И не только её.

***

— Салазар, и эти два кретина тоже здесь? — Малфой упал на диван, забросив ногу на колено.

— С грязнокровкой? — спросил Тео, проследив за взглядом друга и подав ему стакан с огневиски и кофеиновой содовой. — Нет, она вроде пришла с Уизли-младшей. Вейзи, ты будешь?

Нотт перегнулся через плечо Малфоя, передавая напиток. После ответа Теодора дышать в этом душном помещении стало буквально на каплю легче. Нахера здесь вообще горит камин? Это была первая мало-мальски приличная вечеринка за последние два года, так что Драко было просто жизненно необходимо здесь присутствовать. К тому же слизеринцы взяли на себя алкогольную часть, зная, что когтевранцы споются с полоумными пуффендуйцами и забудут о главном веселье. Так что плевать, кто это затеял, главными козырями всё равно обеспечил Слизерин.

Драко была ненавистна мысль о шатании гриффиндорских выскочек в одном помещении с ним во внеурочное время. Хотя венец дебильной троицы всё же пришла, рассевшись в другом конце комнаты и ведя задушевные беседы с Уизлеттой и ещё какими-то двумя гриффиндорками, которые были недостаточно привлекательны, чтобы их имена запомнились.

— Слушайте, неплохо, — протянул Вейзи, растягивая губы в улыбке. — Кто бы мог подумать, что под школьными лахами Грейнджер скрывает такие горячие ножки, да?

Он хохотнул, и Драко повернулся к нему, чуть не свернув шею. Этот придурок практически дословно повторил его идиотские мысли на Чемпионате по квиддичу, когда она стояла в палатке, скованная заклятием и пожирающим взглядом Фенрира.

— Блять, скажи, что ты шутишь, — скривился Малфой, понимая, что слизеринец всё ещё пялится на неё.

— Они охуенно смотрелись бы на плечах, а? — он перевёл взгляд на Драко, забавляясь и делая идиотские недвузначные движения бёдрами. — Я слышал, что грязнокровки горячи. Типа возмещают свою неполноценность в другом, шарите?

— Ты больной ублюдок, Вейзи, — фыркнул Тео, и алкоголь чуть не полился у него через нос от смеха. — Внешность Грейнджер... никогда не была проблемой. Её рот, который не закрывается, плюс грязная кровь. И два отростка в виде Поттера и Уизела.

— Ну, я не думаю, что она тащит их с собой, когда собирается потрахаться, — засмеялся Вейзи, и Малфой почувствовал, как трясётся от смеха рука однокурсника слева от него.

— Просто завалите, серьёзно, — скривился Драко. — Вам обоим достаточно.

Друзья захохотали в ответ, обмениваясь ещё парой реплик. Малфой нехотя перевёл взгляд на грязнокровку. Она сидела на бирюзовом диване, забросив ногу на ногу и качая ступнёй, преломляя свет камина в паре маленьких камешков на застёжке светлых босоножек. Ноги, чёрт их дери, и правда были хороши. Драко бы никогда не сказал это вслух, как Вейзи ляпал вслух всё подряд, подобно пятилетнему, но он об этом думал. И это было уже достаточно неправильно.

Волосы грязнокровки были более объемными и в какой-то степени собранными, что совершенно не имело смысла. Так что Драко решил, что дело в каких-то гламурных чарах или чём-то подобном, что так любила Паркинсон.

И Пэнси обожала носить такие юбки, как та, что была надета на Грейнджер сейчас. Что больше походила на пояс. Но на Гермионе такие вещи не выглядели вызывающе. Какая ирония.

— Нормально?..

— Что? — Драко уловил только окончание фразы, понимая, что у него что-то спросили.

— Говорю, это нормально, что ты зажимаешь Делакур? — поднял брови Вейзи. — Это разве не конфликт интересов?

— Я тебя умоляю, — закатил глаза Малфой.

— А что с Пэнси? Я видел, на ней лица не было, когда она стояла у бара.

Пэнси. Обидчивая, плаксивая, ни в чём не виновная Пэнси. Она должна была привыкнуть. Драко не хотелось её обижать, правда не хотелось. Но он не мог просто привязать себя к Паркинсон, как ей было нужно. Флёр не представляла из себя ничего серьёзного, как и сама Пэнси. Кто вообще представлял? Драко и сам для себя не был никем серьёзным. Очередным ходом партии своего дражайшего папочки, который даже не в состоянии посвятить его в свой план. Так, стоп. Это не место для таких мыслей.

— Так-с, время, — Тео глянул на свои часы. — Я думаю, все уже собрались, нужно запечатать входную дверь, а то Филч пеной изойдётся от экстаза, если застанет нас тут. Где шляется Забини? Драко, где Блейз? — друг посмотрел на него сверху, успев подняться.

— Наконец присовывает Дафне. Я не знаю, где этот кретин, — ответил Драко слишком резко, на что Нотт лишь молча поднял брови, но тему развивать не стал.

***

Гермиона отвлеклась от рассказа только что пришедшего Джимми, услышав характерный стук металла о бокал. Повернув голову, все увидели, как Теодор Нотт встал на какую-то небольшую возвышенность, которая позволила ему подняться на несколько голов над всеми. Грейнджер не видела, на чём он стоял из-за толпы, чьё внимание сосредоточилось на слизеринце, как только музыка стала на порядок тише.

— Прошла уже неделя с момента, как к нам прибыли наши гости, но у нас ещё не было возможности по-настоящему отпраздновать это событие, — голос Нотта был усилен Сонорусом, так что все хорошо его слышали. — Посиделки в Большом зале и речи старика Дамблдора — это круто, но сегодня мы покажем, как реально обстоят дела в Хогвартсе, когда нам хочется повеселиться! — голос слизеринца звучал бодро и даже как-то... по-доброму, что вообще не вязалось с его образом в школе. Или тем образом, который он демонстрировал людям. — Расслабляйтесь и знайте, что как бы жестко Хогвартс ни вырвал у вас победу в Турнире, мы всё равно остаёмся гостеприимными ребятами. Давайте охуенно оторвёмся!

Люди засмеялись, поднимая стаканы, хорошо принимая шутку, и уже в следующий момент музыка загремела вновь. Поднявшись немного ранее и подтянувшись ближе к толкающему речь, теперь большинство студентов оказались в одной секции. Джинни потянула Гермиону за локоть, заставляя сесть.

— Так, нам нужно это допить? Кому обновить напитки? — Терри Бут потряс большой прозрачной бутылкой, жидкость в которой плескалась на дне. — Аманда? Гермиона?

Слизеринская девочка протянула стакан, но Грейнджер покачала головой, немного улыбнувшись.

— Спасибо, я не пью.

Она могла бы и не заметить этого, лишив слизеринцев дополнительного удовольствия, если бы не повернула голову вовремя, но вряд ли они спустили бы это с рук. Малфой закатил глаза, переглядываясь с Ноттом.

— Я понимаю, что вечеринка межфакультетская, — произнес Драко достаточно громко, так, что дурмстранговцы, которым разливали напитки, обратили внимание. — Но можно было хотя бы запретить приходить занудам?

Слизеринец смотрел на неё с вызовом, сидя напротив, и люди вокруг насторожились, готовясь к впечатляющему обмену колкостями.

— Да, Малфой, ведь малолетний алкоголизм и пафосное тыканье кием в шары делает тебя таким весельчаком, — фыркнула Гермиона и, забросив ногу на ногу, отвернулась, слыша одобрительные смешки.

Она успела заметить лишь его недовольный прищур, когда Терри вмешался, примирительно улыбаясь.

— Да-да, но не слизеринцы устроили эту вечеринку, так что и не слизеринцам решать, кому здесь находиться, — его реплика была чёткой, но не злобной, когда он, наконец, отлевитировал распитую бутылку на бар.

— Без нас вы бы набросали сюда подушечек блевотного цвета, зажгли свечи и подохли бы от скуки, — Гермиона обернулась на показавшегося вроде бы из ниоткуда Забини в компании с каким-то парнем из Дурмстранга. — Признайте, мы сделали эту тусу.

— Как видите, — обратилась к гостям Джинни со вздохом, — у змей чувство неполноценности, так что они изо всех сил пытаются примазаться хоть к чему-то достойному.

— Не заговаривайся, Уизлетта, — тон Забини тут же стал холодным.

Видимо, это какая-то супер-способность, которой обладают только слизеринцы — превращать свои связки в лёд по команде. Джинни лишь улыбнулась в стакан, довольная сказанным.

Как бы там ни было, Гермиона понимала, что сейчас она впервые видит общение факультетов между собой. Это не были тёплые разговоры за чаем, о которых мечтали на Пуффендуе, но это было уже хоть что-то.