— Я видел тебя, — сказал Том хрипло. — Я же сказал тебе, чтобы ты не лез в мою голову.

— Я не был в твоей голове! — крикнул Гарри, наконец-то устав от медленного темпа всего происходящего. — Я был в …

— Ее имя, — подчеркнул Том, и это прозвучало так устало, — Нагайна.

— А, змея, — тихо сказал Дамблдор, уставившись на свои сложенные пальцы. Дамблдор встал так быстро, что Гарри подпрыгнул, и обратился к одному из старых портретов, висевших под самым потолком.

— Эверард? — резко сказал Дамблдор. — И ты тоже, Дилис!

Порыв движения…

Что? Гарри пошатнулся, его зрение затуманилось. Он… сидел. Когда он сел? Что было сказано? Как … сколько времени он опять пропустил?

Том слегка покачнулся рядом с ним, сидя на таком же стуле. Гарри не понимал, что происходит.

Дамблдор наклонился к серебряному инструменту и положил тот на стол. Он легонько постучал по нему кончиком палочки. Маленькое устройство ожило с тихим ритмичным щелкающим звуком. Крошечные клубы бледно-зеленого дыма выходили из крошечной серебряной трубки наверху. Дамблдор внимательно наблюдал за дымом, нахмурив брови. Через несколько секунд крошечные клубы дыма превратились в ровную струйку, которая сгустилась и свернулась в маленькую змею. Она скользнул по воздуху, остановившись прежде, чем каким-то образом разделиться надвое. Обе извивались и колыхались в темном воздухе. Дамблдор еще раз легонько постучал по инструменту палочкой, и змеи исчезли.

Том резко вдохнул рядом с Гарри, уставившись на устройство с чем-то вроде… страха?

Да. Это был страх, потому что Гарри чувствовал его.

Том, по какой-то непонятной причине, был в ужасе.

========== Carpe noctem* ==========

Комментарий к Carpe noctem*

*С лат. Насладись ночью.

От автора:

Лови эту ночь, прижми к себе. Оплакивай потери, которые будут сопровождать тебя всегда.

Они оставались в доме номер двенадцать на площади Гриммо.

Единственными источниками света были огонь в камине и несколько трепещущих свечей, расставленных по разным полкам. Кричер исчез в коридоре, злобно оглядываясь назад, пока они лениво наблюдали за ним. Сириус тоже был там, он выглядел встревоженным и нервным, так как не получал никаких вестей.

Том тоже прибыл вместе с ними, сидя на самом дальнем расстоянии от небольшой группы. В частности, от Джинни, от которой исходила темная аура, и она выглядела готовой атаковать его даже в одной ночнушке.

— Что случилось? — тихо спросил Сириус, от которого шёл слабый запах несвежего пива.

— Я … — Гарри замолчал, бросив короткий взгляд на Тома, прежде чем посмотреть в ответ. — У меня было…что-то типо…видения …

Гарри рассказал им все, что видел, хотя и немного изменил историю. Достаточно того, что ему казалось, будто он наблюдал за этой сценой со стороны. Он проигнорировал все упоминания о Томе, хотя глаза Сириуса тоже метнулись к тому.

Рон, который все еще был очень бледен, бросил на Гарри мимолетный взгляд, но ничего не сказал. Когда Гарри закончил, Фред, Джордж и Джинни продолжали смотреть на него. Том с благодарностью смотрел вдаль, кровь с его лица давно была смыта.

— Мама здесь? — спросил Фред Сириуса.

— Она, наверное, даже не знает, что случилось, — сказал Сириус. — Важно было увести вас оттуда, пока Амбридж не вмешалась. Думаю, Дамблдор сейчас сообщит Молли.

— Нам надо отправиться в Мунго, — тихо сказала Джинни, немного шокированная. — Сириус, ты можешь одолжить нам мантии или…

Все ещё оставались лишь в своих ночных пижамах. Особенно странно выглядела бледно-белая больничная пижама Тома. Возможно, у него не было средств, чтобы купить нормальную одежду для сна.

— Вы пока не можете уйти, — Сириус поморщился. — Я понимаю, но если вы сейчас уйдёте, выяснится то, как вы об этом узнали.

Джинни пристально посмотрела на Тома, который по-прежнему безмятежно молчал.

— Мы не можем позволить Министерству узнать что-либо о видениях Гарри, — продолжил Сириус, едва взглянув на Тома. — а о Томе Министерство вообще не должно знать.

Том рассмеялся — коротким, уродливым, мрачным смешком.

— Вы же не собираетесь отправить меня в Нурменгард?

Сириус слегка скривил верхнюю губу, выглядя немного раздраженным.

— Нет. Надо подождать, Дамблдор поможет.

— Укус Нагайны оставляет тебя истекать кровью, — заговорил Том все тем же наполовину задумчивым, наполовину безумным тоном. Он казался странно не в себе, но и не совсем в ошеломленном состоянии. Гарри подумал, не принял ли он перед сном успокоительное. — Хватит болтать. Он будет жив.

— О, так ты знаешь, что …

— Джинни, — тихо попросил Гарри, понимая, что тема щекотливая. Джинни замолчала.

Некоторое время единственным звуком было потрескивание кухонного огня и мягкий стук от Рона, положившего голову на спинку стула.

Желудок Гарри был полон ужасного горячего, бурлящего чувства вины. Они бы ничего не узнали о змее, если бы не он, но Гарри помнил этот жуткий голод и вкус крови во рту. Он почувствовал это желание, он вспомнил, как чувствовал, что нападает на мистера Уизли… Он подумал, не испытывает ли Том того же сожаления.

«Не глупи, у тебя нет клыков», — сказал себе Гарри. Он зашел так далеко, что стал озабоченно жевать кулак, трогая каждый зуб, чтобы убедиться, что в них нет злого умысла. Ты спал и ни на кого не нападал…

Но он это сделал, он знал это и чувствовал.

Затем вспышка огня в воздухе осветила комнату. Том так резко отпрянул от света и шума, что свалился со стула в дальний угол в поисках укрытия.

Никто не обратил на него внимания, их лица светились радостью.

— Фоукс! — крикнул Сириус, выхватывая письмо, которое большой феникс держал в одной лапе.

— Твой отец все еще жив! Молли уже едет в больницу — хорошие новости!

Коллективный вздох облегчения. Том очень медленно пришел в себя и встал, оцепеневший, все еще выглядевший дезориентированным вспышкой.

Сириус предложил всем лечь спать, но без особой уверенности. Все Уизли посмотрели на него с сомнением, поэтому они остались сидеть и ждать при свечах дополнительной информации. Том тоже отказывался засыпать, но как только он устроился в кресле, странная дрема напала на него, и он рухнул в этот маленький комочек сна. Гарри никогда не думал, что Том может быть таким маленьким и скромным, таким белым и бледным с единственным пятнышком темных волос.

Фред задремал, голова его склонилась к плечу. Джинни свернулась калачиком, как кошка, но глаза ее были открыты, отражая свет пламени, как книззл. Гарри мог видеть их, и он видел, как Рон вырубился тоже, став жертвой сна.

Сириус переводил взгляд с одного подопечного на другого, настороженно ожидая незваных гостей, которые могут вмешаться в ожидающее горе…ожидание…ожидание.

В десять минут шестого утра, когда Том уже начал просыпаться, кухонная дверь распахнулась, и в комнату вошла миссис Уизли. Она была очень бледна, но когда все проснулись и повернулись, чтобы посмотреть на нее, она слегка улыбнулась.

— С ним все будет в порядке, — сказала она слабым от усталости голосом. — Он спит, но мы можем увидеть его позже. Билл сейчас с ним.

Фред откинулся на спинку стула, закрыв лицо руками в безмолвном облегчении. Джинни вскочила на ноги, подбежала к матери и крепко обняла ее.

Том пошевелился, просыпаясь с туманным, ошеломленным выражением на лице. Гарри чувствовал, как это щекочет ему затылок, ту часть головы, которую он уже проверял по настоянию Рона. Вспышки воспоминаний и странное ощущение, которое он никак не мог вспомнить. Не раздумывая, он почесал бедро и сглотнул необъяснимый вкус бобов во рту.

— Завтрак! — громко крикнул Сириус, вскакивая на ноги. — Где этот проклятый эльф? Кричер!

Эльф не пришел, поэтому Сириус выругался и сам побежал на кухню, вытаскивая палочку и делая подсчет.

— Посмотрим, тогда семь — яичница с беконом, кажется. Немного чая и тостов …

— А бобы у вас есть? — сонно спросил Том, вытягивая ноги, как собака. — Мне очень хочется бобов.