— Постояннно ты во всем ищешь двойной смысл, — пожурил жену Уилл, покачав головой, но при этом добродушно улыбнулся, — но я буду рад, если принцесса изменит свое решение.

— Уже изменила, — неуверенно улыбнулась я и так же нерешительно шагнула вперед, устав быть нерадивой гостей, скрывающейся от гостеприимных хозяев. Мне было неловко от того, что мои руки были открыты и эти добрые люди могли видеть царапины и синяки — доказательство моего плена и издевательств. Я была уверена, что они или уставятся на них, или отвернутся от отвращения, но ни Уилл, ни его жена не подали и виду, что что-то заметили того, чего не должно быть. — Спасибо большое, за то, что приютили нас и дали нам одежду. Если бы не вы…

Меня передернуло от мысли, где были бы мы сейчас, если бы не вышли к этому дому, и учитывая, как мы устали, нас бы совершенно точно поймали. Мы — все еще непонятным мне чудом — смогли бежать, но это совершенно не значит, что нам повезло бы в дальнейшем, приспешников моего родственника было гораздо больше, чем нас, и никто бы не смог гарантировать нам спасения и тому, что ужас не повторится снова.

— Вот и прекрасно, что мы живем возле леса, — хмыкнула женщина, протягивая к свободному месту на столе тарелку с супом. — Думаю, тебе сначала хотелось бы поесть. Меня зовут Грейс, а моего мужа Уилл.

— Спасибо Вам большое. Я — Бланка, но, думаю, Вы и так знаете, кто я, — учитывая сколько дней я не ела нормальной еды, сев возле Анхеля, я тут же накинулась на суп, напрочь забыв о манерах. Я и не подозревала, насколько сильно я была голодна. Сначала мне было неловко, и взгляды всех присутствующих казались мне заостренными кинжалами, которые то и дело царапали кожу, хотя у них вовсе не было плохих намерений, но стоило Анхелю в защитном жесте приобнять меня, как мне стало легче, он успокаивал меня.

— Вы можете оставаться у нас сколько хотите, Вы оба очень устали, и обоим пойдет на пользу отдых, — любезно предложила хозяйка, но, если быть честной, я хотела бы вернутся домой, в безопасность, где есть охрана и шанс, что меня найдет бастард деда очень уменьшится.

— Спасибо за предложение, но будет лучше, если мы отправимся дальше. Мы не знаем, как быстро нас найдут похитители, и чем раньше мы вернемся во дворец, тем лучше, — вежливо отказался Анхель, будто зная, что я не смогу успокоиться, пока я так близка к лесу и к той хижине.

 — К тому же моя семья, — решила высказаться я, как только доела и спряталась в обятии Анхеля, — они с ума сходят от неизвестности. Наши семьи. — В таком случае нам останется пожелать благополучно добраться домой, — хозяин дома поднялся и похлопал Анхеля по плечу, а мадам Грейс увела меня в комнату, сказав, что это платье не годится для дальнейшего путешествия, как и то, в котором вчера к ним попала, и я была с ней согласна, но только не хотелось обременять ее лишними заботами.

— Вот, надень его, — мадам Грейс протянула мне платье с такой трогательной заботой о предмете одежды, что было совсем не сложно догадаться, что оно очень много значило для нее. Возможно с ним связано много воспоминаний или оно принадлежало дорогому ей человеку — и в таком случае я не могла взять его. Несмотря на то, что мне действительно нужна была одежда, моя совсем непригодна для того, чтобы просто выйти из комнаты, что говорить о том, чтобы идти по улицам Анджелеса, я не собиралась забирать нечто важное у этих людей. — Это платье моей дочери, она была бы счастлива, что его надела принцесса.

«Была бы», — важная оговорка. Я не знала, что случилось с дочерью этой милой женщины, но очевидно ничего хорошего, и бередить старые раны женщины я совсем не собиралась, как и забирать вещь, которая была связана с ее ребенком.

— Я не могу его взять, — отказалась я, прекрасно понимая, что это может обидеть добрую женщину, но мне было неловко забирать нечто столь дорогое.

— Я настаиваю, — непоколебимо ответила миссис Грейс, и чем-то она напомнила мне сейчас Сильвию, которая не отступит, пока ты не сделаешь то, что она хочет, упрямо сжав губы в тонкую линию, — оно не должно лежать без дела, да и идти тебе, девочка, не в чем.

— Хорошо, — улыбнулась я, признавая свое поражение, — но я обязательно верну его Вам, как только вернусь во дворец.

— А вот это уже другое дело, но обратно я приму его только из твоих рук.

Я надела любезно отданное мне платье, которое было не только легким по ощущениям, почти воздушным, но также скрывало и все мои увечья, делая мой вид хоть немного приличным. Как бы я не благодарила женщину, она отказывалась признавать, что они с мужем сделали что-то заслуживающее стольких благодарностей, но они не представляли, как выручили нас. Мадам Грейс также одолжила мне красивую шляпку, под которую я надежно спрятала волосы. Мне понравилось мое отражение в зеркале, и, если я буду держать голову немного опущенной, меня вряд ли узнают.

С окраины поселения мы быстро выбрались окольными улочками, где меньше людей. Мы потеряли много времени на сон, и теперь постоянно приходилось осматриваться по сторонам, но нашей стороне теперь были силы, хоть и частично восстановленные, также новый внешний вид, отличный маскировочный прием, за что большое спасибо Уиллу и Грейс. Но, как только мы дошли до автобуса, отправляющего в Анджелес, меня охватила паника. Несмотря на то, что людей было немного, я не могла заставить себя войти в него.

— Я не могу, — тихо прошептала я Анхелю, уткнувшись в его жилетку, я не знала, какого решения ожидала от него, просто доверилась, будучи абсолютно уверенной в том, что он не причинит мне вреда.

— Закрой глаза и сосредочься на моей руке, — я послушно сделала, как он попросил, и он повел меня по ступенькам во внутрь автобуса. Я дважды споткнулась (с закрытыми то глазами), но не упала. Так как я сосредоточилась на ощущении руки Анхеля, сжимавшей мою ладонь, мне действительно стало легче, и я так и просидела всю относительно недолгую поездку до окраины Анджелеса.

По прибытии в Анджелес мы сразу направились к трамвайной остановке. Мы могли бы нанять такси, но решили раствориться с толпой и не вызывать у простых иллейцев удивление больше того, что уже вызвали своей одеждой. Такси привлекло бы к нам слишком много внимания, особенно в окрестных поселениях и на окраине Анджелеса — об этом можно будет подумать только в центре, и то я сомневалась, что это будет хорошей идеей.

Анхель все время держал меня за руку то ли успокаивая меня, то ли самого себя, давая самому себе понять, что я здесь и еще не испарилась. Мы сели в трамвай, идущий в центр, и как и с автобусом — людей было немного, и прекрасно сработал прием с закрытыми глазами. Разговаривали мы мало, стараясь больше внимания уделять окружающим нам местам и людям, пытаясь предугадать возможное появление преследователей, но так никого мы и не встретили, это не только радовало, но еще и настораживало, сея семена сомнений и в так истерзанной переживаниями душе.

— Подожди, — как только мы вышли из трамвая, Анхель отвёл меня немного в сторону. Мы были в самом центре Анджелеса, знакомые места, но которые тем не менее сейчас больше будоражили, чем успокаивали, особенно увеличившемся количеством окружающих нас людей. Было не так сложно добраться до дворца, мне казалось, что ещё немного, и я снова буду дома. Ещё не верится, что мы улизнули из-под носа нежеланного родственничка, но мы сделали это.

Анхель потянулся к моей широкополой шляпе и снял ее с моей головы, и волосы, с трудом спрятанные под нее, посыпались по плечам и спине. Я в панике посмотрела по сторонам, а Анхель невозмутимо и даже с улыбкой расправил мои волосы и надел шляпу обратно.

— Что… Что ты делаешь?

— Пора менять стратегию. Тебя должны узнать, — ещё две минуты назад нашим заданием было слиться с толпой, а уже сейчас он говорит, что меня должны узнать. Что изменилось? Это я и спросила у него, на что он также беззаботно ответил. — Это Анджелес, бестия, мы добрались до самого многолюдного района города. Если тебя узнают и мы будем среди людей на протяжении всей дороги домой, шанс что на нас не нападут значительно увеличивается.