- Дэвид Шеридан – переводчик и собиратель фольклора, он наверняка знает обе эти сказки. Но ведь это – именно сказки… Сказки хороши, но именно как художественные произведения, это то, чего нет и не может быть в жизни.
Ан’Ри осторожно взял родственницу под руку, поворачиваясь, чтобы пойти в дом.
- Ну, ты помнишь, что сказали по этому поводу занефы. Прекрасно понимая, что история – быль, а сказка – вымысел, они отдают ум истории, а сердце – сказке.
- Им, занефам, можно, у них трудная жизнь, была и есть. А мы не можем жить сказками… Не можем жить суевериями. Не так учит Г’Кван.
- Сказки существовали до Г’Квана. Сказки существуют в любом мире, и иногда, как ты сама заметила, они очень похожи… Может быть, в этом есть какой-то смысл?
====== Гл. 38 Тайна Рем-кал’ты ======
- Говоря о медицине, о биологии, – Альберт важно прохаживался по небольшому помещению без окон, стены которого были расписаны розовато-золотистой вязью, как и весь, в общем-то, корабль занефов, – важно помнить, что понятия здоровья, нормы, на которые мы все молимся – не являются чем-то абсолютным. Их кто-то когда-то вывел, на основании усреднённых параметров, им крайне редко кто-то соответствует всецело, как любому усредненному, обобщённому показателю, и они время от времени нуждаются в изменениях, корректировке… Что такое, например, здоровый человек? Госпожа Дайенн без труда сможет перечислить – нормальный рост, вес, температуру тела, артериальное давление, показатели сахара в крови и прочее. Смею полагать, по большинству параметров я соответствую. Но являюсь ли я нормальным, здоровым земным человеком? Не вполне. Хотя бы потому, что в моём теле имеются имплантаты, как-то не свойственные нормальному земному человеку. В том числе они помогают мне, парадокс, держать тело практически в идеальном состоянии, но они же делают меня решительно не соответствующим шаблону… Но почти определённо, когда мы говорим о здоровом землянине, минбарце, центаврианине или нарне – будет иметься в виду молодая, от 15 до 35 лет, особь. Это так же и период пика репродуктивной активности, так сказать. А что такое здоровый занеф?
- Хороший вопрос… Учитывая некоторые их… особенности… Являются ли они здоровыми вообще, когда-либо, в принципе?
Арвини снова чихнул – увы, своими перемещениями здесь они потревожили слишком много пыли. Аэм-лабиф, когда говорили, что их корабль уже никуда не полетит, были уж очень сдержанны – тут скоро нечему будет лететь. Повреждения обшивки, под напором неизбежной и циничной растительности, превратились в дыры, и вскоре корабль был повсюду прошит крепкими стволами деревьев и оплетён сетью лиан. Полная аналогия с каким-нибудь древним храмом… А машина цела, да. Артефакты трудноуничтожимы.
- Если подходить с нашими мерками – то конечно, однозначно нет. Но на своём уровне какие-то стандарты у них, неизбежно, есть… Парадоксально, но в данном случае молодость и здоровье – не одно и то же. Здоровым может считаться занеф лет 60-70, когда у него ещё не расцветают буйным цветом дегенеративные изменения, и когда он уже… да, не способен иметь детей. Потому что детородный возраст у занеф – период состояния, пожалуй, не менее паршивого, чем глубокая старость. Гормональные скачки, сам процесс вынашивания и рождения потомства – весьма болезненны, и стоят организму много сил и здоровья. Если уж говорить тут о библейских аналогиях, подхватывая мысль Софьи, то это место – и впрямь Эдемский сад, возвращающий своих обитателей в состояние до грехопадения. Потому как «в муках будете рожать детей своих» – это про них, как мало про кого другого… Зачем же возвращать организму юность, если это суть период сплошных страданий? Слова «природа мудра» чаще всего означают полное непонимание того, что есть природа, приписывание ей какой бы то ни было осознанной воли. Однако это, возможно – единственное место, где природа именно что мудра. По крайней мере, именно в отношении пришлого вида, на полноценное изучение местных видов у нас, мягко говоря, нет времени, но как я понял из расплывчатых и косноязычных объяснений занеф, репродуктивность у них всё же сниженная. Потому что высокая репродуктивность идёт как компенсация высокой смертности, в том числе детской, как иначе? А в этом мире то ли критически мало болезнетворных бактерий и факторов, провоцирующих патологические процессы, то ли слишком успешно им противостоят природные иммуномодуляторы. Занеф говорят, даже раны здесь не загнаиваются… Не знаю, можно ли предположить, что эти вещества, показавшиеся мне похожими на органеллы, действительно подстраиваются, выбирают стратегию действия, это как-то смело… Но если допустить, что после перерождения в теле сохраняется некая память о нём, о том, что по сути это тело живёт уже не одно столетие – может быть, эти самые псевдоорганеллы восприняли это как общую, бесконечно длинную, продолжительность жизни занеф? И с земными организмами поступили с учётом этого радикально-превентивно – ну, тоже двуногие, тоже с волосами, зачем им, в общем, плодиться… В общем, машина и местная природа образовали парадоксальный симбиоз в деле консервации живущих здесь разумных в состоянии идеально здоровом и бесплодном.
- То есть, с этим ничего не сделаешь? – Гидеон снова попытался привести рассуждения Альберта и Дэвида к какому-то окончательному однозначному итогу.
- Может, и сделаешь… А точно надо? Ну допустим, от того, что в нескольких семьях родятся дети, вреда не будет, планета большая, а племя заняло даже не весь этот лес. Но ведь эти дети, когда вырастут, тоже захотят родить детей, разве нет? А потом эти дети… Кто, когда и из каких соображений решит остановиться? А остановиться придётся, или во всяком случае, отказаться от перерождений, что тоже, наверное, не будет легко, после стольких жизней… В принципе, можно, конечно, попытаться обмануть систему – скорее всего, разово, потом природа наверняка компенсирует это, вернёт всё на круги своя. Перенастроить машину, дополнительно введя требуемые параметры от репродуктивно здоровой особи – ну да, репродуктивно здорового занефа у нас в закромах не имеется, но возможно, получится исхитриться и «скопировать» одну эту настройку с кого-то другого, благо, сколько-то особей с практически идеальным физическим состоянием среди нас есть… Думаю, я, с некоторой вашей помощью, сумею это сделать, не столь сложна устройством эта машина, чтоб я не сумел её уговорить… Либо – придётся искать по вселенной молодого, брачного периода, занефа, что опять же лично мне уже не кажется таким уж невозможным. Беспокоит меня другое. То есть, лично за себя мне беспокоиться не придётся – кому бы я ни рассказал, где я был и что в дороге видел, за пределы ордена это не пойдёт. А вам, так или иначе, что-то придётся писать в отчётах… Учитывая, что это уже второй мир, с заявлением о существовании которого придётся быть очень осторожными, а тут бы с первым разобраться… я имею в виду Охран’кни… У них здесь, конечно, не биологическая угроза, как раз строго наоборот. Не хочу сразу настраиваться на печальные сценарии, но если здесь организуют галактическую здравницу – останется ли здесь место им, кроме как в резервации? Их мало, и скорее всего, останется мало, оружия у них осталось тоже мало, им, к тому же с таким технологическим уровнем, не отстоять планету. Ну да, другие пришлые в местных условиях тоже будут бесплодны, но им-то не обязательно жить тут постоянно, при кораблях на ходу. Смело можно выжать все ресурсы планеты и свалить, а эти – останутся. Это кроме вопроса давних знакомцев тилонов, если здесь есть оптимисты, полагающие, что мы сможем переловить и пересажать их всех…
Гидеон потёр лицо. Нет, если решение подобных вопросов собралось войти в повседневность…
- Не такая и проблема, можем опустить этот факт. Маяк по-прежнему действует, а наши посадку и старт, как свидетельство, что маяк – это липа, не факт, что кто заметил. Ну а дальше, если они пожелают сотрудничать с Альянсом – уже не наша проблема, как найти и сколько выделить кораблей для постоянного патрулирования этого сектора.
