Литмир - Электронная Библиотека

Учительница честно пыталась вести занятие, но это было практически невозможно.

– Да что у вас происходит? – спросила учительница, когда поняла, что Настя с Вовкой будут выпихивать друг друга со своих законных мест еще долго.

– Может, вы уже, наконец, успокоитесь?

Тогда Настя, ни слова не говоря, встала и простояла столбом весь урок возле парты.

Ботаничка еще пару раз пыталась разрешить их конфликт увещеваниями, но у нее ничего не вышло.

По упрямому исподлобья взгляду Насти она поняла, что та ни за что не уступит.

На втором уроке повторилось то же самое, на третьем, на четвертом и на пятом тоже. Кабинеты и учителя менялись, предметы были разные, но Настя стояла столбом в каждом новом кабинете на том же самом месте.

Учителя сбивались, ведя урок, спрашивали, в чем дело, и недовольно на нее смотрели. Одноклассники объясняли педагогам, что в классе появилась новенькая.

На переменках девочки шептались, обходя Настю стороной, а на пятом уроке бросили ей на парту записку. Настя, не собираясь присаживаться даже на минуту, наклонилась и прочитала записку.

«Настя, не будь такой глупой, мы с этими мальчиками с первого класса учимся. Они нам и то никогда не уступают, а уж тебе и подавно уступать не будут».

За таким глубоким, шедевральным и предельно ясным содержанием подметного письма следовала подпись «Все девочки 6 «А» класса», а дальше подпись, имя и фамилия каждой девочки.

Настя прочитала записку, вздохнула, но ничто и никто на свете не заставил бы ее взять и уступить противному Калинкину.

Конечно же, она своим поведением вызвала бурю возмущения и среди учителей, и среди учеников.

На следующий день повторилось все то же самое, Настя стояла и не собиралась садиться за парту.

Ей опять прислали записку, на сей раз с признаниями в любви с подписью самого отсталого ученика в классе, местного изгоя. Думали, идиоты, что она поведется.

Настя быстро приписала ответ: «Иди в ж…» и кинула записку на первую парту в соседнем ряду.

Обернувшись через пару минут, она увидела, что записку, вызывающую бурю праведного возбуждения среди народа, передают от одного другому, и к концу урока ее прочел весь класс.

Последствия долго себя ждать не заставили, ведь, как известно, со своим Уставом в чужой монастырь лучше не соваться.

На перемене, когда Настя пошла в буфет, троица идиотов отобрала у нее портфель и, поставив его к стенке, начала пинать ногами.

Это было тем более обидно, потому что портфель был подарком Капитана Кука, сделанным перед отъездом. Портфель дорогой и фирменный, с красивыми блестящими застежками и круглыми боками из коричневой натуральной кожи.

Но эти деревенские идиоты в хороших вещах не разбирались.

Настя такой подлости по отношению к портфелю никак не ожидала и вцепилась главарю Сильникову в волосы. Волосы у него были длинные и противные, Насте стало тошно.

В это время второй подскочил к ней сзади и дернул за длинный хвост.

Настя зажмурила глаза и начала не глядя пинать их всех троих ногами, куда попадет.

– Нападай первым, или проиграешь, – гласила выведенная ею самолично народная мудрость.

Настя любила выводить самолично придуманные народные мудрости.

Все свои мудрые мысли и происшествия, которые происходили с ней каждый день, Настя записывала в личный дневник.

К сожалению, прошлый дневник пришлось уничтожить – его прочитала мама, и Насте тогда очень сильно влетело.

Как оказалось, мама ничего до этого не знала о своих родных детях.

Не знала она о путешествиях по натянутому тросу с их балкона на балкон к подружке Светке. Подружка жила в соседнем подъезде, не спускаться же с пятого этажа и подниматься опять на пятый этаж, по воздуху гораздо ближе и быстрее.

Ничего не знала об их с сестрой маленьком бизнесе по продаже щенков на рынке. Щенки подбирались на улице и продавались народу под видом немецких овчарок.

В то, что это чистокровные овчарки, конечно, верили не все, часто спрашивали, почему у них уши висят, а не стоят. Но по рублю давали. И щенкам хорошо, и Насте с Тамарой еще лучше.

Ни о том, что они выпрашивали по вечерам у казахов маленькие арбузики, остававшиеся от дневной продажи, казахи с удовольствием им дарили непроданные остатки, а девчонки тащили их в клуб в подвале.

О клубе тоже никто не знал. Настя была там главарем и замполитом, и все ребята, живущие в их доме, тащили туда из дома съестные припасы. А потом клуб из зависти подожгли враги, устроив настоящий пожар с переполохом на весь дом и приездом пожарной машины с бригадой бравых ребят.

В этом шестом классе в этой Богом забытой школе тоже нашлись враги и недоброжелатели, рассказавшие учительнице литературы Наине Семеновне о последних происшествиях на уроке и на перемене, и о том, кто их зачинщик.

Настя подумала, что ей сейчас влетит по первое число, но Наина Семеновна, учительница литературы и русского языка, оказалась справедливым учителем. Она целый урок потратила на то, чтобы объяснить подлой троице бандитов всю низость и подлость их поведения.

– Ребята, вы же советские школьники! Вы же литературу изучаете, читаете книги и журналы, восхищаетесь подвигом настоящих героев и осуждаете нападение на беззащитную девочку.

– Ничего себе, беззащитная! – заржал Сильников во весь голос.

– Любая девочка нуждается в защите, – строго сказала Наина Семеновна.

Она попыталась надавить негодяю на чувство благородства. Как будто бы оно у него есть!

– А ты не помнишь, Сильников, как ты сам совершил два благородных поступка? – спросила она, глядя ему прямо в глаза.

Этот идиот отвернулся и захихикал.

Наина Семеновна долго еще распиналась, а в заключение своей пламенной речи попросила его:

– В тебе много хорошего, не растеряй это.

Можно подумать, Сильников внял, хотя и сидел за партой, склонив голову.

Дебилы деревенские, в Павлодаре ни один мальчик никогда бы девочку не ударил. Приставать и просить поцеловаться – это всегда пожалуйста, а вот чтобы пальцем тронуть – никогда даже близко такого не было.

К ним с сестрой даже взрослые мужики на реке приставали, но тоже без всякой грубости и насилия. Как привязались, так и отвязались, девчонки умели за себя постоять, могли им запросто и палец откусить.

Настя к своим тринадцати годам считала, что она знает об этой жизни все и чувствовала себя умудренной практическим опытом и очень взрослой.

Но оказалось, что она ничего не знает о жизни и о повадках мальчиков из затерянного в русских лесах маленького городка.

Здесь мальчики имели милую привычку поджидать девочек после школы. Часто при приближении Насти они начинали нарочито драться друг с другом, и один из них как бы случайно падал на Настю и пытался ее обнять и поцеловать.

– Гормоны, – понятливо вздыхала Настя, и каждый раз говорила им:

– Придурки! Дебилы! Идиоты!

Между Настей и мальчиками 6 «А» класса началась долгая, кровопролитная, не утихавшая ни на день и незримая для учителей война.

Эта война продолжалась до самой весны.

Бороться приходилось на двух фронтах – еще и возле дома, где Настю не принимали играть в дворовую компанию. Ей оставалось только завидовать, глядя со стороны, как весело играют дети в волейбол на площадке или прыгают в скакалочки.

Она пробовала подойти и познакомиться, но соседские дети сделали вид, что ее не замечают. Напрашиваться она не собиралась.

Пришлось искать подход к девочкам из своего класса и ходить гулять на соседнюю улицу. Соседняя – это громко сказано, улица, где жила вновь приобретенная подружка Люда Гостинова, была расположена через десять улиц от их дома с бабушкой.

У Люды с родителями был огромный дом с зеленой калиткой, показавшийся Насте очень богатым.

Настя не очень-то хотела первый раз заходить в дом, но, как оказалось, зря. Людина мама, приятная полная женщина, обрадовалась дочкиной подружке и пригласила их обеих за стол.

– Проходите, девочки!– сказала она, встретив их на пороге.

5
{"b":"731202","o":1}