Терминалы – давным-давно, естественно, выключенные – они прошли спокойно, Билл мрачно ругался себе под нос, окидывая взглядом разбитые витрины и цифровые табло. Отсюда, естественно, было вынесено всё, кроме стен. Даже часть аппаратуры оставила по себе только обрезанные кабели.

- Мда… Прошу заметить, а расой мародёров при этом называют нас. А ведь мы здесь впервые за 200 лет.

- Для столь редких визитов вы как-то подозрительно осведомлены, – буркнул Лоран.

Тилонские скафандры, помимо того, что «подгонялись» по абсолютно любой фигуре, плотно облегая тело, так что даже на Лоране его скафандр не болтался, имели ещё массу полезных свойств, в большинстве из которых никто, однако же, разобраться не смог. В частности, звук можно было настроить на внешнее или внутреннее звучание, сказать что-то хоть всей группе, хоть кому-то адресно, но применять эту способность мог только Ан’Вар, прочим он, плюнув на попытки объяснить принципы управления, настроил внешнюю трансляцию.

- Ох да бросьте, как будто для осведомлённости обязательно везде бывать лично. Я б не отказался иметь большую осведомлённость до того, как ступил на эту землю… Но приходится работать с тем, что есть.

Вот раскуроченная панель терминала экспресса, кажется, вывела Ан’Вара из душевного равновесия. Билл с интересом вслушивался в отрывистые щелкающе-лающие звуки, размышляя, слышит ли он сейчас именно тилонский язык, или это язык, который Ан’Вар выучил первым, или язык, на котором он чаще всего говорит? Вообще вероятно ли, что они сохранили свой язык таким, каким он был, во всех своих шляниях по вселенной с постоянной сменой личин, или теперь это смесь разных наречий, которыми они пользовались то или иное продолжительное время, и теперь разные группы тилонов, встретившись где-нибудь спустя столетия, могут и не понять друг друга?

- Видимо, были материалы с высоким содержанием трапинофламия, – изрёк наконец Ан’Вар, – ллорты. Или ллортам продавали. У них он на вес золота. А у маркабов его всегда было больше, чем где-либо ещё, вся оптика на нём и не только… Ну, посмотрим, что можно сделать…

- А смысл есть? – хмыкнула Лаура, поглядывая за матовое, уже почти непрозрачное от толстого слоя пыли стекло на заваленный мусором перрон, – может, вагоны тоже тово… спёрли?

- Повредить, положим, могли, а прямо спереть – это всё-таки…

В голосе слышалась нервозность, а кем здесь она не владела? Перспектива топать до города пешком, примерно 17 км, не радовала никого. Что там, для начала ближайшая задача – покинуть территорию космопорта, несколько осложнившаяся испорченными терминалами, блокирующими двери…

- Интересно, как все эти-то… непрошенные гости… здесь проходили? Или после тех, что вот это всё развандалили, больше никого и не было?

- Не знаю… – пробурчал тилон, скидывая рюкзак, – можете пока там вернуться проверить другие палубы, может, где-то просто коротко и рационально вынесли дверь… Я тоже склоняюсь к такому варианту, но тогда будет сложнее уговорить экспресс. А на сохранность хотя бы одного флаера я б точно не рассчитывал…

Всё логично, уныло вздохнули спутники, поскольку идти до города пешком обычно сумасшедших нет, пассажиры выпускались из здания – и, глобально, с территории космопорта – автоматически при оформлении билета на экспресс или аренде флаера. Пираты, видимо, вылетали с территории на истребителях, а у «Млау» истребителей не было, это одна из проблем, которую хозяева собирались решить в ближайшее время.

На первые манипуляции Ан’Вара калечная панель ответила снопом искр, а затем отрывочно и растерянно проиграла какую-то мелодию, вероятно, из тех, что сопровождают выбор пункта меню.

- Ага! Отлично, посмотрим, как быстро получится тебя обмануть…

Странное зрелище, если осмыслить, думал Лоран. Система давно мёртвого мира не понимает, что он мёртв, что ни деньги, ни имена уже не имеют значения под этим солнцем. Она слепо подчиняется командам, которые генерирует, с помощью небольшого устройства с сенсорной клавиатурой, начерновую прикрученного обрывками проводов к терминалу, Ан’Вар, пиликает, думая, что переводит кредиты на давно не существующий счёт, вносит в базу данных удостоверения, которые давно ушли в небытие (устройство находит в базе и повторяет уже когда-то осуществлявшиеся запросы).

- Похоже на спиритический сеанс, – озвучила его мысль Лаура. Терминал издал очередную деловитую трель и створки из толстого стекла разъехались, выпуская их на безжизненный перрон, где гостеприимно распахнул тёмный зёв всё ещё перламутрово поблёскивающий эллипсоид экспресса. На всякий случай все положили руки на рукояти бластеров, но нутро экспресса дышало той же могильной тишиной, что и всё вокруг.

- Надеюсь, мёртвых маркабов мы там не обнаружим, – проворчал Билл.

- Ну, не стоит рисовать такие-то дешёвые драмы, мистер Мейнард. Умерших в людных общественных местах в любом случае успели найти и похоронить. К тому времени, как трупов стало больше, чем могильщиков, экспрессы и космодромы стали уже как-то не актуальны…

Нерассудочно – скафандр полностью фильтровал воздух, Лаура это понимала – казалось, что запах тления всё ещё висит под закруглённым сводом, на котором играют золотистые блики от двух тускло засветившихся рожков. Скафандры у тилонов феноменального качества, облегающие, как вторая кожа, и от этого сейчас было дурно. Как будто она голая сидит на этих низких мягких сиденьях, напоминающих толстые подушки, хранящих миллионы смертоносных спор… Разум понимал, что эти два миллиметра всё же являются надёжным барьером между нею и заразой, которую, хоть ей самой можно не опасаться, она не хотела бы впускать в свой организм, но душе было неспокойно. В призраков она не верила, по крайней мере, полагала, что 99% рассказов о них вымысел или галлюцинация рассказчика, но пожалуй, оставшийся процент если кому и приличествует, так этому месту.

Лоран с большим трудом протиснулся в дверь, с двумя тушами алакии и сломанным капканом, поэтому не сразу увидел Люсиллу, доливающую горячую воду из большой бадьи в самый большой таз, стоящий на полу посреди кухни. А когда заметил, с трудом поборол желание долбануть добытой дичью о стену.

- Люсилла! Стирку жизненно необходимо было затевать именно сейчас? Невозможно было хотя бы дождаться меня? Ты, конечно, много мне рассказывала про свою мать, это я всё помню, но я просто был бы благодарен тебе, если б именно ты, именно себя, именно сейчас, берегла!

Девушка распрямилась, отставила пустую бадью на стол и посмотрела на Лорана насмешливо-устало.

- Лоран, милый, поверь, если б я чуть меньше тебя любила, я б не долго терпела запрещение поднимать что-то тяжелее чашки с супом и вставать даже для того, чтоб просто взять своё шитьё с тумбочки. Спасибо, хоть в туалет вставать разрешаешь, если б ты мне в постель горшок приносил, мне б трудно было удержаться от того, чтоб надеть его тебе на голову. Извини. Серьёзно, извини, я надеялась управиться до твоего возвращения. Но это не вполне от меня зависело.

- Люсилла!!!

- Лоран. Поверь мне как эксперту – есть сферы, в которых мужчины куда слабее и уязвимее женщин, и именно их нужно оберегать. Прости, что уберечь тебя не смогла. Надеюсь, это не нанесёт непоправимого урона твоей психике. Убедить тебя просто посидеть это время на кухне, а лучше – на улице я, знаю, не смогу… Уговорить не паниковать и не бегать по потолку – тоже вряд ли… Лоран, у меня начались роды. Так, без паники, я сказала! Если будешь просто выполнять мои указания – окажешь мне великую услугу.

Последние слова она говорила, уже находясь на руках у Лорана, целеустремлённо волокущего её обратно в комнату.

- Не на кровать! Она у нас одна, нам на ней ещё спать. Вон там у стены я оборудовала нормальное гнездо…

- Люсилла, я совершенно серьёзно, нам следует вызвать врача!

- Хорошо придумал, врач же тебя в ближайшей алакской норе ждёт. Да пока ты будешь бегать до ближайшего места, откуда можно кого-то вызвать, я десять раз рожу! Господи, мужчин придумали, чтобы женщинам жизнь малиной не казалась… Ты можешь просто не метаться и слушать, что тебе говорят? Положи меня наконец! И сам сядь. Хорошо, сядь рядом, если тебе так спокойнее.