— Да, хагари Таго, — Льята старается мило улыбнуться. — Конечно, я буду на празднике! Как можно пропустить главную ночь лета! Да и Рийси хотела там побывать… вы ведь не станете запрещать ей?

— О, что ты! Конечно, нет. Думаю, дочь уже осознала свой проступок. И, надеюсь, что впредь она будет думать, что делает. В любом случае я не думаю, что было бы правильно лишать её этого праздника.

— Я так рада! — улыбается Льята, мысленно прося у хагари Таго прощения за то, что собирается сделать Рийси. Хорошо хоть, что больше можно ничего не говорить: в дверном проёме показалась Рийси, одетая в светло-зелёное с белым кружевом платье.

— Рийси? Добрый вечер. Не рано ли ты собралась на праздник?

— Нет, не рано, мама, — отвечает Рийси, целуя хагари Таго в щёку. — Мы сначала зайдём к Льяте — она никак не может решить, в чём ей идти на завтрашний бал — а уж после отправимся на площадь. Встретимся на празднике?

— Да, конечно, дочка, — тепло улыбается хагари Таго. Льяте хочется провалиться сквозь землю от стыда.

Покинув дом, Льята и Рийси медленно идут вдоль высохшей живой изгороди. Льята замечает, как на горизонте собираются облака.

— Ближе к ночи пойдёт дождь. Ты по-прежнему собираешься сбежать сегодня?

— Да. И не надо задавать мне этот вопрос ещё раз. Я уже всё решила. — Рийси сворачивает в переулок и решительным шагом идёт к заднему двору дома. — Подожди здесь немного.

Она скрывается за забором, проскользнув в незаметный для посторонних лаз. Спустя пару мгновений Рийси вновь появляется с сумкой в руках. Не говоря ни слова, она протягивает сумку Льяте, а сама вытаскивает уже виденный Льятой ранее сундук.

— Идём.

Льяте ничего не остаётся кроме как последовать за подругой. Некоторое время они идут молча. Льята лишь наблюдает, как те немногие люди, что попадаются им на пути, проходят мимо, даже не повернув головы в их сторону. А ведь, надо думать, две девушки, идущие мимо с решительным видом… а у одной, к тому же, в руках тяжёлый даже с виду сундук… Нет, они точно должны привлекать внимание! Но прохожие просто идут мимо, а некоторые — даже разворачиваются и уходят в противоположном направлении, будто вспомнив о чём-то важном. Это так действует то, что Рийси выпросила у Тисс? Какая полезная вещь! Не идёт ни в какое сравнение с собственным оберегом. Льята легко касается плетёнки, висящей на шее. Почему Кери тогда, пару лет назад, не заказала у старухи такое для неё?

— Куда мы идём? — интересуется Льята, но ответа не дожидается. Рийси быстрым шагом идёт вниз по дороге. Вскоре далеко за спиной остаются и богатая часть города, и парк, и площадь, которую, впрочем, они обошли переулками. Да и серые домики бедняков также проплывают мимо. Останавливается Рийси лишь около самого обережного круга. По крайней мере, Льята думает, что он должен быть где-то рядом. Она вертит головой, рассматривая россыпь камней и покосившийся домик без окон и распахнутой настежь дверью. В дверном проёме показывается Тайр. Если бы Льяте не было заранее известно, кого стоит ожидать здесь, она бы ни за что не узнала любов… возлюбленного Рийси. Он перекрасил волосы в какой-то невнятный серый цвет и нацепил на себя тряпки, больше подходящие бродягам. Если честно — Льята несколько сомневается, что существует необходимость в подобном маскараде. Вряд ли кто-то станет искать Тайра… тем более, когда у них есть защита от чужих глаз. Рийси же узнаёт своего… кавалера сразу. С радостным возгласом она роняет сундук в пыль — тот падает с глухим стуком — и повисает у Тайра на шее. Льята ставит сумку на сундук и старается не смотреть на целующуюся парочку. Вместо этого она осматривает место, куда её привела Рийси. Здесь она никогда не бывала. И это при том, что, кажется, излазала весь Севре. Что это за место? Кроме домика здесь и нет ничего. Совсем. Только камни. И шумящий камыш вдалеке.

— Что это за место? — спрашивает Льята, заставляя влюблённых оторваться друг от друга.

— Место, куда никто не станет зря совать свой нос, — улыбается Тайр. Он подходит к Льяте и поднимает с земли сумку и сундук. — Не знаю, что здесь было раньше, но бедняки стараются обходить это место стороной. А про более состоятельных жителей я и вовсе молчу — они и знать не желают про то, что не соответствует их уровню. Представь себе — здесь даже дети не бывают!

— Вот это уже странно, — произносит Льята. Она проходит к дому. Заглядывает внутрь. Увы, но там нет ничего. Лишь голые стены. — Уж дети-то везде лазают. Даже вокруг Сломанной Башни крутятся. Внутрь, правда, ни один не забирался, но…

— Откуда знаешь? — удивляется Рийси.

— Кери рассказывала.

— А, понятно, — Рийси отворачивается.

Тайр исчезает за углом дома. Возвращается довольно быстро, ведя под уздцы пару запряжённых лошадей. Карета выглядит потрёпанной. Льята бы ни за что в такую не села. Рийси чуть кривится при виде этого чуда, но не говорит ни слова.

— Что ж. Пора прощаться? — Льята в ответ неуверенно пожимает плечами. Рийси крепко обнимает её. — Прощай, подруга. Обещаю, что, как только мы устроимся в Кепри, я дам тебе знать. У тебя ведь есть кристалл?

— Да. Есть, — Льята изо всех сил прижимает Рийси к себе. И старается отогнать мысль о том, что с подругой может что-то случиться. Это просто дурные мысли. Не более. — Будьте осторожны.

— Конечно, Лья. Береги себя.

Рийси забирается в карету и машет Льяте рукой из окна всё то время, пока экипаж не скрывается из виду. Льята долго смотрит им вслед, пока не начинает казаться, что воздух мерцает и переливается прямо в двух шагах от неё. Льята отворачивается и ещё раз заглядывает внутрь домика, но там по-прежнему нет ничего интересного. Разочарованно вздохнув, Лья отправляется назад. Солнце уже коснулось верхушек деревьев. До наступления темноты осталось всего ничего. Кроме того — облака уже превратились в настоящие тучки, пусть и маленькие пока, и споро затягивают небо. Ночью будет ливень!

К тому моменту, как Льята добирается до площади, уже совсем темно. Только многочисленные разноцветные фонарики, украшающие площадь, разгоняют темноту. Здесь уже полно народа, так что появление Льяты остаётся незамеченным. Ну, в смысле, никто не заметил, с какой стороны она здесь появилась. Во всяком случае, Льята на это сильно надеется. Она подходит к подругам, наблюдающим за тем, как танцует пламя в ладонях бродячих фокусников.

— Шани, Силь, вы уже здесь!

— Льята! А мы никак не могли найти вас с Рийсой. Куда вы пропали? — Сильена резко поворачивается, из-за чего тёмные локоны, обрамляющие лицо, приходят в движение. Льята мельком думает, что, стой она немного ближе, они попали бы ей в глаза. — Договаривались же вместе прийти. И Керью я почему-то не вижу.

— Ну, ты же знаешь Кери! Она ведь презирает этот праздник. Тебе бы очень хотелось внезапно услышать, что все, кто верит гаданию на двоецветнике — идиоты? Или узнать подробности происхождения цветка, его пользу и место в различных верованиях? — произнеся последнее, Льята ёжится. И даже без всякого притворства. Услышать очередную лекцию от сестрички явно не то, чего бы ей хотелось. — А Рийси что-то дома забыла и сказала, что появится здесь вместе с семьёй. Ты их не видела?

— Нет. Их пока не было, — отвечает Шани, не отрывая взгляда от фокусников. — Но ты и правда думаешь, что Керья стала бы это говорить вслух? Я знаю, что именно так она обо всём этом думает, но — говорить?

— Она бы это высказывала мне. Шёпотом. И испортила бы весь праздник, — вздыхает Льята. А и правда… куда пропала Кери? После того, как она ушла… ну, там, возле дома Тисс… сестра больше не появлялась. — Так что…

— Льята, как хорошо, что я тебя встретила! — Берна подходит к ним, не забывая при этом вертеть головой, стараясь рассмотреть всё вокруг. — А как это они делают? Нейл сказал, что там нет никакой магии, но они же огонь в ладонях держат!

— Не знаю, — честно признаётся Льята. Пламя в самом деле пляшет на ладонях артистов. Красиво. Как будто они действительно приручили огонь. — Фокус какой-то. Но они никому не выдают своих секретов. Так что нам остаётся только догадываться. А что — в Дайвеге таких нет?