Прощание, запрещающее скорбь 1 Как праведники в мир иной Со вздохом душу отпускают, Пока, стоящие толпой, – Уже почил, иль жив? – гадают. 2
Так мы единой став, душой, В свой смертный час уйдём без ссоры, Чтоб не пятнали клеветой Любовь профанов разговоры. 3 Земная дрожь рождает страх, Отчаянье и разрушенья. Далёк гром сфер на небесах, Бедны в сердцах и ощущенья. 4 Любовь земная под луной Глупа, пока нам плоть терзает, Когда уходим в мир иной, До дна себя познать желает. 5 Тогда – загадочна для нас, Два наших «я» не понимают, Как в вечности без рук, без глаз Друг друга души привечают. 6 Любовью наши две души Навеки скованы незримо. Как слиток золота круши — Останутся неразделимы. 7 Как связана с моей душой Твоя, вращаясь в центре круга, Так в циркуле, между собой Две ножки борются друг с другом. 8 Он первой ножки остриём Себя крепит, второй шагает, К опоре ставит под углом, Круг чертит и назад сдвигает. 9 Так будь и ты всегда тверда, Руководя моим движеньем, Чтоб возвращался я всегда К тебе, горя от нетерпенья. The Canonization For God’s sake hold your tongue, and let me love, Or chide my palsy, or my gout, My five grey hairs, or ruin’d fortune flout, With wealth your state, your mind with arts improve, Take you a course, get you a place, Observe his Honour, or his Grace, Or the King’s real, or his stamped face Contemplate, what you will, approve, So you will let me love. Alas, alas, who’s injur’d by my love? What merchant’s ships have my sighs drown’d? Who says my tears have overflow’d his ground? When did my colds a forward spring remove? When did the heats which my veins fill Add one more to the plaguy bill? Soldiers find wars, and lawyers find out still Litigious men, which quarrels move, Though she and I do love. Call us what you will, we are made such by love; Call her one, me another fly, We’are tapers too, and at our own cost die, And we in us find the’eagle and the dove. The ph{oe}nix riddle hath more wit By us; we two being one, are it. So, to one neutral thing both sexes fit, We die and rise the same, and prove Mysterious by this love. We can die by it, if not live by love, And if unfit for tombs and hearse Our legend be, it will be fit for verse; And if no piece of chronicle we prove, We’ll build in sonnets pretty rooms; As well a well-wrought urn becomes The greatest ashes, as half-acre tombs, And by these hymns all shall approve Us canoniz’d for love; And thus invoke us: “You, whom reverend love Made one another’s hermitage; You, to whom love was peace, that now is rage; Who did the whole world’s soul contract, and drove Into the glasses of your eyes (So made such mirrors, and such spies, That they did all to you epitomize) Countries, towns, courts: beg from above A pattern of your love!” Канонизация Прошу, молчи! Зажми язык зубами, Любовь не тронь. Глумись над сединой, Моей подагрой, горькою судьбой; Похвастайся учёностью, деньгами, Своим умом, удачею, невестой, Которой при дворе и честь, и место, И дружба короля. Тебе с ней лестно Чеканный профиль на монетах чтить, А мне позволь любить. Увы, кому, моя любовь мешала? Неужто вздохи топят корабли, Иль слёзы льются через край земли? Когда тоска весне помехой стала? А, может, тем, что кровь мне вены рвёт, Я увеличил в списках мёртвых счёт? Солдаты не отменят свой поход, И судьи не начнут честней судить, Хоть буду я любить. Любимая, откликнись на призыв, Мы редкою любовью обладаем; В её огне, как две свечи сгораем, Орёл и голубь тело с телом слив. Тем, поразив и женщин, и мужчин, Войдя друг в друга, станем, как один, Навеки госпожа и господин. Из пепла возродясь, покажем вновь, Как велика любовь. Умру, но жить не стану без любви, Коль не сочтут достойной мавзолея. Пускай живёт в сонетах, не старея, В страницах хроник и густой крови, Взлетая, птицей феникс, со страниц, Воскреснут пепел урн и прах гробниц. Я буду падать перед нею ниц, И, распевая гимны вновь и вновь, Канонизирую любовь, Чтобы могли с молитвой к нам взывать. Друг другу вы – убежище и счастье, Любовь для вас не стала глупой страстью. Сумели сущность мира распознать. В глазах любви увидев за мгновенье, Как в зеркалах, волшебное виденье: Мелькали страны, города, строенья… Просите небеса, пусть учат жить Так, чтоб и вы могли, как мы, любить. |
