— Ну это все равно запасной вариант будет — ластами-то палочку не удержать, — несколько охладил энтузиазм брата Фред. — Так что каракатицу какую-нибудь тоже попробуем. Тем более, что у нас полфлакона каракатичьих чернил еще с прошлого года осталось.

— Валяйте. Гермиона, на тебе эти самые пузырчатые чары. Согласна?

— И Протеевы тоже. Постараюсь успеть до каникул.

Каникулы стремительно приближались. Хогвартс накрыло мокрым снегом, и потребление виски шармбатонскими конями выросло до такой степени, что на уроках по Уходу школьники были навеселе из-за паров, распространявшихся от временной конюшни. Это было опасно: «любимые детишки» Хагрида росли и нрав их только портился. Зато эксперимент «Впадают ли соплохвосты в зимнюю спячку» оказался крайне успешным: ответ «Соплохвосты в спячку не впадают, а только звереют еще больше» получился однозначным и вполне убедительным. Почти весь класс четвертого курса забился в избушку лесника, а Гарри с Хагридом, Невилл с Гермионой и Лавандой и троица из Рона, Шимуса и Миллисент Буллстроуд отлавливали трехфутовых бронированных тараканов, только что разнесших приготовленные для их сладкого сна ящики и спаливших устилавшие их подушки с одеялами.

Они отловили уже одиннадцать чудищ, и Гарри в прыжке набросил ременную петлю на сопло двенадцатого, когда со стороны ограды послышался знакомый женский голос:

— Какие милые создания! Тебе они правда нравятся, Гарри?

— Это Рита Скитер, — шепнул Гарри Хагриду, который изо всех своих великанских сил перетягивал сопло, пока Невилл и девушки вязали членистые ноги «милой зверюшки». — Журналистка из «Пророка», довольно мерзкая тетка.

Вопрос Риты он проигнорировал, делая вид, что очень занят.

— Не вреднее соплохвоста, — пробурчал Невилл, затягивая волшебную веревку вокруг клешней чудовища.

— Эй! — обернулся в сторону журналистки Хагрид. — Дамблдор же сказал, что Вам нельзя здесь появляться!

Он сунул соплохвоста подмышку и сделал пару шагов к изгороди, около которой стояла Рита; та слегка отступила.

— Какие милые создания! — испуганно повторила она. — Как они называются?

— Жгучие соплохвосты, — расплылся в улыбке Хагрид. — Правда, они милашки?

Рита окинула взглядом короткую шеренгу исцарапанных, закопченных и слегка обожженных учеников, затем соплохвоста, которого ей на вытянутых руках демонстрировал Хагрид, и нерешительно кивнула.

 — Как насчет интервью? — спросила она, косясь на струйку дыма, прорывающуюся из перевязанного сопла. — Вы, наверное, знаете, у нас в «Пророке» по средам выходит зоологическая колонка. Мы бы написали про этих… соплехвостов.

— Соплохвостов! — горячо поправил Хагрид. — Да… почему бы и нет?

— Осторожнее, Хагрид, — шепотом предупредил его Гарри. — Она…

— А вы уже идите, урок-то закончен на сегодня, — махнул возмущенным соплохвостом Хагрид. — И вы тоже! — мотнул он кудлатой головой в сторону хижины, в которой прятался остаток класса.

— Действительно, — стерла сажу с лица Гарри мисс Грейнджер. — Вон летит Хедвиг и, надеюсь, с ответом.

Жаброслей у сестричек Смаггли в наличии не оказалось, но они обещали доставить их к концу января. Гарри это полностью устраивало: Чары Головного Пузыря давались ему с трудом, и у них с подругой появился прекрасный повод посещать Ванную Комнату Префектов два раза в неделю, выбирая те ночи, когда предутренние дежурства несли МакГонагалл или Грюм.

— Тебе не хватает усидчивости и концентрации, Гарри, — строго говорила ему Гермиона, стоя напротив него в воде. Сама она держала вокруг головы напоминающие радужный пузырь чары не меньше получаса: они надеялись, что этого вполне хватит, учитывая кое-какие идеи.

— Ну… Мне все время хочется концентрироваться на тебе, а не на дыхании, — пробормотал юноша. — А его, дыхание, у меня просто от твоего вида перехватывает. Но я постараюсь!

— Уж постарайся, — отрезала мисс Грейнджер. — И вот только не надо мне льстить! А то я сейчас вылезу из бассейна и закутаюсь в полотенце, чтобы ты на меня не пялился, вот. Или вообще буду отправлять тебя сюда одного. И попрошу Миртл присмотреть за твоими тренировками, чтобы ты не отлынивал.

— Это жестоко, — пробормотал Гарри. — И вообще — в комплекте к кнуту полагается пряник.

— Думаешь, мне пряничка не хочется? — опасно прищурилась Гермиона. — Так что будь добр, обеспечь своей девушке давно обещанный поцелуй. Ты должен продержаться под водой пятнадцать минут и ни секундой меньше!

Гарри продержал пузырь почти двадцать минут несмотря на то, что последние минут пять Гермиона начала слегка потягиваться, принимать разные очень вдохновляющие позы, ну и вообще всячески дразнить его, так что оба — и ученик, и учительница — получили свою награду.

— Т-с-с! — прошипел Гарри, когда они, за полчаса до обычного времени (Гарри обнаружил на карте Мародеров не ко времени проснувшегося Снейпа), направлялись к Башне.

Золотые яйца они с собой больше не брали, так что втиснуться в нишу за доспехами и присесть, чтобы с гарантией скрыться под мантией-невидимкой, для них не составило никакого труда.

— …Ты дурак, Снейп, — услышали они голос Грюма. — Чего ты вообще хочешь? Ему насрать на твои баллы, насрать на твои отработки. Или ты хочешь, чтобы эту его Грейнджер исключили, раз уж исключить его самого тебе никто не даст? Тогда он попросту свалит вслед за ней, вот и все…

Гарри схватил Гермиону за руку. Они действительно чуть не спалились.

— А хоть бы и так, — произнес холодный голос зельевара.

— Не говоря уже о том, что исключить Грейнджер тоже не получится: Фадж просто не даст Хогвартсу остаться без участника этого долбанного Турнира. Смешно, правда? Эх, хотел бы я посмотреть на то, как вы, придурки, достанете его окончательно. Только, боюсь, не доживу. Хочешь, я открою тебе его секрет, Снейп?

Зельевар не ответил, но Гарри ясно представил, как тот поднял бровь в своем фирменном стиле.

— Твои придирки, этот ваш дурацкий турнир, интриги Альбуса — все это для него лишь мелкие неприятности, вроде жужжащих вокруг мух. У него есть Цель — и не вам, возомнившим о себе кретинам, ему мешать. Впрочем… можешь попытаться. А я посмеюсь. Кстати… Я бы не стал недооценивать умение мисс Грейнджер запирать двери, да и ее охранные чары тоже, так что они наверняка успеют продемонстрировать тебе совершенно невинную картину чемпионской тренировки, хе-хе-хе.

Снейп пробежал мимо их ниши, торопясь как раз в ту сторону, откуда пришли гриффиндорцы. Вслед за ним послышалось скрипение ноги Грюма. Гарри подумал, что, когда старый аврор хотел, он мог двигаться совершенно бесшумно. Калека остановился прямо напротив их ниши и приложился к фляжке.

Издалека послышался грохот вышибаемой заклинанием двери и вопль Снейпа: «ПОТТЕР!!!»

— Хе-хе. Иногда мне кажется, что озабоченный пятнадцатилетний подросток — это не Поттер, а мой многоуважаемый коллега. Ну и гадость! — произнес себе под нос Грюм, цепляя флягу обратно на пояс. — Подарил бы кто мне на Рождество бутылочку хорошего шотландского виски — был бы ему очень признателен.

Грюм поковылял дальше, а Гарри и Гермиона, едва профессор ЗОТИ скрылся за углом, переглянулись и со всех ног бросились к своей башне. Похоже, на это Рождество Грюм получит сразу две бутылки.

====== Пригласительная Лихорадка ======

— Поттер, Грейнджер! — резко, как хлопок кнута, прозвучал суровый голос профессора МакГонагалл в конце очередного урока трансфигурации. — Будьте так любезны и выслушайте объявление, которое касается всех. В том числе и вас.

Они действительно несколько потерялись и во времени, и в пространстве.

Сначала они оба разобрались с заданием на урок: быстренько превратили цесарку в морскую свинку и обратно (по разу каждый, причем Гермионе для этого понадобилось всего два взмаха палочкой).

Затем, списав с доски домашнее задание («Опишите способы межвидовых превращений», хотя Гермиона и ворчала, что такие превращения, как превращение птицы в млекопитающее и обратно согласно научной классификации называются не межвидовыми, а межклассовыми), тут же, хотя и частично (разумеется, в части, касающейся мисс Грейнджер) его сделали.