Есть тут кто? — позвал Лонгботтом, снимая шапку.

— Мы тебя не обидим, — подхватила Грейнджер. К сожалению, никто не решался выйти ей на глаза. Гермиона стянула шарф и положила его вместе с сумочкой на стол, предварительно воспользовавшись очищающим заклинанием.

Драко отступил на несколько шагов и осмотрел холл. Одна из теней отлипла от холодной стены и скользнула мимо него по полу. Малфой отшатнулся в сторону и ударил заклинанием в темноту.

— Мерлин и его родня! — завопил Лонгботтом. — Что ты творишь?

Гермиона вскинула палочку, резко обернувшись.

— Здесь кто-то есть! — воскликнул Малфой.

— Привидение? — в ужасе предположил Невилл.

— Нет, — отрезал Драко. — В подвалах моего дома недавно поселился призрак. Это не было похоже на привидение, хотя неприятные ощущения аналогичны. И потом, духи белёсые, как туман, а это что-то чёрное и скользкое…

— Хватит нас пугать! — рассердилась Гермиона.

— Клянусь, какая-то мерзость только что дотронулась до моей ноги!

— Почему же я не верю? Предлагаю разделиться и начать поиски, — объявила Грейнджер. — Ищите тайники, просматривайте бумаги. Я не знаю точно, как выглядят записи Гриндевальда, тем более они зашифрованы.

— Иными словами, следует искать пергамент с непонятными закорючками, — уточнил Невилл со вздохом.

Гермиона утвердительно кивнула, уже прикидывая, с чего лучше начать.

— Я осмотрю гостиную, — безрадостно пробормотал Невилл, не горя желанием подниматься на второй этаж, где было так черно, хоть глаз выколи.

— Мне остаётся идти наверх, все равно здесь больше не на что смотреть, — сказал Малфой и снял из настенного гнезда факел. — Инсендио!

В помещении тут же стало ярче.

Оранжевый тёплый свет смягчил силуэты, и Гермионе стало чуточку легче.

— Ну, Грейнджер, выбирай себе компанию на ближайший час.

— Зачем это? Проще будет разделиться. Я проверю дальний коридор и комнаты у террасы, наверняка, там находится кабинет, — произнесла Гермиона.

Драко вытащил из гнезда второй факел и протянул его ей.

— Потом проверишь. Вместе с Лонгботтомом, — безапелляционным тоном произнёс Малфой. Но его слова и, главное, интонация, с которой они были произнесены произвели на Гермиону ровно противоположный эффект.

— Я справлюсь!

Драко внимательно посмотрел на неё, высоко держа факел. Гермионе жутко не нравился этот снисходительный взгляд, эта надменность и абсолютная уверенность в своей правоте. Она попыталась изобразить нечто похожее.

— Ну и ладно, — Малфой принял оскорблённый вид. — Идём, Лонгботтом. Этой упрямой колдунье не нужна наша опека.

— Можешь не волноваться за меня, Невилл. Иди, — сказала Гермиона.

Невилл кивнул и скрылся в гостиной.

— Могла бы сделать ему одолжение и пойти с ним, — не преминул уколоть Гермиону Драко. — Если ты уверена в своих силах, то за него я бы не ручался.

— Так ты не шутил? Ты кого-то видел?

— Я похож на шутника? Сейчас не лучшее время для этого.

— У меня есть палочка.

— Делай, как знаешь, — хмыкнув, сказал Малфой. — Две палочки лучше, чем одна.

Гермиона слабо улыбнулась и направилась вперёд. Драко двинулся к широкой лестнице, ступени которой были затянуты темно-синей ковровой дорожкой.

— Эй, Грейнджер!

Гермиона оглянулась.

— Если что-то найдёшь — дай знать, — Малфой выразительно постучал пальцем по кольцу.

Гермиона слабо улыбнулась и качнула головой.

«Да ну глупости! Нет тут ничего страшного!» Но всё же её не оставляло тревожное предчувствие.

Гермиона непроизвольно провела пальцем по ободку кольца. Раньше в трудные минуты она часто ненароком прикасалась к Поттеру: дотрагивалась до плеча, сжимала ладонь или просто давала дружеского тумака. Грейнджер полагала, что таким образом подбадривает Гарри, но теперь поняла — это он придавал ей сил. Ей не хватало друга.

Она миновала коридор с пустыми картинными рамами и вошла в небольшую комнату, где было гораздо холоднее, чем в холле, потому что почти всю стену занимало окно.

Грейнджер отдёрнула тяжёлые шторы, ненароком лишив жилья добрый десяток докси, и выглянула наружу.

Во внутреннем дворе особняка находился невероятной красоты зимний парк.

За небольшой террасой, высились запорошенные снегом ели. Старинные ограды и калитки превратились в ледяные помосты «морозного» городка. Повсюду свисали сосульки, длинные как пики, а за скамейками блестело что-то, похожее на чёрное стекло.

Гермиона с усилием отодвинула щеколду и впустила холодный воздух в комнату. Пламя факела яростно захлопало, сражаясь с порывами ветра.

Грейнджер оглянулась назад, заколебавшись на долю секунды, а потом шагнула на террасу.

Магия. теперь она тоже чувствовала её. Гермиона сняла перчатку и провела рукой по перилам, набрала горсть снега. Пальцы приятно покалывало.

— Я вижу тебя, — прошелестел кто-то.

Гермиона вздрогнула от неожиданности и отшатнулась в сторону, уронив факел. Раздалось глухое шипение тающего снега.

Перед девушкой возникла маленькая сгорбленная женщина с тусклыми жёлтыми глазами-крыжовниками на по-лошадиному вытянутом лице.

— Кто вы? — спросила Гермиона, взяв себя в руки.

— Сколько же я ждала? — голос незнакомки звучал так неестественно, точно женщина молчала долгие-долгие годы до этого дня.

— Вы давно здесь? Вы тут живёте?

— Мой хозяин велел мне ждать…

— Хозяин? — допытывалась Гермиона. — О ком вы говорите? Вы знаете Игоря Каркарова? Он ваш хозяин? Когда он был здесь в последний раз?

При упоминании Каркарова женщина встрепенулась и издала странный утробный звук.

— Нет, моего хозяина зовут иначе…

Грейнджер попятилась назад.

Женщина жалобно вздохнула.

— Я так давно не ела, — поделилась она, — никто не приходил, а сама я не могла уйти и ослушаться.

— Да кто же ваш хозяин? — напряжённо спросила Гермиона.

— Волдеморт.

Гермиона ощутила невероятное дежавю. Словно она опять оказалась в Годриковой Впадине в ужасном, тесном доме миссис Бэгшот, и ей некуда было бежать.

Незнакомая женщина согнулась до земли и покрылась блестящей чешуёй.

Грейнджер поняла, что перед ней какая-то диковинная тварь, а не человек. У этого существа появился хвост, молниеносным движением сбивший Гермиону с ног и опрокинувший в пустоту.