Её размышления прервал навязчивый смех Делакур. Она прошла за соседний диван, отмахиваясь от однокурсницы и садясь рядом с Малфоем. Парни вокруг едва не свернули шеи, уставившись на неё. Было бы на что смотреть. В руках у француженки не пустел бокал, а сама она начала о чём-то щебетать, привлекая внимание девушек рядом. Они смотрели на её руку, лежащую возле бедра Малфоя.

— Да, потому что во мне к'говь вейлы, — Флёр ответила своим звонким голосочком на чей-то вопрос, который Гермиона пропустила, слушая о том, что «Дин здесь, но он не обращает на меня никакого внимания, словно издевается!». — Моя бабушка была вейлой.

Видно, что Делакур хотела, чтобы этот чёртов диван, на котором она сидела, поставили в центр комнаты на возвышение, с которого соскочил Нотт после своей недолгой речи, и слушали только её. Она упивалась обращённым на неё вниманием.

— Это легко понять по че'гтам лица и волосам, конечно же, — парни вокруг слушали Флёр с раскрытыми ртами, будто она глаголила закрытые до недавнего времени истины. На это было смешно смотреть. — Да, Д'гако? Таких, как мы, очень мало.

— Драко? — Вейзи сел вполоборота, чтобы взглянуть на однокурсника. — У тебя в роду были вейлы?

— Бабушка Нарциссы, — равнодушно ответил Малфой, вновь пригубив то, что было у него в стакане.

Ого, что ж, это было неожиданно. И одновременно ожидаемо. Белые волосы, резкие черты лица, остающиеся притягательными, повадки. Можно было догадаться. Гермиона никогда раньше не видела мужчин-вейл или хотя бы тех, у которых такие состояли в родстве, так что непонятно, как они должны выглядеть. Но теперь стало ясно, что эти мужчины, видимо, ох, Годрик, красивые, но настоящие подонки. Да, они с Флёр подходили друг другу идеально. Красивая оболочка, гнильца внутри. Учись француженка в Хогвартсе, точно была бы на змеином факультете.

Смотря на то, как Малфой отбрасывает волосы с лица, мимолетно проводит пальцами по подбородку, делает какие-то простые движения, Гермиона понимала, что внутреннее уродство и внешняя красота никак не связаны, и это было совершенно несправедливо.

— П'гедставляете, какие у нас были бы идеальные дети? — расплылась в улыбке Флёр, трогая Драко за волосы.

Он отодвинул её руку, никак не реагируя на заявление, хотя девочки вокруг согласно закивали. Здесь стало слишком мало воздуха от накатившего пафоса.

— Я пойду налью себе сок, — шепнула Гермиона Джинни, которая увлеченно что-то рассказывала дурмстрангцу (имя которого Грейнджер забыла), старательно поглядывая тому за плечо.

Она прошлась к бару, смотря, чем занимались остальные ученики, неувлечённые спектаклем, устроенным Малфоем и шармбатонкой. Не было ничего примечательного: все общались, выпивали, порой, слишком громко, а остальная часть людей танцевала. Ей нравилась музыка, но сейчас почему-то не чувствовалось ни малейшего желания выплясывать.

Гермиона увидела Дина, сидящего в кресле и постоянно сверлящего этого... чёрт, да как же его звали? Того, с кем говорила Джинни. Нужно будет потом ей сказать. Хотя, это так глупо.

Гермиона налетела на препятствие и сделала два шага назад чисто на автомате, вспоминая, что последняя подобная стычка из-за её невнимательности закончилась синяком на плече. Чёртовы Дин и Джинни!

— О, прости! — Виктор Крам виновато улыбнулся, хотя это Гермиона налетела на него.

— Нет, ты извини, я засмотрелась на... неважно, — она махнула рукой, усмехаясь, в попытках сгладить неловкость. — О, я Гермиона.

Виктор пожал ей руку, улыбаясь ещё шире. Сейчас он выглядел гораздо менее угрюмым.

— Да, я знаю. Общался с несколькими учителями здесь, в Хогвартсе, и они говорили, что ты лучшая ученица, — Крам внезапно спохватился и взял со стола два бокала. — Хочешь? Держи.

— Спасибо, — кивнула Гермиона, понимая, что щёки её горят от такой похвалы. — Они мне льстят на самом деле.

Мысли о том, что кто-то говорил о ней в таком ключе, подбадривали и радовали, но слышать об этом было всё равно странно. Она не была одной из таких, как Малфой, которые обожали внимать дифирамбам непревзойденности. Гермиона задумалась, устремив взгляд в напиток.

— Там ничего особенного! — уверил её Виктор. — Только то, что наливал бармен всем здесь.

— Да-да, конечно, я просто... немного растеряна, — Грейнджер тут же сделала глоток, не желая, чтобы Крам думал, что она решила, будто он туда подлил что-то. Алкоголь потёк по гортани, и Гермиона немного закашлялась.

Странно, они общались всего пару минут, но Крам ломал всякие стереотипы о себе. Сейчас он казался добродушным, не таким, как на плакатах на Чемпионате.

— Не хочешь присесть? — предложил Виктор.

Ей подумалось, что Рон с ума сошёл бы от возможности обменяться парой фраз с Крамом, так что приветливо кивнула, решив, что познакомит их потом поближе. Возможно, захватит с собой Гарри, и общая тема сплотит ребят. Да, это было похоже на план.

— Буду рада, — она посмотрела в сторону Джинни, которая всё ещё имитировала заинтересованность в том парне, и решила, что подруге сейчас не до неё.

Они прошли за другую сторону бильярдных столов, чтобы отгородиться от толпы. Здесь было малость тише, хотя танцпол перед глазами отвлекал, но Краму, кажется, было всё равно. Он сел вполоборота на кресле, смотря на Гермиону, пока она смотрела через игральный стол на толпу.

— Кажется, у тебя не очень хорошие отношения со слизеринцами, — произнес Виктор, правильно толкуя её напряжённый взгляд.

— У всех с ними не очень хорошие отношения, — усмехнулась Гермиона. — Нет, на самом деле, это только Малфой. Ты знаешь, наверное, вы ведь сидите за одним столом во время обедов. С ним сложно оставаться нормальным человеком.

Крам фыркнул, смотря поверх её плеча.

— Впрочем, неважно. Я поздравляю тебя с участием в Турнире, — затараторила Грейнджер, переводя тему.

— Спасибо, — смутился Виктор, что опять вызвало у неё волну удивления. Он действительно был совсем другим. Приятным. Милым. — Я удивлен, что ты не бросала имя в Кубок. Столько учителей о тебе так положительно отзывались.

— Нет, это не по мне, — Гермиона покачала головой. — Хотя, я всё равно в каком-то роде не осталась в стороне. Участвует мой лучший друг — Гарри Поттер.

Виктор нахмурился, опустив взгляд в стакан, и Грейнджер сделала ещё один глоток, забыв, что в стакане была какая-то смесь рома и сока или чего-то, что было жуть каким сладким, словно неразбавленный сироп, и горечь алкоголя. Кому это вообще может быть по вкусу?

— Ты, наверное, злишься? — неожиданно спросила Гермиона, и Крам удивлённо посмотрел на неё. — Ну, из-за того, что Кубок выбрал двоих чемпионов из Хогвартса? Знаю, это несправедливо, но Гарри правда не бросал туда своё имя.

— Честно говоря, мне всё равно, — Крам расслабленно откинулся на кресле, звуча вполне искренне. — Неважно, со сколькими придётся бороться: с двумя или тремя. Всё равно победит лучший.

— Я бы не была так самоуверенна, — подначила его Гермиона, почувствовав расслабление, потому что беседа явно несла легкость. — Наши чемпионы тоже хороши.

— Ты пять минут назад сказала, что Малфой козёл, только другими словами, — напомнил ей Виктор, улыбаясь шире. Да, парень правда милый.

— Но я не говорила, что он тупой, — Гермиона подняла палец вверх, едва не смеясь. — Нет, правда, я бы на твоём месте закрывала спальню на ключ. Такие, как он, играют грязно.

Несмотря на то, что из-за акцента собеседника ей иногда приходилось переспрашивать, неловкость стёрлась довольно быстро. Виктор не стал развивать тему Турнира, говоря с ней о предметах и различиях между Хогвартсом и Дурмстрангом. Стакан в руке Гермионы почти опустел, но почему-то ей казалось невежливым просто отставить его.

Гермиона поняла, насколько давно она так долго не общалась с кем-то, кроме Рона, Гарри или Джинни. Они все были не в счёт, потому что давно стали её семьёй. Всегда случались короткие разговоры с однокурсниками, помощь с домашним заданием Невиллу, перебранки со слизеринцами. Вот так сидеть и болтать о чём-то, действительно её интересующем, было приятно. Словно почувствовать себя обычной девушкой, которая не влезает во всякие передряги и не думает о том, что завтра нужно придумать, как помирить лучших друзей, и что делать с заданием Гарри. Она просто сидит и разговаривает с парнем. Просто.