– Да не вопрос, Николаич, – хмыкаю довольно. – Подтвердите мои полномочия персоналу. И Генке Лурдину сообщите. Ну, и выделите кабинет для работы…
– У тебя вроде трехкомнатный люкс, Сева. На фиг тебе еще и кабинет, – бухтит недовольно Пахомов.
– Ну, во-первых, не люблю, когда сотрудники вхожи на личную территорию. Оберегаю свои границы, знаете ли. А во-вторых. Может, мне из него съехать, а? Вы его сдадите солидным людям.
– Подожди… А ты где жить собираешься?
– У вас дома, – заявляю, не поморщившись.
– Ну, ты наглец, Гаранин, – с некоторой долей восхищения тянет Пахомов и аж задыхается от возмущения.
Воспользовавшись моментом, вставляю быстренько.
– Мне не нравится ситуация вокруг Таисии. Если с ней что-то случится, не прощу себе.
– Да я сейчас охране люлей выпишу. И мать приедет. Тайка под присмотром будет, не беспокойся.
«Ага, сейчас, дорогой Пахом! Сейчас!»
– Вы еще и бабу Таю под удар хотите подставить? – спрашиваю недовольно. – Тогда тем более, пока поживу в вашем доме. Оставлять двух женщин под охраной двух недоумков я бы вам не советовал. А у меня все-таки опыт в таких делах, Виктор Николаевич…
– Ладно, живи у меня. Куда тебя девать? – нехотя соглашается Пахом. И я даже представляю, как морщится в гримасе худое лицо с впалыми щеками. – На первом этаже есть гостевые комнаты. Юрик или Димка покажут.
«Бинго! – хочется заорать мне. – Бинго! Ай, маладца!»
На первом этаже только одна хозяйская спальня, и та принадлежит Тайкиной бабушке. А сама принцесса живет на втором. И неужели Пахомов думает, что меня остановят два лестничных пролета? Наивняк! Раньше он таким не был. Теряет хватку. Заболел, что ли?
– Хорошо, – бубню я. – Может, я номер за собой оставлю. Посмотрю на объем работ. А то сил не хватит пройти два квартала.
– Так ты вроде сегодня на моей машине приехал. Пока с тобой болтаю, мне сообщили, – замечает недовольно Пахомов. – Сева, я жене и дочкам не разрешаю за руль садиться. А ты такой простой… У меня слов нет.
– Дождь лил, – замечаю, как ни в чем не бывало. – Таечка боялась промокнуть.
12
– Таечка… – рыкает в трубку ее отец и добавляет сварливо. – Машину тебе отель предоставит. Мою поставь в гараж и больше не прикасайся, – велит он. – Разберись с активами и найди мне дырку. Тогда, может, заслужишь мое прощение. А пока… Я очень недоволен, Всеволод.
Хочется испошлиться насчет дырки, но сдерживаюсь.
– Да, конечно. Все сделаю в лучшем виде. Только папе про мой заплыв не говорите, – ни с того ни с сего добавляю, как маленький.
– Папе… – фыркает Пахомов. – Детский сад, честное слово. Не скажу, если найдешь мои деньги. Все. Работай. Не отвлекаю.
Слышу в трубке гудки и понимаю, что отделался легким испугом.
«Найду я твои бабки», – вздыхаю натужно и, накинув свежий халат и шлепанцы, спускаюсь к бассейну.
Холодная вода мне сейчас не повредит. Проветрит башку и уймет любовную лихорадку.
«Тайка, девочка, – улыбаюсь мысленно. – От меня не сбежишь, красавица!»
Кидаю халат на первый попавшийся шезлонг и ныряю в подогретую воду. Ухожу почти на самое дно бассейна и плыву, пытаясь собраться с мыслями. Вот только не получается. В голову лезут дурацкие воспоминания. Снова вижу Таисию, сердито хлопающую дверцей холодильника.
– Ты куда собралась в такую рань? – спрашиваю, еле-еле продрав глаза.
– На работу, – отмахивается она, давая понять, что не собирается долго со мной разговаривать. – Мне к шести нужно успеть.
– А где ты работаешь? – интересуюсь лениво. Сажусь на диване кулем, сонно чешу башку.
– Ветеринаром, – хмыкает Таисия. – Забыл, где я училась?
– Помню, – передергиваю плечами. – Только не пойму, где тут можно работать по твоей специальности?
– На свиноферме. Поросятам хвосты кручу, – фыркает рыжая девица, доставая из холодильника мясную нарезку и сыр. – Чай будешь пить?
– Ну да, – киваю, обрадовавшись.
– Тогда завари, – Таисья выдает мне стеклянный чайник и уходит прочь.
13
Насыпаю в прозрачную емкость заварку, заливаю кипятком, наблюдая, как вода окрашивается в темную охру, а чаинки крутятся в медленном танце. Режу хлеб и ору на весь дом.
– Тая, все готово! Поторопись!
– Там дождь, неохота выходить, – ноет она, чинно входя в кухню и усаживаясь за стол. – Терпеть не могу эту слякоть…
– Давай отвезу, – предлагаю, не подозревая подвоха. – Говори, куда.
– В «Вегас», – вздыхает девица. – У нас же конюшни и небольшой зоопарк для детей.
– А-а, – тяну я, быстро прокручивая в голове план действий. – Отвезу тебя я в тундру, полосатая чучундра! – напеваю невесть откуда всплывшую в голове старую дразнилку.
– Придурок, – поджимает она губы. – Ну, на чем ты меня отвезешь? Ты голый приехал на машине?
– Нет, – морщусь я, стараясь не дать волю эмоциям и не придушить маленькую дрянь. – А тут разве тачек нет?
– Только папин Астон Мартин, – усмехается девчонка и добавляет злорадно. – Он тебя лично прибьет, Сева.
– Тебе только выгода, – ухмыляюсь я. – И от меня избавишься, и под дождем не вымокнешь.
– Ключи у папы в столе, – улыбается Тайка излишне вежливо. – Действуй, Шура… то есть Сева!
«Ну, погоди, пигалица», – рыкаю я, заходя в кабинет Пахомова. За восемь бед один ответ.
И когда мы торжественно выруливаем к служебному входу в «Лас-Вегас», ни у одной собаки не щелкает в голове попросить документы или пропуск. Все стоят навытяжку и изображают активную деятельность. Сам Пахомов пожаловал на объект! Сам!
А я тихонечко улыбаюсь. Астон Мартин оказался отличным пропуском.
Выныриваю на поверхность и лихорадочно хватаюсь за бортик. Осматриваюсь по сторонам, замечая на себе косые взгляды персонала.
«Да пошли вы! – морщусь, вылезая из бассейна. Накидываю халат и лениво бреду к себе в номер. Нужно принять душ и заказать завтрак. Хотя это потребует больше времени. Лучше спуститься к шведскому столу. Наскоро перекусить и помчаться махать шашкой.
«Интересно, где тут конюшни? И весь этот зоопарк? – думаю, становясь под горячую воду. – Может, стоит пригласить Тайку на обед? И что делать с номером? Оставить за собой или сдать?»
14
Снова вижу перед глазами прекрасное видение. Голая Таисия стоит у окна и курит длинную папироску. Вот где научилась так правильно и красиво держать сигарету, прикасаться к ней губами чуть отстраненно и легко. Маленькая красивая кошечка. Мой рыженький поросенок!
Вспоминаю высокую грудь и даже подушечками пальцев чувствую мягкую бархатистую кожу. Мысленно сминаю в руке упругое полушарие и ртом приникаю к розовой горошинке соска.
«Таечка моя, – вою, понимая, что эта девчонка не для меня. Солдаты, пусть даже с дипломом МВА, не нужны принцессам!»
И поняв, что домечтался до железобетонного стояка, включаю на полную холодную воду.
Минут через тридцать я появляюсь в ресторане. Мрачный и суровый до невозможности. Сержусь на себя. Опять сорвался и думал о Тайке. Запретная тема, блин!
– Здравствуйте, Всеволод Юрьевич! – растягивает губы в улыбке девица у входа в зал.
– Привет-привет, – киваю, проходя мимо. Обычно эта красавица смотрит на меня равнодушно, как и на любого другого гостя. А сейчас в глазах подобострастие. Наверняка Пахомов из своего ушного города связался с администрацией отеля и объяснил им мои полномочия.
Накладываю себе в тарелку всего понемногу и уже собираюсь сесть около окна. Посмотреть на реку и город на том берегу, но внезапно натыкаюсь на напряженный взгляд Пастухова. Любой другой на моем месте кивнул бы издалека и сел за понравившийся столик. Но только не я, ребята!
– Не помешаю? – осведомляюсь, подходя поближе.
– Да ну, что ты, Сева! – радостно спохватившись, поднимается из-за стола Аркадий. – Рад встретить тебя здесь! Тоже на отдыхе?
– Командировка, – вру я, не краснея. – По просьбе владельца бизнеса, – добавляю важно. – А вы сами или с супругой? – спрашиваю, будто не знаю.