Санитарные меры, предпринимаемые местными органами власти, призваны были предотвратить болезни и эпидемии в местах скопления эвакуированных. Среди прибывающего населения многие были больны и нуждались в полноценной медицинской помощи. В целях улучшения медицинского обслуживания эвакуированных, следующих транзитом, а также для санитарной обработки пассажиров в пути следования был организован ряд стационарных постов. В результате проделанной работы количество медико-санитарных пунктов в Архангельской области увеличилось в разы.
Свой след в истории эвакуации из Ленинграда в Архангельскую область оставил город Молотовск (с 1957 г. Северодвинск). Сюда были направлены судоремонтные заводы ленинградской и южной групп. В соответствии со схемой эвакуации судостроительных и судоремонтных предприятий Наркомсудпрома в 1941 г. подлежали частичной эвакуации на завод № 402 заводы № 189, 194, 196, 363, 370 Ленинграда[224]. В феврале – марте 1942 г. в Молотовск из города на Неве прибыли 1485 чел. рабочих и инженерно-технического персонала заводов № 189 и 190 Наркомата судостроительной промышленности. Состояние эвакуированных было таково, что людям требовался особый уход и питание, а также медицинская помощь[225]. Городским коммунальным хозяйством с 1 января 1942 по 1 ноября 1942 г. были отремонтированы и предоставлены 388 новых квартир. Десятки членов эвакуированных семей, прибывших в город, были устроены на работу и обучены производственным профессиям[226].
В сентябре 1941 г. с ленинградского завода № 189 им. С. Орджоникидзе в Молотовск прибыли для достройки подводные лодки Л–20 и Л–22 (подводные минные заградители). Для руководства работами по введению в строй данных судов были направлены 35 специалистов из Ленинграда[227].
Костяк оперативных работников и аппарата управления порта составили несколько человек, переведенных из Архангельска, а также специалисты, эвакуированные из портов страны, в том числе и Ленинграда[228].
По решению Государственного комитета обороны от 23 июля 1942 г. № 2079 летом этого же года из блокадного Ленинграда в Котлас эвакуировали сотрудников ранее расформированного аппарата управления Ленинградской железной дороги[229]. Их задачей на новом месте была организация эксплуатации Северо-Печорской железной дороги. Эвакуированные ленинградцы в труднейших бытовых условиях принимали дороги от строительных организаций НКВД, обустраивали станции, а на воскресниках участвовали в заготовке дров, разгрузке кирпича, работали на ремонте железнодорожных путей.
Александр Дудников, один из прибывших ленинградцев, оставил воспоминания о тех далеких днях. «Состав из Ленинграда прибыл в Котлас 14 июля 1942 года. У местных жителей вызывал удивление внешний вид выходящих из вагона пассажиров, так как они отличались худобой, глубоко впавшими глазами с мутным взглядом, уродливо опухшими лицами, ногами, телом. Скорее их можно было признать подвижными скелетами, обтянутыми высохшей кожей землистого цвета, чем людьми.
Тяжелы были первые шаги. Сразу же возник острый вопрос с кадрами, недоставало работников многих специальностей, особенно командиров среднего звена. Это обстоятельство потребовало смелого выдвижения способных работников из числа ленинградцев на руководящую работу.
В начале организации дороги зародились сложные взаимоотношения со строительными организациями, главным образом Севжелдорлагом и Севдвинлагом. Они пытались считать себя полновластными хозяевами в этом крае и требовали от дороги подчинить расчетные взаимоотношения своим местническим распорядкам, создать свое финансовое благополучие за счет нарушения финансовой дисциплины управления железной дороги.
Свое свободное от труда время в Котласе ленинградцы обогащали участием в клубной работе, которая с их приездом заметно оживилась. В клубе впервые в концертном исполнении зазвучали классические музыкальные произведения. Я как певец вместе с секретарем финансового отдела артисткой Христофоровой и пианисткой Литвиновой организовал три концерта с передачей сборов в фонд обороны»[230].
Эвакуированные ленинградцы внесли значительный вклад в развитие культурной жизни Архангельска и области. Зимой 1942 г. из блокадного Ленинграда в Архангельск была эвакуирована часть труппы Ленинградского театра имени Ленинского комсомола, позже театр перевели в Молотовск. Труппу Молотовского театра с 1 мая 1942 г. расформировали, а часть актерских кадров передали в театр имени Ленинского комсомола на время его работы в Молотовске.
Из осажденного Ленинграда по Дороге жизни был эвакуирован Владимир Павлович Беляев (автор повести «Старая крепость», по которой в 1954 г. будет снят фильм «Тревожная молодость»). Умирающего писателя в январе 1942 г. на улице подобрали моряки и доставили в больницу. В феврале по указу А.А. Жданова его с находившимся в тяжелейшем состоянии сыном и опухшей от голода женой вывезли по Дороге жизни. Первоначально местом эвакуации был определен г. Алма-Ата, но в Вологде произошли изменения, и вместо Средней Азии В.П. Беляева с семьей отправили в Архангельск. Владимир Павлович практически сразу приступил к работе. Уже 5 марта в газете «Правда Севера» был напечатан его очерк «Ночной разговор»[231]. Константин Симонов вспоминал свои встречи с писателем во время командировок на Север: «По соседству с нами в гостинице жил недавно приехавший сюда из блокированного Ленинграда писатель Владимир Беляев с женой. Мы несколько раз обедали и ужинали вместе с ними. Беляев и его жена рассказывали об ужасах ленинградского голода, перечисляли все, что они там пили и ели, начиная от аптечных снадобий, вроде валерьяновых капель, и кончая чуть ли не кожей, которую парили в кипятке[232]. При активном участии В.П. Беляева в Архангельске было воссоздано областное отделение Союза писателей.
12 февраля 1942 г. тяжелобольного поэта Александра Дмитриевича Чуркина вывезли по Дороге жизни из осажденного Ленинграда в Архангельск. Здесь он после выздоровления работал в окружной военной газете «Патриот Родины», публиковал свои стихи в газете «Правда Севера» и альманахе «Север», выступал в госпиталях, заводских клубах и на предприятиях. В 1944 г. А.Д. Чуркин вернулся в Ленинград[233].
Активно трудились на Севере и другие деятели искусства и науки, прибывшие из блокированного города: Берта Ласк работала над антифашистским романом; Рита Райт готовила материалы об иностранных моряках для Совинформбюро; Лев Фридлянд написал ряд произведений о медицинских работниках[234].
В 1943 г. в Архангельске была сформирована школа юнг, в ряды которой принимались в том числе и дети, эвакуированные из блокадного Ленинграда[235]. Среди воспитанников школы был переживший блокадную зиму 1941–1942 гг. будущий писатель В.С. Пикуль.
В начале 1945 г. многие эвакуированные стали получать хлебные пайки на путь следования домой. Но были и такие, кто связал свою жизнь с северной землей. 27 января 2014 г. портал «Архангельские известия» сообщал, что в области проживают 245 граждан, награжденных знаком «Житель блокадного Ленинграда»[236].
Таким образом, Архангельская область смогла принять в годы Великой Отечественной войны несколько тысяч человек, эвакуированных из Ленинграда. При их приеме и размещении властным структурам пришлось столкнуться с рядом проблем. Прежде всего следует отметить, что работать приходилось с больными, измученными войной и голодом людьми. Особенностью области было ее тяжелейшее продовольственное положение. Но большинство эвакуированных остались благодарны жителям Архангельской области, которые независимо от выпавших на их долю трудностей оказывали им всемерную помощь.
