- Правда? Просто поговорить?

- Просто поговорить. Освободи меня.

- Мм, - Римус задумчиво поигрался с кончиком своей палочки, как будто ему было совершенно плевать. - Видишь ли, мне немного трудно поверить тебе, Кастор, дружище. Учитывая, что в прошлый раз, когда Сивый прислал человека ‘просто поговорить’ со мной, погибла невинная женщина.

- Мой отец признаёт свою ошибку за то, что послал Ливию, - серьёзно сказал оборотень. Теперь он немного успокоился и очевидно наблюдал за Римусом, желая посмотреть, куда всё это зайдёт. - Поэтому на этот раз он прислал меня.

- Этим меня тоже не обманешь, знаешь, - дерзко улыбнулся Римус. - Решил, что привлекательный парень сможет… эм… зажечь мой интерес, ведь так?

Кастор продолжил смотреть на него, прищурив глаза. Римус пожал плечами и продолжил.

- Я хочу сказать, не пойми меня неправильно, Кастор, я тронут, я уверен, что ты замечательный, но я всё равно не заинтересован. И я должен сказать, что пока что я не особо впечатлён. Значит, ты не так хорош с магией, как твоя подружка Ливия? Она бы телепортировалась прямо из этой ловушки, не моргнув глазом.

- Эта древесная сука! - прорычал Кастор, снова принимаясь за попытки вырваться. - Что бы она ни сделала, эти ветки… я не могу использовать магию…

- А, понятно! - кивнул Римус. - Ну, надо не забыть поблагодарить ее в нашу следующую встречу.

- Ливия рассказала мне про тебя, - сказал Кастор. - Она сказала, что ты домашний питомец Дамблдора, щенок. И мухи не обидишь, даже кролика не задерёшь в полнолуние.

- Я ничей не домашний питомец, - ответил Римус, сжав челюсть. - И ты тоже не должен им быть. Что такого замечательного в Сивом, а? Что, вы думаете, с вами случится, когда мы победим Волдеморта?

- То же самое, что всегда происходит с такими, как мы, - ответил Кастор, с жалостью глядя на Римуса. - Нас будут отлавливать и гнать.

- Разве вы не хотите это изменить? - настоял Римус, делая шаг вперёд. - Разве у вас нет семей в реальном мире? Разве вы не хотите свою собственную семью когда-нибудь?

- Мы - стая. Мы - всё.

Римус вздохнул.

- Ты не понимаешь. Он врёт вам. Я знаю, что есть способ сделать нашу жизнь лучше, по-настоящему изменить то, как с нами обращаются, но это не тот путь, разве ты не видишь?

Кастор презрительно фыркнул на него.

- Как и сказала Ливия. Щенок. Говорил отцу, что ты ещё не готов. Говорил ему, что ещё слишком рано.

- Слишком рано для чего?

- Для большой ночи, естественно, - снова начал улыбаться Кастор этой зловещей ухмылкой, от которой Римуса мутило. Оборотень продолжил, видя непонимание Римуса: - В ночь следующего полнолуния стая выйдет на охоту. Это будет охота, какой мир не видел с тёмных веков.

- Зачем ты мне это говоришь? - теперь голос Римуса начал срываться, как бы сильно он не пытался это скрыть. - Ты же знаешь, что я пойду прямо к Дамблдору.

Кастор засмеялся пустым звуком из глубины своей груди.

- Идеально.

ХЛОП

Римус скривился, когда воздух вокруг них словно замерцал, и на пару шагов отошёл от фигуры, которая появилась на пустом месте между ним и Кастором. Она тихо шикнула себе под нос, переводя холодный взгляд между Римусом и Кастором. Ливия.

- Сестра! - воскликнул оборотень, снова начиная вырываться. - Освободи меня!

- Ты подвёл нашего отца, - ответила она. - Тебя ожидает наказание.

- Нет! - возразил Кастор. - Это всё дриада, я не мог…

Ливия подняла руку, и Кастор замолк, не в силах двинуться или издать звук. Внутренности Римуса застыли, когда она повернулась к нему.

- Здравствуй, любовь моя. Ты готов?

Римус достал свою палочку, наставил на неё, принимая позу для дуэли, и прирос ногами к земле. На этот раз она его не получит. На этот раз он знал, чего ожидать.

- Я никуда не пойду, Ливия.

- На это нет времени, луна уже близко, - цокнула она и начала идти к нему, такая же дикая, и грязная, и потрёпанная, какой он ее помнил. - Опусти эту глупую палку, - она подняла руку и изогнула ее в воздухе, как будто поворачивала дверную ручку. Римус почувствовал ее силу, которой она раздвигала его пальцы в стороны, и его палочка начала гореть в ладони, но на этот раз он не бросил ее. Он сжал зубы и собрал каждую крупицу магии из окружающего его леса.

- Нет.

- Римус Люпин, - прорычала она, - ты пойдёшь с нами.

Теперь она подняла обе руки, щёлкнула пальцами и раздвинула их веером. Деревья вокруг Римуса моментально загорелись ярким пламенем от корней до верхушек ветвей, превратившись в пылающие колонны. Он был в ужасе, но он не собирался опускать палочку.

- Нет, - повторил он, медленно отступая назад. Он побежит, если придётся, пускай с ними разбираются дриады - или даже кентавры, если на то пошло. Нельзя было просто объявиться вот так вот в этом лесу и начать жечь деревья.

Тогда Ливия снова щёлкнула пальцами и мгновенно освободила Кастора от его оков. Он зарычал и присоединился к Ливии, и теперь их было двое, и их глаза горели как четыре горячих угля, отражая отражающее их пламя.

- Время пришло, Римус Люпин, - одновременно сказали они, когда чёрный дым начал заполнять воздух с запахом горящей сосны.

- Нет, - сказал он снова, хотя теперь он не видел способа сбежать. - Мордео! - прокричал он, наставив на них палочку и отходя назад. Кастор с рыком отпрянул, но Ливия лишь засмеялась и снова взмахнула рукой, смахнув проклятие, как будто оно было не больше, чем просто паутиной у неё перед носом.

Вот и всё. Сейчас они заберут его - бог знает куда - и сделают его одним из них. Он больше никогда не увидит своих друзей, никогда не увидит Сириуса. Он был таким идиотом, когда заставил их остаться. Теперь больше некому было его защитить.

Есть ты, Римус не узнал этот голос. Это был не Грант и не кто-то, с кем он ‘говорил’ раньше. Но, возможно, он был прав. Было одно заклинание, о котором он и не подумал, потому что он так им и не овладел, но сейчас он находился в отчаянном положении, и в его распоряжении было больше силы, чем раньше.

Под градом горящих листьев и обжигающих углей Римус собрал все ресурсы, что у него оставались; его силу, его ярость и всю радость в своём сердце. Ему придётся быть готовым бежать, как только он произнесёт заклинание. Если у него не получится, то у него вообще не будет времени, чтобы уйти.

Он сделал осторожный вдох и - прямо перед тем, как произнести заклинание - вспомнил глаза Сириуса, и губы Сириуса, и улыбку Сириуса. ‘Я без ума от тебя’.

- Экспекто Патронум! - практически прокричал он, вытянув руку, и в этот момент из конца палочки вырвался огромный серебряный зверь и помчался навстречу Ливии и Кастору, широко открыв огромную пасть и оскалив клыки. За долю секунды перед рывком он увидел, как те закрывают свои глаза и отворачиваются в другую сторону, когда огромный зверь прыгнул на них.

Но у него не было времени стоять и наслаждаться своим успехом. Он бросился бежать к краю леса; обратно в Хогсмид, в волшебный мир, к своим друзьям. Римус бежал так быстро, что его ноги горели, а бедро болело так, будто туда воткнули копьё, но он не остановился, его лёгкие были наполнены дымом, глаза слезились, но он продолжил бежать, пока деревья не стали реже, и он не увидел свет.

***

Питер и Сириус до сих пор были там. Сириус отрывисто мерил шагами небольшое пространство на дороге. Питер сидел на обочине, поджав колени к груди и неотрывно глядя в лес. Он выглядел так, будто недавно ревел.

Римус проковылял на дневной свет и был готов свалиться прямо там. Питер поднялся, неверяще вытирая глаза, и Сириус бросился к нему, но затем вдруг его отбросило назад, когда он наткнулся на невидимую стену. Он яростно зарычал сквозь сжатые зубы. Римус почувствовал, как какой-то узел внутри ослабевает, и невидимый барьер исчез. Он с хриплым дыханием поковылял к своим друзьям.

- Прости, - пробормотал он.

К его большому удивлению, Сириус бросился ему на шею и крепко прижал к себе. Его сердце бешено билось напротив сердца Римуса, и он обнял его в ответ, измождённый и благодарный.