— Надоела! Освободи мои руки! Немедленно!
Вампирша вновь дернула цепь чуть на себя и не справившись, потеряла равновесие, упав назад на землю. Вид был измученный, а взгляд…словно взгляд того, кто лишился всякого смысла жить. Ирен уже не злилась, не могла больше злиться. Было так больно, невыносимо больно, будто кто-то на живую разодрал всю грудь, вырвал сердце и раздавил его, оставив страдать. Как же так получилось, что вся эта боль сложилась от собственных слов и слов Ланы? Почему никто не мог отступить? Почему?
Что-то внутри болезненно сжалось. Лицо вспыхнуло, будто по нему ударили кнутом. Лана замерла. Кольцо упало к ногам и его можно было в любой момент поднять. Вот только так ли сильно этого желали? Чтобы все вот так закончилось. Чтобы все было зря. Зверюга оскалилась, проскрежетав.
— Ты сама сказала, что справишься. Хорошо. Вот и справляйся.
Ярости не было предела, казалось, так не раздражала еще ни одна. Даже Шель, от которой Драйфорд рычала, будто волк, чью территорию нарушил чужак. Но сейчас было что-то другое. Это было унижение, глубокое, как и обида. Подняв кольцо, варг оголила клыки в последний раз их показав, как яростный хищник. Лана сорвалась и скрылась в ночи, почти тут же пропав благодаря своему бегу. Лишь слабый блеск луны осветил холодные серебряные локоны.
Ирен посмотрела на оковы, но вот вслед убегающему варгу смотреть не стала, отвернувшись в сторону. Кое-как Цепеш доползла до того камня, на котором совсем недавно отдыхала.
— Есть ли смысл дальше жить…
Спросила девушка сама себя и посмотрела на звездное небо. Спать после такого точно больше не хотелось, в прочем не хотелось совсем ничего. Больше ничего в этой проклятой богами земле и проклятой всеми живыми и мертвыми жизни.
На восстановление отнятой магии потребовалось времени больше, чем при обычных условиях. Оно и ясно. Еды и крови не было, сырость, недавно прошедший ливень и того хуже промочил так, что радоваться приходилось вампирской крови и не склонности к людским болезням. Вот только Ирен не могла нормально радоваться и приняла этот факт с кривой улыбкой на губах, скривленной, будто лист пергамента, смятый гармошкой и расправленный неумелыми руками. Но ты ведь сама решила это, Ирен, не удержала проклятущую зверюгу. Теперь жаловаться нет смысла. А потому оставалось надеяться на то, что никто не придет и не убьет вампиршу.
К счастью, за три отвратительнейших дня в своей жизни, которые Ирен пробыла в богами забытой глуши, так никто и не заявился по душу вампирши. На последний день восстановления сил появился заяц, которого поймали не без труда. Когда бы еще наследница древнего рода гонялась за проворным зверьком, будто неповоротливый двуногий хищник? Хотелось бы думать, что никогда. Кровь всю Ирен выпила с жаждой. Делать было теперь нечего. Так Цепеш и сломала оковы, которые мешали всё это время нормальной жизнедеятельности. Теперь девушка отправилась в путь домой, но и здесь госпожа удача позабыла о бессмертной, оставив свою улыбку кому-то более презентабельному.
Дорогу сильно размыло. Ступать приходилось с опаской: в любой миг нога могла поехать вниз, а если и тогда реакция подведет, то сорваться к обрыву в реку с бурным течением будет неминуемо. Как странно, именно в этом лесу повстречались Ирен с Ланой, именно на обрыве Драйфорд поймала и грубо увела в Империю. Хотела ли этого Ирен? Вот так, грубо, скверно, но с удержанием этой хищницы вернуться обратно. Увидеть ее смешливую прекрасную улыбку, непослушную, как нрав, гриву и взгляд, такой переменчивый, яркий, что в сердце начинает колоть. Лана…
Ирен отмахнулась от навернувшихся слез. Нет. Ты справишься без нее. Ты Цепеш, ты наследница чистокровных и какая-то там варг не будет тебе в указ. Вот только сердце предательски ныло и спотыкаясь, разум сам вспоминал один образ, а губы тихо называли имя.
*******
Ужасный ветер. Невыносимый ливень. Все так не вовремя!
Взорвалось негодованиями сознание варга. И угораздило же? Чем вообще думала эта вампирша? Сидит себе на камешке, будто на полянке, созерцает природу, когда вокруг – даргова дюжина оборотней и еще больше мелких демоноподобных бестий, а ко всему – еще и разбойники.
Сплюнув сгоряча, зверюга перевела дыхание в сотый раз за эти дни. Надо сжечь тело и быстро, иначе эта клыкастая почует кровь, отправится на поиски и рассекретит присутствие супруги. Тяжелый вздох. Губы, обветренные и потрескавшиеся, быстро зашевелились вышептывая заклинание. Резкая вспышка, как от пиротехники и тело рассыпалось в прах, а вспышка молнии напомнила о том, что следует двигаться дальше, также результативно, как вовремя данный пинок под зад.
Лана до сих пор удивлялась с какого полоумия защищала Ирен. То ли дело было в чувстве долга, что глубоко просело после разговора с отцом Цепеш, то ли все было гораздо проще и являлось скорее личной проблемой. Старшая Драйфорд сама не помнила, когда это началось, а может с этим и родилась, но одно было точно – неумение сдаваться, даже если все кажется невозможным. Тело заставляли двигаться даже под гнетом ран и заклятий, не смотря на усталость бились дальше и побеждали. Тогда… почему же сейчас что-то пошло не так?
Вот только как не задавалась вопросом Лана, а ответ все время ускользал, будто солнечный зайчик, что перебегал в другой уголочек, как только к нему приближались. Только если с лучиком все понятно, то здесь все равно ответ был далек. Зачем, зачем ты, дарговщина, хочешь ее защищать? Она же сказала, что справится, сказала, что ты ей не нужна. Или нет?
Что-то внутри екнуло болезненно и варг рыкнула. Непривычный дискомфорт в груди заставлял метаться, будто загнанный в угол зверь, вот только разум еще присутствовал и подсказывал, что нет причин для такого беспокойства.
Если подумать, то Ирен не сказала, что ей не нужна Лана. Только эта клыкастая бестия с чего-то решила убежать и вела себя так нагло, что шейку переломить ей казалось все более привлекательной перспективой, нежели защищать.
Чего ты добьешься этим? Мира Империи и Вампирского Королевства? Продвижения по службе? Примера для всех? Может тогда примера того, как не надо делать?
Уколол внутренний голос коварным ударом. Девушка стихла. Один неверный шаг и можно было съехать вниз, а там… бандиты? Шайка из тридцати человек с сердцами, будто мазутная жижа. Прекрасно, на них и можно будет сорваться.
Варг извлекла клинки из ножн, устало осмотрев их. Капли небесной влаги смывали с них кровь, смешавшуюся с разных убитых. Стоило бы почистить их, хотя… Рокот ворчливый грома разразился над лесом. Там, повыше, сидело маленькое самое вредное создание на свете, хрупкое, будто новорожденный олененок. Если эти бандюги засели здесь, то и до нее доберутся.
Лана криво улыбнулась. И все-таки что-то внутри протестовало за то, чтобы оставить Ирен. Да, она принесла в жизнь много страданий, да она и сама одна из самых неприятных особенностей быта, особенно со своими надоедливыми слезами и требованиями ее любить. Слишком много спеси, слишком много чванства и гордости, что… Хочется приструнить? Но не допустить ей вреда, по крайней мере, от других.
Варг невольно усмехнулась. Такова природа таких бестий, как ты, да? Найти кого-то и мучить, пока его не покинет жизнь. Вот только вампиры похожи, она тоже тебя мучает, Лана, но ведь у нее сил гораздо меньше? Разум, ее разум не так защищен, как разум зверя, привыкшего к уловкам с рождения, не так привычен к боли и иронии, как солдат, несущий и смерть, и правосудие, и просто опасность недоброжелателям Империи.
Будь что будет, Ирен. Ты моя жена и, так уж сложилось, что я теперь твоя. Вот только ты выбрала не того зверя. Не пара тебе живое оружие, не пара варг, желающий убивать, чувствовать кровь на руках, а в крови кураж боя. Тебе бы муженька, который будет под каблуком и ботинки лизать.
Вот только тихий смешок сорвался с красивых губ. Вспышка. Под рокот гневный с небес начался новый танец клинков. Крики отчаяния, боли. Что это? Только часть мгновения.
