Брак младшей дочери же был очень выгоден обоим семьям. Для графа, не теряющего влияние при дворе сулило восстановление былой власти, а маркизу удаление темного пятна предыдущего брака.
Слуги графа любили делиться историями с виконтом.
— Да ваше Сиятельство, — поклонившись ответил он.
— Что же у вас за такие дела важные с ним?
— Обсуждали поездку к Его Императорскому Высочеству Хельму II.
— Ммм… — протянула девушка, как будто вдыхая приятный аромат цветов и расплылась в улыбке, — дворец, балы… Я тоже хочу поехать!
“Боги только не она!” — подумал Сергей, за время нахождения в хамке графа младшая дочь ему уже порядком успела надоесть, своими расспросами.
Это очень удивляло его ведь девушка была великолепно воспитана, и все за исключением водопада вопросов в ее поведении было великолепно. Бернгард ее постоянно одергивал, и извинялся за подобное не воспитанное поведение своей дочери.
Девушка провела по своим каштановым волосам заправив за аккуратное ушко прядь и спросила:
— Сергей, вы ведь меня возьмете в столицу тоже?
“Нет!” — мысленно взвыл он
В мыслях заржал Абиешу, именно заржал, так как смехом это было назвать очень сложно.
— Тебе уже пора жениться! — проговорил толеар отсмеявшись.
— Тебя забыл спросить, когда мне это делать, — ответил мысленно ему Сергей, а в слух ответил:
— Графиня, решать вы знаете не мне, а Вашему отцу…
— Да-да, конечно, виконт, я понимаю, — погрустнела девушка, нахмурив свой очаровательный лоб.
“Скажите ну вот как они умеют одним жестом делать так, что мы меняем свои желания на противоположные.” — задал он риторический вопрос пожалев девушку, которой в замке особо нечего было делать.
— Я попрошу графа взять Вас с нами, — улыбнувшись заверил он графиню.
Тана обрадованно подскочила к графу и легко поцеловала его в щеку и убежала по коридору, оставив Сергея стоять рядом с дверью в кабинет Бернгарда.
— Помнишь историю одного виконта, погибшего героически на стенах форта? — испортил все настроение Абиешу.
— Она не в моем вкусе.
— А кто в твоем?
***
Смеркалось. Багряное фантастически красивое солнце находилось так близко к горизонту. Первое светило уже пол часа как зашло второе же только сейчас одаривало последними теплыми лучами. Оно прощалось с жителями этого мира чтобы завтра утром вновь согревать их своими ласковыми лучами.
Кобыла бодро несла Сергея по мощеной камнем дороге. Ветер завывал в его ушах, до города оставалось около километра, и Сергей хотел уже вылезти из этого отвратительного седла и лечь в горячую ванну.
Проскакав мимо городской стражи, он натянул поводья останавливая лошадь возле одного из трактиров и спрыгнув бросил монету Мальчонке.
Изящная и грациозная кобыла по кличке Касандра, с атласной переливающейся шкурой и шелковой черной гривой. Она недовольно фыркнула, ей явно понравилось окончание пути.
Зайдя внутрь подойдя к барной стойке за которой сидел пожилой трактирщик в красной бадане и медленно наслаждаясь каждым глотком пил пиво Сергей сказал:
— Мне бы комнату до завтра.
— Серебряк в день, если с завтраком, то два, — оторвавшись от кружки произнес трактирщик и вытерев ладонью мокрую от пива густую седую бороду.
Сергей звонко опустил две серебряных монеты на стойку и сказал:
— Завтра уезжаю, — повернувшись оглядел пустой зал спросил, — а что так мало посетителей?
— Мертвяки, — одной фразой объяснил трактирщик.
— Что мертвяки? Они отступили ведь и не доходили до этих земель они.
— Да южные не доходили, но у нас свои тут бродить стали.
— Расскажи-ка мне поподробнее.
— Садись пока за столик я сейчас налью чего-нить нам обоим да к пиву чего принесу, да поговорим. Меня Рустаг зовут, некоторые называют Сильный Руст.
Сергей прошел за столик сел и осмотрел пустой трактир.
Зал казался большим в нем располагались полтора десятка больших грубых деревянных столов. Цвет древесины был темно коричневым с прожилками песочного цвета. На каждом столе перевернутыми стояли пять или шесть табуретов. Над барной стойкой нависал второй этаж зала, огороженный деревянными резными перилами, на котором располагались, еще около четырех столиков. Там же, на втором этаже, были комнаты посетителей.
За барной стойкой находилась дверь, в которую и ушел Руст за пивом с закусками. Напротив, нее, слева от входной двери располагалась небольшая сцена. Почти сразу от нее начиналась лестница, ведущая на второй этаж.
Закончив беглый осмотр, он снял с одного из столов все стулья и сел за него.
Через пару минут вышел Руст с подносом, на котором стояли две огромных кружки темного пива с пышной пеной и огромная тарелка какого-то вяленого мяса.
- Темное Эльснарское, нигде в городе больше такого не найдешь, — похвастался трактирщик, — и конечно же вяленый кролик, что же еще можно к Эльснаркому подать!
Поставив обе кружки и тарелку на стол хозяин таверны и сам сел за стол. Смочив добрым глотком пива горло, он начал свой рассказ:
— Все началось лет тридцать назад. Мы небольшой городок и были вассалами герцогам Мидвальди. Думаю, ты слышал их историю.
Сергей отрицательно покачал головой.
— Как нет? Откуда ты такой? Ну да ладно тогда слушай.
Мидвальди были очень богатым и знатным родом, все же герцоги сам понимаешь, Жена Римардо Мидвальди Джалана Мидвали в девичестве Грейкасл. Да-да те самые Грейкаслы княжеский род. Так вот Джалана приходилась младшей дочкой князю Витглену Грейкасл.
Родился у молодой четы герцогов Мидвальди первенец ему дали имя Айвор, хороший был малыш, и они тогда устроили празднество во всех своих землях. Как сейчас помню, у меня тогда сыну Бару лет семь исполнилось только, так у нас тут циркачи выступали.
В десять лет молодого герцога отправили учиться магии к известному магу, если честно запамятовал я его имя. Через пять лет он вернулся, но каким-то другим, исчез тот милый ребенок на его место встал холодный расчетливый наследник.
А еще через год пришла напасть на земли — три года неурожаев: первый год все поела саранча, второй засуха, а третий дожди…
По щеке Руста скатилась слеза, он вытер ее рукавом и продолжил:
— Кара — моя дочь, во второй год умерла, а на третий год к ней на встречу и жена отправилась…
На третий год голода народ восстал не было мочи платить налоги. Подавлять восстание вышел Айвор и полторы сотни солдат герцога. Бунтовщики обрадовался подумали тогда захватить наследника, но произошло страшное. Солдаты показали свой истинный лик — они оказались мертвецами и не простыми зомби, что иногда на проклятых кладбищах восстают, а разумными мертвецами. Восставшие бежали, потеряв очень много людей, которые потом встали в войско герцога.
Трактирщик допил свое пиво и подойдя к барной стойке вытащил небольшой бочонок и принес его поставив на стол, налил себе еще одну пенистую кружку темного пива и продолжил свой рассказ:
— Обратились к Императору, отцу нынешнего, и сюда прислали войска. Не знаю, что было хуже, быть под пятой герцога некроманта, который не выходил из своего замка, или приход войск Империи.
У моего брата в деревне дочку лишили невинности, а жену… Ну, в общем ты понял. Брата убили. Жена с дочкой не вынесли позора и повесились.
Руст опрокинул очередную кружку и заев вяленой крольчатиной продолжил рассказ:
— И поверь так у многих, где проходили войска, народ потом иногда сами уходили к некроманту вступая в его войско. Спустя год замок герцога пал, а самого его подвергли пяти смертным казням принародным. Его замок хотели сравнять с землей, чтобы ничего не напоминало о нем, но потом просто закрыли и все, а земли раздали благородным. Род Мидвальди перестал существовать.
Но спустя несколько лет кладбища вновь стали оживать вначале стали находить расцарапанные надгробные плиты, затем выкопанные могилы, а спустя несколько лет стали пропадать по ночам люди.
Вот с тех пор все отсюда и бегут, — грустно вздохнул трактирщик, — и проезжают здесь редко кто — все знают о проблемах местных земель.