Меньше скарэла прошло с того момента, как нас заставили подняться по пандусу, и как сильно всё изменилось!..

Критический взгляд Давроса проезжается сверху вниз по моей симметричной фигуре.

— Ничего нельзя доверить этому безрукому мальчишке, — бормочет калед недовольно. Что-то я не поняла, это он про кого?! — Абсолютно не похожа.

— Не похожа? На что она должна быть похожа? — немедленно цепляется к словам Доктор, но его вопрос тонет в громком и скептическом комментарии Таши Лем:

— Будто вы раньше её не видели!..

Даврос наконец-то соизволяет обернуться на «цветник», давно задвинутый им в ранг незначительных факторов, и с половину рэла молчит, словно медитирует над вселенской проблемой — стоят ли девчонки его ответа, или нет.

— Не хотел портить первое впечатление видеотрансляцией, — наконец информирует он. — Личная встреча всегда ценнее записи,.. Таша Лем. Я, наверное, должен быть польщён визитом столь высокой персоны, как глава Церкви Безопасности?

— Бывшая глава, — с такой же ядовитой подначкой, как и Даврос, отзывается папесса. — Я сложила полномочия в пользу другого претендента на этот пост, вместе с обороной Галлифрея. Защитит — займёт моё место.

— О, — саркастически любопытствует создатель, — то есть вы предусмотрительно завещали папский престол уголовнице?

Таша даже не намекает насчёт статей галактического уголовного кодекса, висящих на самом Давросе — она просто мило улыбается и флегматично констатирует факт:

— Шансы выжить у каждого, кто попал в историю с далеками, равны нулю или около того. Я знала, на что иду, и не питала иллюзий.

Даврос изображает что-то вроде такой же милой улыбки — и это выглядит отвратительнее, чем у прототипов, едва начинающих осваиваться с мимикой.

— Ну так я вас разочарую. Скорее всего, вы не умрёте. По крайней мере, в ближайшее время, — и совсем другим тоном, сухим и командным, он приказывает своим мерзотикам: — В клетку их.

Мне достаётся тычок в поясницу, и тут же следует поправка:

— Нет, этих двоих оставить.

Всё ясно. Судя по тому, куда направляют экипаж «Ди», под странное устройство будет помещён именно «якорь», а мы с Доктором останемся снаружи.

Очень быстро девчонки оказываются в белом круге. Кто пытался задерживать движение, уже потирает онемевшую конечность; а я-то думала, Вастра ещё с «Возмездия» запомнила, что приказ существа в поликарбиде лучше выполнять сразу, но нет, любопытным ручонкам вечно хочется за что-нибудь незнакомое похвататься. Экипаж мрачно сгрудился под силовым полем и ждёт развития событий. Я даже отсюда вижу, что защита довольно-таки примитивная, только чтобы не дать разбежаться двуногим, и не окажется преградой для анамезонных пуль. Одна пробьёт поле, другая пробьёт меня. На то два заряда и делала, что предусмотрела возможность преграды между нами с папессой. Два анамезонных патрона — две микроскопических термоядерных бомбы узконаправленной фокусировки, в завёрнутой внутрь себя магнитной оболочке. И пластиковая конструкция с пневматическим устройством, чтобы их вытолкнуть. Запросто можно принять за валик на двух магнитных защёлках. Взрыв гуманный и практически без поражающего фактора за пределами цели — даже стоя в де-лере от силовой стенки, девчонки не нахватают лучиков. Ну максимум, получат тройную дозу от их природного фона — они этого и не заметят, даже неустойчивая Вастра. А мой труп через пару рэлов тоже прекратит лучить — если, конечно, к обгорелым останкам голыми руками не лезть.

Лем могла бы, разумеется, пальнуть и по «вундервафле» над головой. Но понятно, что Давроса это не остановит, с его-то замашками мегаломаньяка, а вот нашу операцию поставит под угрозу срыва. Папесса это, очевидно, осознаёт, раз до сих пор не прицелилась по аппаратуре.

Любопытно, а что Донна говорит на ухо Романе?.. Хейм осматривает поражённую током конечность Вастры. Таша… Таша глядит на меня. И чтобы ненароком не выдать наш с ней сговор, я заставляю себя перевести взгляд с экипажа на ненавистного слизера, папеньку-создателя.

Проклятье, ну почему, почему я не выстрелила по Давросу на «Крусибле»? Почему не озадачилась его уничтожением в более ранние сроки, когда у меня в ложноручках был доступ к хронолаборатории? Пристрелила бы в детстве, и дело с концом. Зачем я боялась парадоксов? Ну изобрела бы нас Шан, в принципе, ничего бы от этого в итоге не изменилось, мы бы всё равно пришли к пониманию собственного предназначения в общей схеме Вселенной, просто чуть позже. Император когда-то рискнул обновить нас с нуля и не проиграл. Гордиев узел «Скаро — далеки» не подлежит уничтожению через рассечение, мы всегда возвращаемся из небытия, потому что нужны мирозданию. Безо всякой регенерации.

Отодвигаюсь от Доктора на пару шагов вбок — ровно столько, сколько мне позволяет сделать конвой. Надо дать папессе пространство для выстрела.

— Ты не ответил на мой вопрос, — мягко напоминает рыжий своему старому врагу. — Так на что должна быть, по твоему мнению, похожа Мать Скаро?

Знаю я эту шёлковую мягкость — как говорят земляне, мягко стелет, да жёстко спать. Если бы не количество гамма-бластеров, нацеленных на Хищника, он бы сейчас уже исподтишка ковырялся в каком-нибудь пульте управления, если вообще не в инвалидной каталке Давроса. Даже жаль, что отвёртку из него вытряхнули, но, с другой стороны, создатель должен знать на горьком опыте, что лепрехун плюс волшебная палочка — это во много раз хуже, чем просто лепрехун.

— Это касается только её самой и меня, — вопрос явно не добавил каледу положительных эмоций. — Жаль, внешнее несоответствие задумке уже не поправить.

— Осмелюсь предположить, слишком красива для далека? — доносится из-под силового поля ехидный комментарий. Романа такая Романа…

— Скорее, слишком симметричная, — не менее ядовито втыкает Таша Лем. Ну конечно, она-то знает наши эстетические нормы и видит, как пнуть Давроса побольнее. Всё-таки в моём экипаже слишком много женщин, соответствующих определению «стерва». По себе, наверное, подбирала…

Девчонки негромко пересмеиваются, явно назло хозяину базы, а не от веселья. Калед рассерженно фыркает себе под нос, но не снисходит до какой-то более заметной реакции или ответа, а перещёлкивает выключатель на своём пульте управления.

Устройство над буйными головами экипажа оживает, наполняя пространство мишени лёгким золотистым светом. Судя по тому, как насторожилась Романа и отчаянно подмигивает Доктору, это не фотоны светят, это артроны клубятся. Но с самими девчонками пока ничего не происходит. Неужели это своего рода защита? Ну да, свободные артроны хорошо связывают свободные хрононы с образованием зоны стабильного времени, как вода глушит жёсткие нейтроны. Это просто подстраховка, чтобы демат-оружие не прошлось по «якорю», если обнаружатся проблемы с точной фокусировкой или управляемостью. Подозреваю, тут у всех есть подобная защита, просто её ещё не активировали. Даврос и впрямь разобрался со Временем: теперь это не грубое использование природных аномалий, похожее на терроркона с микроскопом, а ювелирный и полностью контролируемый процесс. А главное, это какой-то третий путь, отличный и от Повелителей Времени, и от нас, принципиально новый и потому крайне любопытный. Понятно, что папенька не сам над приборами корпел и решал поставленные задачи, вон сколько у него исполнителей. Сможем ли мы строфеить хотя бы часть его технологий? Они бы нам не помешали.

Варги-палки, ну о чём я думаю? В любой момент я могу оказаться под властью Давроса, ведь не случайно у меня в голове подарочек — калейдоскопный шифр памяти. А я о преимуществах для Империи думаю!.. А может, так и надо? Может, это Таша Лем и имела в виду, когда устроила мне выволочку в каюте? Не сдаваться. Бороться. Надеяться. Делать, что нужно, а не что хочется. Это всё так по-нашему. Это всё… так человечно. Вся разница между высшим и низшим существом — в паре инстинктов, но это преодолимо воспитанием и медициной. Ну тогда… и в чём между нами разница? В чём разница между мной, Императором, Ташей Лем, Доктором, Давросом?