— Нет, а что? — спросила Эмма.— Когда я проснулась, Люсинда и все уже пошли завтракать, и, поскольку вас не было в гостиной или Большом зале, я просто предположила, что вы ещё спите.
— Я действительно спал, — сказал Рабастан с обеспокоенным видом. — А Регулус нет. Его не было всю ночь.
Внезапно Эмма осознала такую срочную необходимость стука в дверь.
— Секундочку, я скоро закончу. Ты идешь на уроки, а я обыщу территорию. Но никого не спрашивай про Регулуса, мы не должны привлекать к себе внимание.
Рабастан кивнул и немедленно двинулся в путь.
Эмма закрыла дверь без намека на прежнее спокойствие. Она носилась по комнате, собирая свои вещи, останавливаясь только для того, чтобы снять крем от синяков и развязать волосы из их нелепого положения. Область между её глазами и носом всё ещё была желтой с пурпурным оттенком, но она не хотела тратить время на нанесение второго слоя пасты.
«Что, если Орден нашел его, допросил, отправил в Азкабан? Он уже совершеннолетний, даже если он всё ещё не окончил школу».
Тем не менее, она не могла выйти с таким видом, будто её ударили по лицу, поэтому она потратила пять минут на изменение заклинания маскировки, пока не скрыла синяк, не выглядя так, как будто ей оторвали кусок носа.
«Слава Мерлину, я владею эти заклинанием», — подумала она, вспоминая все моменты, когда это умение помогало ей выбраться из сложной ситуации. Не было ничего, что могло бы сгладить удачно размещенное заклинание. За исключением, конечно, заклинания Патронуса.
Пройдя через Большой зал, она захватила несколько бутербродов, чтобы перекусить во время своих поисков — по субботам всегда был завтрак и обед до двух часов дня — и отправилась рыскать по территории.
***
— Эмма! — четыре часа спустя, Алекто помахала ей рукой из-за хижины Хагрида. — Я всюду тебя ищу.
— Я просто хотела, чтобы ты знала… все готово. Я сделала всё прежде чем Джеймс или Сириус смогли добраться до него, — заговорщицким голосом произнесла её подруга.
Эмма вздрогнула. Ситуация с Регулусом выбросила мысли о её отце из головы. Она повернулась к Алекто, которая смотрела на неё печальными глазами.
— Спасибо, Алекто, — сказала Эмма, пытаясь избавить подругу от вины, которая изначально не принадлежала ей. — Я действительно серьезно. Я уверена, что это было очень нелёгкая задача.
— Что ж, что сделано, то сделано, — ответила Алекто, слабо улыбаясь. — Полагаю, в последнее время у меня было много практики, — она сменила тему. — Итак, что ты здесь делаешь? Когда я спросила, где ты, Люсинда просто пожала плечами и указала на выход из замка.
— Я искала Регулуса, — сказала Эмма, нахмурившись. — Не думаю, что он вернулся после вчерашнего задания.
— Ну, я не думаю, что он будет в Запретном лесу, — рыжеволосая повела Эмму к замку. — Я имею в виду, зачем ему туда идти? Нам лучше собрать всех и проверить все обычные места одновременно. Возможно, он где-то спрятался, задумавшись в своей обычной манере.
— Ты, наверное, права, — признала Эмма.
Но, обнаружив Люсинду и Барти в гостиной, Рабастана виновато поедающего шоколадный торт на кухне и убедив Кассандру в том, что Регулус нужен, чтобы освежить свои навыки квиддича, Блэка они так и не нашли. Надежда на то, что он появится к обеду, также была ложной, поэтому Эмма собралась с силами и решила спросить одного человека, который, как она знала, будет отслеживать присутствие Регулуса, даже если он притворился, что не следит: Сириус Блэк.
Эмма не была дурой. Она знала, что ей понадобится Сириус, чтобы предотвратить обеспокоенное лицо её брата, который радостно пел и скакал по коридору, а также чтобы предотвратить пытливую натуру Ремуса, который наверняка увидит лазейку в её заговоре, а именно, чтобы он был таким, беспокоился после одного дня исчезновения. Но Сириус всегда верил в худшую сторону своего брата, поэтому, если он придет к выводу, что Регулус был Пожирателем Смерти — то, что он долгое время считал правдой, — тогда никто не обратит на обвинение особого внимания.
— Диффиндо, — прошептала она, направив палочку на сумку Сириуса.
Она порвалась по швам, обнажив ряд странных предметов, которые наверняка будут использованы в их следующих розыгрышах.
— Идите без меня, — помахал Сириус остальным мальчикам, как и предполагала Эмма.
На что она не рассчитывала, так это на фанаток.
Они накинулись роем, как только другие мальчики ушли, больше не пугаясь группового эффекта. Быстро подумав, Эмма произнесла ещё одно заклинание, на этот раз менее безобидное.
— Титилландо.
Щекочущий проклятие вырвалось вперед, хотя она не нацелилась конкретно на одну девушку. Оно вцепилось в одну из них, которая тут же начала извиваться и случайно толкнула другую локтем. Вскоре все девушки начали драться между собой, и Сириус скрылся незамеченным для всех.
Для всех, кроме Эммы.
Наконец она загнала его в угол в конце коридора.
— Сириус, — сказала она, подходя к нему. — Мне надо поговорить с тобой.
— Зачем? — прорычал он. — Что ты могла бы мне сказать?
Эмма замолчала, её вопрос замер на её губах. Что она такого сделала, чтобы заслужить такую реакцию?
— Послушай, если ты злорадствовать пришла…
— Почему я пришла злорадствовать? — спросила Эмма, находясь в замешательстве.
— Все говорят, что мы поменялись семьями, — медленно произнес Сириус, — Что либо ты украла мою, либо я украл твою. Остался только Джеймс. Что ж, поздравляю, ты выбрала сторону победы
— Я не понимаю… — Эмма замолчала, хмурясь, глядя на эмоционального парня перед ней.
— Разве ты не слышала? Чарльз Поттер мертв. Я выбрал не ту семью, потому что выбрал мертвую…
Он выдавил из себя то, что подозрительно походило на рычание, и выбежал из коридора в очень неэлегантной, не похожей на Сириуса манере, оставив Эмму вдумываться в его слова.
========== Глава 57. Самосохранение. ==========
Эти слова были как удар в живот. Буквально.
Эмма отшатнулась, когда черные точки появились перед её глазами. Холод захлестнул её несколькими волнами, но в то же время коридор казался душным. Было только одно место, куда она могла обратиться, единственное место, где она могла забыть обо всем плохом, что случилось в её проклятой жизни.
Потому что это было похоже на то, что она была проклята. Все, что она пыталась исправить, казалось, рушится, и все, что она оставила на потом, вылетало из-под её ног, как будто жизнь насмехалась над ней.
«Думаешь, у тебя есть на это время? Подумай ещё раз».
Она должна была знать, что не может повернуться спиной ни на секунду.
На поле для квиддича последние лучи дневного света исчезли с горизонта. Прохладный ноябрьский воздух высушил капли пота, которые она даже не заметила на лице. Озноб всё ещё был, но она могла игнорировать его, притворившись, что это просто результат осеннего холода.
«Можно подумать, что я к этому уже привыкла», — мрачно подумала она.
Фестрал взмыл в ночное небо, напоминая ей об их предыдущем уроке. Она вспомнила, почему могла видеть их сейчас, вспомнила, как голова Гиганта соскользнула на землю, когда Гург наслаждался своим новым подарком. Подарок, который она ему сделала. Эмма предположила, что это была первая смерть, за которую она была ответственна. Она ненавидела себя за то, что даже не думала о Гиганте.
«Точно так же, как мы не думаем о магглах», — с отвращением напомнила она себе, вспоминая события предыдущего дня. Лицо мужчины, с ужасом смотрящего на неё на кладбище. Не было разницы между волшебником и магглом. Не тогда, когда они были мертвы. Почему она должна быть, когда они живы? Если бы не волшебники, ее отец не выжил бы. Если бы не волшебники, ее отец был бы жив.
По иронии судьбы, изо рта Эммы вылетел пузырь истерического смеха. Звук неестественно эхом разнесся по полю, и она прижала руки к лицу, как будто пытаясь подавить это чувство.
Она всегда предполагала, что Чарльз всё ещё… будет там. В конце концов, она поклялась показать ему, каким дураком он был. Она ожидала его постыдной, но всё ещё дерзкой улыбки, когда он опускал голову — привычку, которую приобрел Джеймс, когда он снова приветствовал её в своих объятиях. Она наполовину надеялась, что это будет её первый год снова, что после строгого разговора с матерью он скажет ей, что всё ещё любит её, что он никогда не переставал делать это.
