— Боюсь, что теперь и тебе нужно быть настороже, — намеренно наигранно изобразил горечь синеволосый. — Колоссальный уровень энергии выплеснулся в космос, когда ты освободил огни. А когда такое происходит, жди беды.

— Ладно, ладно! Понял я. Это что-то важное, так давай ближе к теме, — смирился с неизбежным обсуждением проблемы монстр, устраиваясь поудобнее на стуле. Улыбка вновь показалась на лице Матурина.

— Вселенная пошатнулась. В глобальном смысле. И дело не в тебе, во мне, Тодеше или этих детях. Просто, когда одна материя перетекает в другую, как в случае с огнями, это может повлиять на мироздание в целом. — Он щёлкнул пальцами и перед ними появилась бумажка и карандаш. Черепаха взял его и нарисовал две точки в разных концах. — Одна точка это мы. Другая, ещё одна вселенная.

— Что ты щас сказал? — не понял клоун, уставившись на рисунок. Матурин усмехнулся и щелкнул ещё раз, после чего на листке появилось около сотни подобных точек. Все они были разного размера и формы.

— Это миры, Пеннивайз. Точно так же, как твои огни были отдельными точками пространства, так же и наш мир является множеством альтернатив. Таким образом энергия рассредотачивается во вселенной, не создавая коллапса, который мог бы привести к…

— К взрыву, — закончил монстр. — Это я знаю.

— Но проблема в том, что столь большое количество энергии, так долго сосредоточенное в тебе, вырвалось наружу и не знает куда себя деть. Это может создать… брешь. Брешь между теми измерениями, что близки друг к другу.

— Погоди-ка, пзахахахахаха, это что, типа порталов? — рассмеялся Пеннивайз.

— Давай обойдёмся без фильмов восьмидесятых. Это тебе не Звездные войны, — скептически поднял бровь Черепаха. — Тем не менее, сравнение неплохое.

— И что ты от меня то хочешь? — развёл руками Грей.

— Будь начеку. Это всё, что нужно. Брешь может проявиться в ближайшее время. А проявится она скорее всего там, откуда энергия и высвободилась.

— Стоп, внутри меня что ли?! — подскочил клоун.

— В канализации, Пеннивайз… — снисходительно потёр переносицу Черепаха. — Это может сопровождаться изменением температуры, какими-то аномалиями, ощущениями, я сам не уверен. Просто если заметишь что-то подобное зови меня. Понял? Не делай ничего сам, зови меня.

— Да понял. Больно надо мне с этим возиться, — закатил глаза Грей. — Тем более, не очень мне во всё это и вериться…

Конец

FLASH

BACK

Эддину же мамашу… Это что получается, Матурин был прав, а я не слушал? Хотя, в принципе ничего, нового, но мне то что делать?! Я быстро вышел из кабинки туалета, вставая напротив зеркала, упираясь руками в раковину. Выгляжу я конечно ужасно. Но как быть? Получается, я не в Дерри? То есть, не в моем Дерри. А эти неудачники? Получается, меня в их жизни никогда не было? И то, что я встретил их, просто случайность? Чёрт, как всё запутано! Надо вернуться… Или лучше сбежать? Может, если вернусь в канализацию, то найду портал и вернусь домой? Я поднял голову к потолку, мысленно пытаясь достучаться до Матурина, но на мое удивление, «сигнал» словно обрывался. Подобно невидимому куполу, который не даёт выйти наружу.

— Черт побери… — стиснул я зубы, впиваясь пальцами в гладкую поверхность. — Матурин! Матурин, ты был прав! Слышишь меня?! Я попал в брешь!!! Матур… — мои потуги прервала азиатского вида девушка, вошедшая в уборную с ведром и шваброй. Вид у неё был явно недоумевающий. Хах, я бы тоже прифигел, увидев кричащего в туалете парня. — П-простите пожалуйста. — пробубнил я и быстро вышел из комнаты, едва не поскользнувшись.

Выйдя наружу, я услышал смех, исходящий из помещения, где сидели мои псевдо-неудачники. Кажется, им есть чем заняться. Не думаю, что они мне хоть чем-то помогут. Возможно, в этой реальности они никогда меня не встречали. Нужно вернуться в канализацию и попробовать найти брешь, чтобы убраться отсюда к чёртовой матери. А у меня даже денег нет, чтобы поесть купить. Вечно со мной какая-то лажа!

Конец

POV

Пеннивайз

Грей уже готов был выйти из ресторана, но имя, которое он никак не мог перепутать пронеслось мимо его ушей голосом Марш, доносящиймся из закрытой комнаты. «Пеннивайз» отчетливо прозвучал, эхом разносясь в голове монстра. Ноги сами понеслись к бумажным дверям помещения. Клоун аккуратно встал, прислушиваясь к разговорам с другой стороны.

— Майк, ты ведь шутишь? — послышался взволнованный голос Бена.

— Мы все дали клятву, — ответил тот. — Неужели вас не удивляет то, что никто из нас не помнит ничего из детства? То, что произошло тогда в коллекторе…

— Хватит! — оборвал Каспбрак. — Это уже слишком. Мы… мы были детьми, да я даже половину из этого не помню.

— Оно вернулось, Эдс. Ровно через двадцать семь лет, — настойчиво продолжил Майк. — Пеннивайз он…

Материал ткани ширмы, на которую облокотился монстр не выдержала и по всем законам жанра, Грей рухнул на пол с характерным стуком, от чего сидящие ближе всех Ричи с Эдди подскочили с мест. Все взгляды теперь были прикованы к нему. Клоун медленно приподнялся, чувствуя, как грудная клетка предательски заныла от жёсткого приземления.

— О боже, вы как?! — встала Марш, обходя стол и помогая Пеннивайзу подняться на ноги. Билл не стал мешкать и подхватил его с другой стороны. На секунду это даже показалось монстру смешным. Его неудачники лишь бы посмеялись, привыкшие к постоянным форс-мажорам клоуна.

— Не ушибся, приятель? — отряхнул его рубашку Денбро.

— А что это ты там делал? — напрямую спросил Тойзер, видя с каким подозрением на новоиспечённого знакомого смотрит Майк.

— Я… ну… эм… я вернулся из уборной, а голова что-то закружилась, вот и… — Грей замолчал, столкнувшись взглядами с Хэнлоном. Тот явно раскусил его ложь. — Я услышал, как вы говорите о… Пеннивайзе.

— Ты что-то знаешь? — не без удивления спросил Бен. — Кто ты такой?

— Я живу в городе двадцать семь лет, но тебя вижу в первые, — продолжал нагнетать Майк. — И откуда ты знаешь нас?

— Ладно, ладно. Я всё скажу… — наигранно вздохнул монстр. В его голове уже созрел план, который поможет ему окончательно во всём разобраться. — Тот, о ком вы говорите, я видел его. Вы сказали, что прошло двадцать семь лет? Я сам приехал в город не так давно. Мой отец… эм… Чарли Грей, жил в этом городе. Я сам работаю журналистом в Нью-Йорке. Несколько лет назад он рассказал мне одну… историю. Сказал, что в детстве его преследовал некий… клоун. Пеннивайз. Отец рассказывал о пропажах детей, зверских убийствах. Вот я и приехал в этот город, чтобы исследовать и собрать материал. Как журналист. А откуда я знаю вас… не помню. — Фантазия монстра кончилась и он понял, что с самого начала не должен был давать им понять, что знает

их. Теперь он понимал, как чувствовала себя Фостер, пытаясь разобраться в запутанном деле. — Просто я…

— Прошу прощения, — вошедшая официантка поставила на стол миску с печеньями. Что-то похожее клоун уже видел. Марш как-то купила целую упаковку таких, после чего раскрыла каждое в поисках лучшего предсказания. Уходя, работница кинула взгляд на проделанную монстром дыру в ширме, но ничего не сказав, удалилась, пододвинув две другие поближе друг к другу, закрывая её.

— О, а вот и печенье! — решила разрядить обстановку Беверли, беря одно из миски и раскрывая его. Нависла неловкая пауза.

— Ну, Бен, думаю тебе теперь можно, — в своей манере шутливо подхватил Ричи и протянул одно печенье другу, а второе взял себе. Остальные тоже, хоть и не особо охотно, но разобрали угощения, вскрывая их и смотря на надписи.

Один лишь Пеннивайз воздержался, чувствуя что-то неладное. Волнение захлестнуло его и монстр, уткнувшись спиной в стену, молча наблюдал, как остальные по очереди раскрывают свои послания и пытаются сложить в одно большое. И с каждым новым словом это нравилось ему всё меньше и меньше. Что-то во всей этой ситуации казалось странным. Один за другим парни пытались сложить послание, но слова никак не укладывались вместе. И с каждой попыткой все становились более нервными. Грей не смотрел на слова, что были написаны на листочках. Но посчитав их количество, понял что одного не хватает. Тогда он и обратил внимание на ту, кто первой взяла печение. Девушка сидела, смотря на бумажку и по бледной щеке медленно скатывалась слеза. Пеннивайза охватил страх, а остальные всё спорили.