Возникшее на экране лицо – оценить это лицо, под окутывающим голову полотнищем, было проблематично, в узкую щель были видны только бесцветные, с бледно-розовыми веками, глаза – принадлежало старейшине ближайшего селения. Заметив на рассвете, что Башня Связи подаёт сигнал – башни были устроены так, чтоб при поступлении сигнала с орбиты загорался яркий свет, зелёный для кораблей бреммейров, синий для рейнджеров, он тут же собрался и поспешил туда, веря, что люди с неба не могли побеспокоить их попусту, помня об уговоре. Гидеон невольно поморщился – земной язык этого существа был кошмарен, хотя говорил он старательно. Переговоры обещали быть непростыми…

Разумеется, никто сразу им добро на высадку давать не собирался. Алварес, старательно подбирая слова попроще – рейнджеры обещали посильную помощь, но среди них на языке аборигенов изъяснялись единицы, тем более что и не было никакого единого местного языка, каждое поселение бывших пиратских невольников говорило на каком-то своём, общим был вот такой кошмарный земной – изъяснил суть проблемы. Старейшина выслушал, степенно кивая, задал пару уточняющих вопросов… Он признал, что незнакомые им иномирцы, не спросясь их разрешения, действительно сели на их планете несколько дней назад, они высказали за это упрёк рейнджерам, рейнджеры заверили, что ничего об этом не знают, они никому позволения не давали, в системе Охран’Кни в этот момент находилась одна «Белая звезда» и патрулировала дальний конец сектора. На этом всё и успокоилось. Помощи в выдворении непрошенных гостей охранкнцы не просили, потому что, по правде, не видят ничего хорошего в посадке на планету ещё одного корабля. Конечно, небесные люди очень обязали бы их, если б расстреляли корабль осквернителей на взлёте… рейнджеры, к сожалению, это делать отказываются, что огорчает старейшину и ввергает в тихую панику. Но ведь осквернители пока не взлетают, очень сложно сказать, что им тут нужно, они что-то ищут в песках, в контакт с местными вступать не пытаются… Небесные люди должны понимать, очень сложно, силами аборигенов, покарать осквернителей, но ведь нельзя им позволить беспрепятственно покинуть святую землю, которую они так бесчинно осквернили!

– Искушение, конечно, велико, – проговорил Гидеон, – но мы, если можно, предпочли бы всё же захватить их живыми. Разве вас, в конечном итоге, это не устроило бы? Мы уберём осквернителей с вашей земли, смеем надеяться, у нас-то есть силы с ними тягаться… В противном случае, что им помешает спокойно улететь, а до этого творить на вашей земле всё, что заблагорассудится?

Старейшина явно приуныл. Как ни крути, логично – выставлять у планеты обширные кордоны небесных людей им не хотелось, да и средств на это нет, а иными путями от незваных гостей не убережёшься… Незваные гости, конечно, приходят редко, хвала Божеству, святая земля ничем не прельщает их алчные души, других осквернителей алчность позвала дальше, а эти вот что-то ищут в песках.

– Обещаем, что будем соблюдать все ваши законы и нормы, – у Вадима было чёткое ощущение, что он сам себя проклинает, – обещаем, что ничем, кроме только своего присутствия не оскверним вашу землю, нам нужны только эти преступники, арестовав их, мы сразу же покинем ваш мир…

«С огромной радостью», – хотелось добавить Гидеону.

– Проблема ещё в том… Мы имеем слабое представление, что они ищут, но если найдут… боюсь, вполне возможно, это обернётся для вас крупными неприятностями. Они гоняются за мощными артефактами древних рас, если в вашей пустыне погребён один из них – поверьте, его лучше не поднимать. Ущерб для вашей священной земли будет куда больше, чем от нашей высадки.

Старейшина наконец вздохнул.

– Возможно, это даже не ложь. Возможно, вы честные, насколько это бывает у нечистых. Но нет, мы никак не можем позволить посадку на священной земле ещё одного корабля. Даже для того, чтоб вы покарали этих осквернителей. Божество покарает их. Мы должны верить в силу Божества.

Гидеон радовался единственно тому, что тяжких вздохов и помимо его в рубке было достаточно.

– Да если честно, меня с ними общаться не настолько и тянет, – проворчал он, – надо ж при том, что живёшь в таком… раю, иметь такое неслабое самомнение! Священная земля… интересно, чем она такая священная, что мои подошвы её настолько недостойны?!

– Вот и проверим, – ухмыльнулся Вадим.

– Что?!

– То, что слышали – мы садимся, с их позволением или без него. Тилоны что-то без особых страданий проигнорировали эти их священные запреты… Дайенн, прошу. Подумай просто вот о чём – тилоны уже неделю не стартуют с этой планеты. Почему? Может быть, потому, что… откуда мы можем быть уверены, что говорили сейчас с настоящим охранкнцем?

– Господи, Алварес, на кой чёрт тилонам завоёвывать… это?

– Совсем недавно мы примерно то же самое думали об Андроме.

– Алварес, нельзя считать человека тилоном только на том основании, что он тебе не нравится!

– А я и не считаю, я не исключаю такую возможность. Что бы они ни откапывали там в песках – ты ж не будешь спорить, что лучше и для охранкнцев, и для всех вокруг, если оно там и останется. Ты уже имела возможность убедиться в приятности и безобидности их затей.

– Я считаю, что Алварес прав, – отозвался со своего корабля Альберт, слушавший весь разговор по громкой связи, – мне во всём этом что-то крепко не нравится. Понимаю, опять же, это не территория Альянса и они не обязаны содействовать полиции… Но даже предъявят они претензию за вашу самовольную высадку – какие далеко идущие последствия это будет иметь? Мягко говоря, не космическая держава… Ну, если хотите, высажусь я, нам, техномагам, вообще закон не писан…

– Нет, Альберт, будет как-то неправильно, если мы будем прятаться за вашей спиной. Ставлю вопрос на голосование – кто за высадку?

Дайенн была готова к тому, что может оказаться и в меньшинстве, но не ожидала, что настолько. «Видать, моим дорогим коллегам не хватило приключений на Андроме… Что ж, я надеюсь, отсюда и ноги унести будет проще…»

Если вам нужна иллюстрация к выражению «безжизненная пустыня», то планета Охран’кни как раз подойдёт. На первый взгляд она не то что необитаема – лишена всякой жизни сложнее бактерии. На второй и третий – тоже. Лишь прицельно ищущий взгляд заметит сверху эти немногочисленные оазисы – их и зелёными не назовёшь, растительность здесь буроватая. Блестят бледно-голубыми зеркалами озёра – преимущественно солёные озёра… И – пустыни белого, золотистого, розоватого песка, кое-где перемежающиеся грядами серого, коричневого, бурого камня.

– Чем тут питается немногочисленная местная живность? Песок жрёт?

Сверху тилонский корабль засечь не удалось, надо думать, маскировка, а старейшина дал лишь приблизительные координаты, но по большому отвалу песка место раскопок определилось без проблем. Вадим на всякий случай приготовился к жаркой встрече – их-то приближение засечь не проблема, но никто не стрелял.

– Увлеклись работой?

– Или подманивают ближе…

Выбрав относительно ровную каменистую площадку, «Серое крыло» наконец село. Корабль Альберта было решено пока оставить на орбите – на случай непредвиденного всякого.

– Ну, зато можно задействовать солнечные батареи, энергия нам потребуется. Питаться-то тут только тем, что сами насинтезируем…

– Лично я предпочту надеяться, что мы здесь ненадолго. Не настолько надолго, чтобы оголодать. Я ещё после тех «гостей» не отошёл…

Дримштикт ругался у пультов – похоже, какие-то местные минералы создавали существенные помехи сканированию.

– Ладно, так или иначе, мы их найдём. Встретимся в карьере, рано или поздно.

– Если только они… ну, ещё здесь. Ну, то есть, ещё – сейчас.

– Ты полагаешь, они могли успеть откопать это и активировать? Не исключено, конечно… Но Драал не сообщал ни о каких мощных тахионных всплесках. Если только он был настолько коротким… Ладно, не откладывая дела в долгий ящик – кто на разведку? Участок нам предстоит обойти большой… Снаружи довольно жарко, тепловой удар очень вероятен, я теперь понимаю, пожалуй, почему местные кутаются, как мумии… Берём с собой портативные холодильники…