Он достал из кармана принадлежавший ранее миссис Кейн мундштук и заправил в него дротик-шприц. Незадолго до школы миссис Кейн успокоила таким дротиком забывшего о правилах хорошего тона мистера Локхарта, а потом сам Гарри и суперинтендант МакФергюссон такими же уколами стерли себе последние полчаса воспоминаний, чтобы обмануть самого Повелителя Памяти или, иначе говоря, профессора Дамблдора.
Шуба Каркарова на вид была слишком толстой, но, к счастью, между ее воротником и меховой шапкой оставалась приблизительно полуторадюймовая щель. Раздался еле слышный шлепок, и Каркаров, не успев понять, что случилось, рухнул носом в кусты. Теперь он проспит минимум полчаса, а еще полчаса-час до момента оглушения просто-напросто исчезнет из его памяти, да так, что и Распределяющая Шляпа не поможет.
— Бом свар! — тем временем приветствовал открывшую дверь мадам Максим лесничий. Его голос и заглушил звук падения Каркарова. Гарри аккуратно выдернул дротик из шеи профессора и спрятал его вместе с мундштуком обратно в карман.
— Куда вы меня ведете, `Агрид? — поинтересовалась француженка.
— Вам понравится, — усмехнулся Харгрид. — Не сумлевайтесь. Но о том, что увидите — молчок, а то кое-кто не считает, что вам это знать надобно.
— `Азумеется, mon ami! — мадам Максим сместилась поближе к Хагриду. Видимо, лесничий использовал ту же тактику, которые они разработали для Лаванды, и довольно успешно.
Они прошли опушкой до драконьего загона, и Гарри пару раз видел, как колышутся ветки, потревоженные одетой в мантию-невидимку Гермионой.
Спавшие драконы к их приходу уже проснулись и теперь метались по загону, да так, что не меньше трех десятков волшебников — по семь или восемь на каждое чудовище — не могли с ними справиться.
— Назад, Хагрид! — крикнул один из драконологов, Гарри узнал в нем Чарли Уизли. — Назад! Эти твари плюются огнем футов на двадцать, а Венгерская Хвосторога — так и на все сорок! И хвостом она тебя тоже снесет и не почешется!
— Хвосторога… — еле слышно прошептала Лаванда, — это даже не Черный Гебридский, а Хвосторога… Организаторы просто сумасшедшие!
Гарри согласно кивнул.
— Внимание! — кричавший, видимо, был старшим в команде. — Оглушители по Уэльской Зеленой — на счет три! Раз! Два!
— «СТУПЕФАЙ!» — три десятка оглушителей ударили по извивающемуся зеленому ящеру. Большая часть лучей отрикошетила от чешуи, но и оставшихся хватило для того, чтобы дракон, точнее, драконица, замерла и рухнула наземь, да так, что земля содрогнулась.
— По Шведской Тупорылой! — крикнул драконолог, указывая палочкой на синевато-серую рептилию. — Раз! Два! «СТУПЕФАЙ!»
Когда все драконы были усмирены — Венгерской Хвостороге, в отличие от самки Китайского Огнешара, потребовалось два залпа — Чарли вытер пот со лба и повернулся к Хагриду.
— Разве ты имел право приводить ее сюда? — кивнул он в сторону мадам Максим, пожиравшей глазами гигантских ящериц. — Она же все расскажет своей Чемпионке!
— Просто подумал, ей будет приятно взглянуть, — не отрывая от драконов восхищенного взгляда, простодушно ответил Хагрид.
— Романтическая прогулка? — Чарли покачал головой. — Эй! Даже не думай, Хагрид! Они у нас все посчитаны, все до одного!
Лесничий разочарованно кивнул, наблюдая за пятью драконологами, несущими в огромном выстланном одеялом решете несколько крупных гранитно-серых яиц. Ну да — яйца с драконами снаружи под обещание Хагрида не подпадали.
— Организаторам зачем-то понадобились драконицы-наседки, — пояснил Чарли, следя за тем, как коллеги подпихивают решето под брюхо Хвостороги. — Придурки. Хуже драконицы на яйцах ничего не бывает. Правда и отходить от гнезда она не будет, даже если забыть про цепи. Мы, конечно, будем подстраховывать всех, но…
Гарри и Лаванда наблюдали, как волшебники крепят спутывающие дракониц цепи к вбитым в землю столбам.
— Понятно, — сказал Гарри. — Надо будет забрать у наседки фальшивое яйцо гоблинской работы.
— Бэгмен, Крауч и все директора, кроме Бэгшот — настоящие придурки, — повторила Лаванда мрачным шепотом.
— Ну мы все-таки волшебники, — подмигнул ей Гарри, — причем, если Кубок не врет — не самые плохие. Двигаем?
— Полетели, — согласилась та. — Гермиона вроде бы уже тоже пошла. Ее не поймают?
— Не должны. Раз уж Хагрид все школы собрал. Ну, попытался, по крайней мере.
Разумеется, Гермиону никто не поймал, так что она успешно добралась до Лаборатории, где ее ждали Гарри и Лаванда, поймать которых было еще труднее — ход через Тайную Комнату, судя по охранным чарам, поставленным Биллом и Сириусом, вскрыт не был.
Ночевать они остались там, причем Гарри снова выселили в «Собственно Лабораторию» — девчонкам было нужно пошептаться. Так что засыпал он под еле слышное капанье флегматизируемого комплекса для магглоукрепляющего зелья.
Утром, за завтраком, Каркаров был мрачен и недобро зыркал в сторону мадам Максим и шармбатонской делегации. Но шума, как и предсказывала Лаванда, он поднимать не стал.
— Крам сегодня после завтрака будет в библиотеке, — шепнула Лаванде Парвати Патил. — На самом деле, он теперь постоянно там ошивается. Вы его действительно заинтересовали.
— Я заметила, — кивнула Гермиона. — Значит, там и работаем.
Девчонки поднялись в библиотеку, уселись за столик Гермионы и открыли «Брачные Обычаи Британских Волшебников». Крам появился через сорок минут, мазнул взглядом по книжке и сел через три столика.
Невилл, Джинни и близнецы подошли еще через пять минут. Трое Уизли и Лонгботтом сформировали круг оцепления, причем Джинни оттеснила хихикающих поклонниц, а Гарри и Гермиона кивнули Лаванде и вышли. Наконечники от фонендоскопа были в ушах обоих, так что они слышали происходящее очень хорошо.
— Мистер Крам, — холодным (хотя, на слух Гарри, и слегка подрагивающим) голосом обратилась к болгарину блондинка.
— Мисс Браун?
— Я… сожалею о неосторожности мистера Каркарова, — сказала та.
— Вы… видет? Кто сделат так?
— Да, я видела, кто это сделал. К сожалению, мистер Каркаров занял не слишком удачную и весьма уязвимую позицию, — разумеется, на второй вопрос гриффиндорка не ответила. — И в связи с этим… На Испытании будут четыре дракона, точнее, четыре сидящих на яйцах драконицы: Шведская Тупорылая, Уэльская Зеленая, Венгерская Хвосторога и самка Китайского Огнешара, про которую я говорила Вам в прошлый раз. Задача — добыть фальшивое яйцо гоблинской работы, которое, по-видимому, будет размещено среди настоящих.
Крам, судя по наступившему молчанию, нахмурился.
— Почему? — спросил он. — Почему ты говорит мне?
— Честная игра. Fair Play. Наши узнали это еще раньше, своими силами, а мадам Максим — вчерашним вечером, как раз в то время, когда с профессором Каркаровым случилась эта… неприятность, — Гарри восхитился изящным переводом стрелок на французскую директрису; Лаванда продолжила: — Мне кажется, что будет честным, если все четыре Чемпиона будут в одинаковых условиях.
Крам задумался.
— Это нет обман? — спросил он наконец.
Лаванда фыркнула.
— Вы можете сами проверить это, мистер Крам — ночью возьмите метлу и пролетите от вашего корабля около четверти мили на северо-запад. Держитесь пониже, чтобы вас не заметили, и… Лучше всего возьмите с собой еще кого-нибудь и будьте осторожны — в Запретном Лесу водится… всякое.
— Я буду, — пообещал Крам.
Лаванда развернулась и направилась к выходу. Гарри и Гермиона перехватили ее в коридоре и под руки потащили в туалет Миртл, а четверка внешнего охранения прикрыла отход.
— Мне так хотелось ему хотя бы улыбну-у-у-уться… — подвывала мисс Браун, рыдая на плече у Гермионы.
— Наулыбаешься еще, — успокоил ее Гарри. — И он тебе тоже. Если, конечно, он это умеет.
— А не умеет — научим, — зловеще прошипела мисс Грейнджер.
Остаток воскресенья и начало недели пролетели в постоянных тренировках — им даже пришлось попросить у мадам Помфри Зелье Сна Без Сновидений, которое та выдала обоим без лишних вопросов. Они оба отрабатывали до полного автоматизма призывающее заклинание «Акцио», плюс у Гермионы наконец-то получилось заклинание «Авис», выпускавшее на волю стайку канареек. У освоившего это заклинание чуть позже Гарри почему-то вместо канареек вылетали две вороны весьма предосудительно-встрепанного вида, причем довольно агрессивные. Лаванда специализировалась на синичках, а у Невилла птичка была всего одна, но зато это был точно такой же гриф, какой венчал шляпу его бабушки. Джинни фыркала и утверждала, что ее фирменные летучие мыши намного круче, и Гарри, проверив это на себе, вынужден был с ней согласиться. Но на освоение еще и летучемышиного сглаза времени и сил уже не хватало.
