Так думал Крылолап, наблюдая издалека за сидящим на самом краю поляны Энди. Белоснежный пленник весело смеялся о чем-то вместе с парой воителей, и казалось, что он тоже уже часть этого мира. Вот уже больше половины луны, как он содержался в племени Ветра, и за весь этот срок Энди не сделал абсолютно ничего подозрительного, что было подозрительно само по себе. После бури он сам вызвался помогать убирать лагерь, и делал это так ловко, будто всю жизнь только этим и занимался. А чуть позже ему наконец разрешили заходить в лагерь. С опаской, но воители начали потихоньку узнавать пленника, и многих он практически покорил своей добротой и чувством юмора. Он периодически вызывался убирать мусор или перестилать подстилки, и оруженосцы с радостью переложили часть работы на него. «Я ж не просто так вашу дичь ем», — сказал он однажды. За Энди следил и охранял его теперь только один кот. Но всё-таки, что этот белый шутник хочет от племени?..

После той роковой бури, в которую была убита Рассыпчатая, на пустошь можно было ходить только в сопровождении взрослого воителя, например, наставника, а лучше ещё одного кота. Несмотря на все усилия патрулей, след лисицы смыло дождем, и так и не удалось определить, откуда точно она пришла и почему бросила добычу. Одни считали, что её прогнал какой-то кот; другие были уверены, что лиса боялась бури; третьи и вовсе строили фантастические предположения. Тем не менее, хотя таинственная хищница предпочитала сидеть в тени, поодиночке больше никто не гулял.

Именно поэтому на охоту шли Крылолап, Серогрив и Завитой. Оруженосец сам попросил Завитого пойти с ними. В конце концов, у бедняги и друзей-то особо нет, пусть хоть так. Сам Крылолап считал его своим приятелем, ведь на деле чёрно-белый кудряш оказался хорошим воином и собеседником, а не тем вспыльчивым выскочкой, которым казался почти всем вокруг.

— Куда пойдем? — спросил котик, подбегая к ним.

— Предлагаю тебе самому выбрать место охоты, — Серогрив дёрнул ухом. Крылолап задумался на мгновение. Сейчас холодно, но довольно сухо, а в заморозки дичь лучше поискать…

— У кроличьих норок? — не совсем уверенно предложил он. Наставник легко согласился.

— Веди.

Оруженосец воспрял духом и зашагал в давно известном направлении от лагеря к озеру. После, завидев кривые кустики терновника, свернул немного налево, прошел до склона холма и остановился. За этим холмиком находилось множество нор, и, если выйти сейчас, можно спугнуть добычу. Он заметил, как Завитой одобрительно что-то пробурчал, и довольно улыбнулся.

— Предлагаю вам поохотиться вдвоём, — сказал Серогрив и сел. — Обойдите холм с разных сторон. Завитой, ты выгонишь кролика, Крылолап, ты его ловишь. Вперёд!

Не теряя времени, котик припал к мёрзлой земле и как можно тише стал огибать холм. Его пятнистая шкура была не сильно заметна, но куда важнее было передвигаться бесшумно. Он затаился, завидев черные отверстия нор. Теперь нужно немного подождать.

Им повезло. Почти сразу же из одного отверстия, боязливо озираясь, выбрался длинноухий зверёк. Он то и дело крутил головой, но никого не обнаружил. «Интересно, чувствовала ли Рассыпчатая себя добычей?» — внезапно подумал Крылолап.

Из-за бугра с той стороны холма с воплем выскочил Завитой. Кролик в ужасе бросился в противоположную страшному коту сторону. Крылолап расставил лапы пошире, напружинился, прыгнул — и приземлился точно на шею добычи. Быстрым укусом он прикончил дичь.

— Хилый совсем, — недовольно фыркнул Завитой, оглядывая трофей. — Но ты ничего так, наловчился прыгать.

— Как думаешь, тут есть ещё кролики?

— Вряд ли после нашего представления они выберутся наружу. Айда, пошли к Серогриву твоему, — воин подхватил кролика. На деле добыча была не такой уж хилой. Вернее, конечно, не то, что в Зелёные Листья, но довольно сносно. Крылолап был искренне рад, что не застал тех страшных голодных времён, о которых иногда рассказывал Крикливый или старшие воины.

— Неплохая работа, — наставник спустился к ним с этого самого холма с мышью. — Сейчас, после того, как мы уже поймали здесь дичь, остальная попрячется до лучших времён. Идём, попытаем счастья в ближайшей ложбине.

И так раз за разом. Норки, ложбинки, овраги — все эти места кропотливо проверялись охотниками на случай улова. К тому времени, как Серогрив объявил окончание работы, они имели при себе всего двух кроликов и мышь, но это была чистая работа. Крылолап с угрожающей отчётливостью вспоминал первые дни ученичества, когда охота давалась ему с трудом, и гордился каждой пойманной дичью.

— Знаешь, как сложно было ловить эту птицу! — хвастался своей вчерашней охотой Завитой уже к моменту возвращения в лагерь. — Она сидела прямо на кусте. Мне пришлось исколоться колючками, но достать её!

Крылолап посмеивался над умышленно преувеличенными историями. Иногда, когда Завитой был в хорошем настроении, он был просто прекрасен. Весёлый, общительный. Вот бы всегда так. Они присели рядом с барсучьей норой и поделили кролика. Котик внезапно дернулся — что-то больно укололо его переднюю лапу.

Напротив у камней сидел Ветрохвост; он обедал в перерыве между патрулями. Кот загружал себя нещадно — ходил почти во все патрули, охотился и вообще брался за любую работу. Он всегда был таким — вечно занятым и деловым, полностью посвящающим себя служению племени. Он как раз положил мышь перед собой, когда Солнушек в погоне за чем-то прыгнул прямо на дичь, подскользнулся и растянулся на земле. Малыш так и подскочил, когда Ветрохвост грозно посмотрел на него.

— Осторожней! — резко буркнул кот и несильно шлепнул его хвостом.

— Извините, — Солнушек весь слегка сник и даже будто уменьшился рядом с воителем. И все бы было ничего, если б в этот момент из детской не вышла Сизокрылая и не направилась прямо к ним. Пару секунд кот и кошка прожигали друг друга взглядами. Наконец королева не выдержала.

— Не мог бы ты чуть менее грубо обходиться с котятами? — проворковала она своим обычным голосом, однако скользнувшие угрожающие нотки были прекрасно заметны стороннему наблюдателю. Ветрохвост поднял на нее глаза.

— Прости? Твой сын растоптал мою еду. Может быть, научишь его манерам? — сказал он каким-то странным тоном нарочито спокойно.

— Может, будешь воспитывать своих детей, а не моих? — королева нахмурилась. Крылолап видел, на напряглись её лапы. Неужели хочет драться? Но что на неё нашло? Всегда милая и добрая, она пребывала в странном напряжении рядом с этим воином.

— Что ты ко мне пристала? Иди, мне твой котенок не нужен абсолютно! — в ответ кот вздернул подбородок. Сизокрылая зашипела на него, бросила испепеляющий взгляд и гордо удалилась. Воитель встал и, бросив быстрый взгляд на неё, пнул лапой ограду. Крылолап чуть не задохнулся от удивления. Весь правильный трудяга Ветрохвост пинает ограду и ругается с королевами? Это он вообще или его подменили? Тем временем кот подошёл к Ласке и сел рядом с ней, что-то холодно процедив в сторону Сизокрылой. Кремовая кошка прижалась к другу и успокаивающе погладила хвостом.

— Какая муха их укусила? — спросил Крылолап у Завитого, одновременно пытаясь понять, что же всё-таки его так колет.

— Ха. Семейные разборки, так сказать, — отозвался тот.

— Серьезно, что между ними происходит? Не разговаривают друг с другом вообще, а потом вдруг устраивают это…

— Давние обиды, — пренебрежительно фыркнул Завитой. В его голосе появилась злая нотка. — Когда-то они были парой, знаешь?

Крылолап так и сел, поджимая больную лапу.

— Чего?

— Они, говорю, вместе были! — рыкнул кот, но после опустил загривок. — Потом Сизокрылая начала мутить с Молнезвёздом, Ветрохвост ушёл от неё к Ласке, и они разругались. Вот и воют, как стая лисиц! — последние слова он почти выплюнул. Интересно, с чего это его так раздражают чужие распри? Только что он был в самом лучшем настроении, а тут резко переменился в лице. Однако тот факт, что отец Крылолапа когда-то был в паре с матерью Цветиночки и её братьев, был… неожиданным.