— Что ты ему пообещала? — искренне удивился Регулус.

— Ах да, — подумала она.

«Я забыла ему сказать».

Она сглотнула, увидев, что лицо Регулуса потемнело — ему действительно не хотелось выглядеть дураком, но Рабастан, как всегда, не обращал на это внимания, повернувшись к ней с широкой ухмылкой.

— Ооо, «Регулус и я» теперь, не так ли? — он громко ухватился за её слова, озорство танцевало в его зеленых глазах. — Ты произнесла это, как будто вы — единое целое! Когда свадьба? Я слышал, что май должен обладать магическими свойствами.

— Заткнись, Раб, — пробормотала Эмма, закатывая глаза.

Алекто гораздо больше интересовала другая часть разговора. Её книга захлопнулась, и она наклонилась вперёд. Её глаза заблестели новой идеей.

— Что? Вы с Регулусом вместе? С каких пор?

— Спасибо, Раб, — снова пробормотала Эмма, резко ткнув его палочкой в ​​бок.

Рабастан был только счастлив ответить за них, извиваясь вне досягаемости Эммы. — Всего пару недель или около того, — объявил он.

Неустрашимая Эмма, шаркающая вперед на скамейке, снова ткнула его. Видя, что Алекто задумалась, а Регулус был увлечен беседой с семикурсником, она воспользовалась моментальным отвлечением их друзей.

— Осторожно, смотри за тем, что извергается из твоего рта, Раб, — злобно прошептала она ему. — У меня изо рта тоже может вылететь что-то подобное.

Она ухмыльнулась, когда Рабастан побледнел, его глаза скользнули по Люсинде, которая с любопытством наблюдала за ними, но находилась слишком далеко, чтобы слышать их слова. Она кое-что записала в своем буклете. Чувствуя на себе тяжесть взгляда, Рабастан быстро скрыл момент своей слабости, надувая грудь с бравадой.

— Тогда говори, — смело сказал он. — Мне все равно.

— Люси? — Эмме больше не требовалось поддержки. — Ты помнишь, мы говорили о том, кого любит Раб? Что ж, оказывается это хмфп…

Рабастан зажал ей рот довольно большой рукой, эффективно прерывая её следующие слова. Люсинда весело вскинула голову, в её глазах появился беззвучный смех.

— Ах, эти современные дети, а? — Рабастан нервно рассмеялся, взъерошив Эмме волосы. — Они просто говорят самые ужасные вещи, не думая об этом, не так ли?

Эмма пригнулась, чтобы вырваться из хватки Рабастана. Завязалась драка, в которой каждый пытался доставить друг другу как можно больше дискомфорта.

***

— Она не похожа на твою будущую невесту, — заметил Уилкс Регулусу с другой стороны стола, наблюдая, как двое дерутся. — Во всяком случае, я бы сказал, что у Лестрейнджа больше шансов, чем у тебя или меня.

Услышав объявление Рабастана, Уилкс прервал разговор с Северусом Снейпом и расспрашивал Регулуса. Он был очень вежлив, ведь Регулус мог не слышать, что он заранее просил её руки. Единственный джентльменский поступок — немедленно отступить, потому что, хотя Регулус был Блэком, Уилкс был первенцем-наследником большого состояния.

Сдерживая бурлящий гнев, который нарастал как на себя самого за то, что он был позади в событиях в Слизерине, так и на Уилкса за то, что он даже на долю секунды поверил, что Эмма когда-нибудь от него уйдет, — Регулус изменил свое лицо в сторону легкого презрения. Он мог бы продолжить, как Эмма накануне вечером, говоря о том, что они больше не в прошлом веке, что браки по договоренности уже устарели, и что Уилкс определенно, без тени сомнения, не нравился Эмме.

Ему нужно было показать Уилксу его место, не вызывая такой же неприязни, как у Эммы и Рабастана. Кому-то в группе нужно было позаботиться о своих интересах, и, когда разумный голос Алекто был поглощен ямой безумия, Регулусу пришлось во всем разобраться.

— Я хочу, чтобы ты знал, Уилкс, что мой дед уже все подготовил, — сказал он своим высокомерным голосом, который, учитывая, что он был Блэком, произвел впечатление, если бы он сам так сказал. — Было бы только вежливо включить Джеймса Поттера, наследника состояния Поттера, и, к сожалению, это означает, что нужно дождаться этого Рождества, чтобы официально закрепить помолвку. — Ему пришла в голову мысль, и он ухмыльнулся. — Как ты думаешь, почему ещё гриффиндорец пригласил меня в Годрикову Лощину?

Регулус решил, что ему очень нравится выражение лица Уилкса. Мальчик, казалось, понимал, что, следуя своему решению, он станет врагом двух выдающихся чистокровных домов, даже если ни одно из слов Регулуса не было близко к правде. Но даже в этом случае он не смог удержаться от ещё одного небольшого раскопа.

— Мне ужасно жаль, что я не подумал сказать тебе раньше, — протянул он, рассматривая свои ногти. — Что бы сказал Тёмный Лорд, если бы он подумал, что вы пытаетесь подорвать его планы по сплочению группы чистокровных?

Он хитро оглянулся на другого мальчика, чтобы увидеть эффект своих слов. Уилкс позеленел и отодвинул тарелку, по-видимому, благодарный за то, что Мальсибера не было рядом, чтобы посмеяться над ним. Регулус встретился глазами с Северусом Снейпом и мог поклясться, что заметил намек на веселье в его черных глазах, но ничего не сказал.

«Интересно», — подумал он.

Рядом с ними драка переросла в тихую дуэль, в которой левитирующие кубки с тыквенным соком, очевидно, сражались насмерть во имя чести своих хозяев.

Регулус вздохнул. Почему им пришлось выбирать именно этот момент, чтобы превратиться в двенадцатилетних детей?

***

— Ты что? — голос Эммы стал опасно низким, она с отвращением выдернула свою руку из его.

Регулус решил рассказать ей о своем умном плане разобраться с ситуацией Уилкса во время их патрулирования. Очевидно, Эмма не особо об этом думала.

— Я не понимаю, в чем проблема, — разумно сказал он. — Тебе не придется выходить замуж за Уилкса, если моя семья найдет лазейку в законе — мой дед может быть очень настойчивым, если обещает приданое взамен и в этом случае никто другой тоже не сможет это сделать.

Эмма драматично вздохнула, прислонившись к стене.

— Это не значит, что я хочу выйти замуж в семнадцать лет, — отметила она, пытаясь успокоиться.

«Я не буду заклинать Регулуса, я не буду заклинать Регулуса», — повторяла она про себя, сжимая палочку в рукаве. Она знала, что Поттеры склонны к необдуманным действиям, но не была уверена, что проклятие Регулуса решит эту конкретную проблему. Кроме того, если Джеймс может контролировать себя, то и она тоже.

Знакомое древко палочки успокаивало, так как она успокаивала сердцебиение. Она напомнила себе, что Регулус просто пытался помочь, но её всё ещё раздражало, что он сделал это, не разговаривая с ней. Подобное импульсивное действие было не тем, что она имела в виду, когда думала о Регулусе. С другой стороны, она не рассказала ему о Рождестве с Джеймсом и Сириусом. Она подумала, что это было справедливо, и, рассуждая, убрала палочку обратно в ножны.

— Необязательно, — ответил Регулус, изображая её наклонную стойку с намеком на веселье. — Помолвка может длиться столько, сколько мы хотим, и в это «время страха», — слова были сказаны с явным сарказмом. — Для пар вполне естественно заключать помолвки. Кроме того, на самом деле не имеет значения, правда это или нет — нам нужно это только для Уилкса, чтобы поверить, что я ходатайствовал о твоей руке. Мы можем просто притвориться, что Джеймс думал над этим на каникулах.

— Я полагаю, — неохотно согласилась Эмма, видя правду в его словах. Она расслабилась в улыбке. — Кстати, спасибо. Не могу поверить, что ты дошел до того, чтобы попросить своего дедушку подумать над нашим браком, просто ради моего душевного спокойствия. Что бы он сказал, если бы узнал, что это подделка?

— Эй, мы бы быстренько это замяли, — сказал Регулус, его фирменная ухмылка скользнула по его лицу. — Кроме того, поверь, мой дед сейчас беспокоится о Беллатрисе. Итак, что ты скажешь, чтобы мы бросили патруль и полетали?

«Мы не были в возрасте уже давно» — размышляла Эмма, понимая, как душно в Хогвартсе.

Через несколько минут их метлы устремились к вытянутым ладоням через открытое окно, и они оказались под ночным небом. Эмме вкратце напомнили об их первой ночи в Хогвартсе и о том, как она была разочарована тем, что попала в Слизерин. Теперь она не поменялась бы местами с братом, даже если бы ей предложили целый мир. Она кричала, ныряя вниз, и даже Регулус хихикал, когда они мчались через обручи для квиддича.