– Почему они говорят… – отрешённо прошептала я.
– Кто говорит? – удивлённо спросил кто-то.
«Быстрее, быстрее! Вперёд, вперёд!» – звучал лай.
Но… как это возможно?!
– Они говорят! – я подскочила, не думая о том, что говорю, – Я их понимаю!
– Кого?
Как до них не доходит?! Я вскричала:
– Собак!
И заткнулась, поняв, что сейчас произойдёт…
– Так, похоже, ты ударилась головой, – сказала всё та же дама и позже, уже слащавым голоском добавила, – может, изменим наш курс и по пути заглянем в больницу?
На слова о том, что я в полном порядке, никто не обратил внимания, и вот, где-то через полчаса я сидела в кабинете врача и скучающе рассматривала стены кабинета. Пф! Никаких украшений – как так можно? Хоть бы картину повесил… или дипломы свои на крайний случай.
– Так, значит, ты упала в обморок, а потом стала понимать собак? – спросил человек в белом халате.
Нехотя я отвлеклась от своего занятия. Ты всеми силами пытаешься забыть, что произошло, но мало того, что из головы ничего не выходит, так тебе об этом ещё и постоянно напоминают!
– Нет, то есть да… Я упала в обморок, и на секунду мне показалось, что я поняла стаю собак.
Кстати, на потолке трещины! Прикольно…
– Ясно, – сказал он, сделав пометку у себя в блокноте, – а вот, например, эти воробьи за окном, что они сейчас, хм, говорят?
Он что, издевается? За окном действительно сидели два воробья и яростно о чем-то спорили… о чём? Я прислушалась: один из воробьёв нашёл зерно, а второй забрал находку, хотя всё могло быть и наоборот, кто их разберёт? Но врачу я сказала:
– Откуда мне знать? Может, вы скажете?
Он смущённо кашлянул и замолчал, но чуть позже продолжил свои расспросы.
– Хорошо, тогда может, ты мне скажешь, как себя чувствовала до случившегося? Кружилась голова, тошнило?
– Да, чувствовала я себя не важно, но теперь всё в порядке! Можно мне домой, а?
– Ну, это мы ещё посмотрим, – пробурчал больше себе под нос, – А на голову тебе ничего не падало сегодня?
Я задумалась.
– Ну, падало, – не совсем уверенно начала я, – пенал во время перемены, наш класс опять бесился, но это важно?
– Понятно…
Громкий хлопок и резкий порыв ветра – неожиданно распахнувшаяся дверь прервала речь врача. В кабинет ворвалась невысокая женщина, но с осанкой королевы. Светлые волосы, стянутые в тугой узел, глаза, не уступающие цветом изумрудам. Одета в деловой костюм, который её очень шёл. Что сказать, она определенно обладала прекрасным вкусом, который, к сожалению, отсутствовал у меня.
Встретившись взглядом, она просияла и бросилась с объятьями:
– Ты как, с тобой всё в порядке? Ничего не болит? Голова не кружится? – посыпался град вопросов.
– Всё хорошо, мама, – улыбнувшись, ответила я.
– Точно? – она спросила меня, словно не веря словам, но через секунду, уже весело улыбнувшись, сказала, – тогда пошли домой! Я думаю, уже и Сонька заждалась.
Я кивнула. Но мы не успели сделать и шагу – нас окликнули…
И как можно было забыть о человеке в белом халате?
– Подождите-ка! Перед тем, как вы уйдёте, мне нужно с вами поговорить. – И, посмотрев на меня, добавил: – Наедине.
Мама обернулась. Потом задумалась, и все-таки сказала:
– Дорогая, подождёшь в коридоре?
Уходить не хотелось. Но пришлось. Но что-то заставило не закрыть за собой дверь, а оставить приоткрытой. Из-за двери доносились приглушенные голоса:
– Что-то не так?
– Вам не сообщили? – голос доктора звучал, действительно, обеспокоенно. – Она упала в обморок в автобусе.
А вот мама не волновалась:
– Просто в автобусе было слишком душно и…
Ага, все было именно так! А теперь самое время выйти из этого кабинета и вернуться домой. Мне-то точно. Но врач продолжил:
– У неё галлюцинации, она утверждает, что понимает животных. – а потом уже едва различимо: – Мне кажется, это сотрясение мозга, но без тщательного обследования я не могу ничего утверждать. Я бы посоветовал вам пройти некоторых специалистов…
Сердце застыло. Ну вот и все… Черт.
Что ж теперь делать? А если мама поверит этому врачу и затаскает меня по другим? А ведь мне нужно будет ещё решить, как сказать почему я на самом деле в обморок грохнулась! Но через мгновение из-за двери раздался спокойный голос:
– С этим мы разберёмся. А сейчас, будьте добры, позвольте нам уйти.
Врач больше не произнёс ни слова. Мама вышла из кабинета, протянула руку, и в полной тишине мы покинули больницу. Наконец-то.
Но когда до дома оставалось не больше пятнадцати шагов, мама всё же прервала молчание:
– Это правда?
– Что? – непонимающе спросила я.
– Это правда, что ты понимаешь животных?
Говорить об этом не хотелось… Хотя, если сказать ей правду?.. И я решилась:
– Кажется, не только животных, птиц тоже…
Рядом курлыкали голуби, где-то мяукнул кот и… черт, это не звучала так как раньше.
– Мам, я точно не выдумываю! – и потом, сама не знаю зачем, спросила: – Что со мной?
– Ничего, – как-то отрешённо ответила она и покачала головой, – всё в порядке.
Если бы это было так!
Глава 2
Семейные ценности
– Лера! Наконец-то, а я уже начала волноваться! – с такими криками бросилось ко мне златовласое чудо – моя сестра Сонька. На самом деле она была младше меня всего на два года, и ей было уже двенадцать, но это абсолютно не мешало мне считать её маленьким ребёнком.
Льняные косички, как всегда, были заплетены в два длинных дракончика. У меня тоже раньше были такие волосы, но со временем они потемнели и стали как мокрый песок на пляже. А совсем недавно, я их отстригла, теперь они едва касались лопаток. Соньку можно назвать маминой копией, я же наоборот, взяла немного и от папы, и от мамы. Например, глаза. Они у меня одновременно и зелёные, но и золотые, такая странная смесь. Многим это кажется интересным и загадочным, но не мне! Хочу, чтобы они были одного цвета!
Но есть кое-что, чего больше ни у кого нет – родимое пятно, на левой руке. Всё время я думала, откуда же оно появилось, гадала, что же значит, а вот сегодня вспомнила. Ирония судьбы – всегда думала, что именно благодаря нему, стану особенной, и вот стала. Правда совсем не так, как хотелось… Чёрт, как же им сказать? Во рту появился кислый вкус, но я отогнала противные мысли прочь, в ответ обняла сестрёнку и сказала:
– Я тоже рада тебя видеть! Только дашь мне разуться? А то мы уже, наверное, минут пять стоим…
Соня, рассмеявшись, побежала в комнату.
Неожиданно мама заметила что-то на тумбочке, стоящей рядом, и строго спросила:
– София! Ты опять притащила в дом эту гадость? Сколько раз я просила, не приноси с улицы перья!
Сестра тут же материализовалась рядом и выхватила из её рук находку.
– Ну, это же перья не обычного голубя! И вообще, это подарок!
– От кого? Неужели от того мальчика, дед которого содержит голубятню? – на губах появилась лёгкая улыбка.
– Может и от него, – безразлично ответила Соня, убежала с ними в комнату. Я знала, что она сделает дальше – спрячет их в сундучок, где уже набралось ни малое количество таких же.
Некоторые собирают красивые камешки, другие – коллекционируют марки. Соня же помешана на перьях. Она не просто тащит их отовсюду, она делает из них украшения, а иногда вплетает их в косы, пока мама не видит. Ей кажется глупым собирать грязные перья уличных птиц, а тем более – совать их в волосы. Папа же считает это забавным, а иногда даже сам принесёт ей пару ярких штучек. Хорошо хоть ни у кого на них нет аллергии.
– Ладно, – сказала мама, – давайте накрывать на стол. Обедать пора.
Стоило закончить с приготовлениями к обеду, как в дверь позвонили. Я побежала открывать.
– Папа! – радостно вскрикнула и, чмокнув его в щеку, забрала пакеты. – А у нас всё готово!
– Отлично! Я готов слона проглотить! Работа с древними текстами так утомляет…