Признаться, мне эта затея была совсем не по душе, но иного выхода у нас не было. Родж согласился с энтузиазмом, я – с тупой обреченностью.

Дом полицейского располагался не так далеко от участка, и на месте мы были уже примерно через полчаса. Патрульный с порога предупредил жену коллеги, чтобы она не прогоняла незваных гостей, и мы, поправив костюмы и натянув на себя самый дружелюбный вид, ввалились в дом.

- Иго-го! – закричал Родж, прицокивая языком.

- Родж! – одернул его я. – Ты же не лошадь, а олень, ты еще заржи!

- Я действительно олень! – с горечью добавил он. – Еще и с рогами – все как полагается, - лицо его перекосило, но в этот самый момент в коридор выбежала пара детишек лет примерно 4 и 6.

Они весело засмеялись, заколотили ладонями, принялись прыгать на одном месте и радостно кричать:

- Санта! Санта приехал!

Их мать еще на пороге сунула нам по подарку для каждого, и теперь мне предстояло торжественно вручить младшему мальчику конструктор, а старшей девочке – набор для рисования. Вокруг крутился на карачках, цокая импровизированными копытами, Роджер. Он продолжал ржать, как заправский кавалерийский конь, но дети не понимали разницы между двумя этими животными и радовались от души. Мальчишка вскарабкался Тейлору на спину, и тот принялся бегать по квартире, за ними носилась девочка – сперва смеялась, потом принялась капризничать, что она тоже хочет покататься на «лошадке». Разразилась небольшая потасовка между детьми, и Родж, наконец, согласился покатать их обоих. Их мама поставила пластинку с записью Jingle Bells, я прошел к елочке и, взяв за руку их маму, принялся водить с ней импровизированные хороводы. Мы и сами не заметили, как прошло целых полтора часа, и детям пора было ложиться.

- А ты придешь к нам завтра? – забеспокоилась девочка, слезая с Роджа.

- Непременно, - проворчал тот, потирая поясницу, - если ваша мама заблаговременно запасется овсом для лошадки.

Уже на выходе мама сунула нам бутылку виски и виновато улыбнулась.

- Надеюсь, мы не слишком вас задержали…

- Ну что вы, - попытался сгладить ситуацию я. – Мы и завтра не против прийти к вам и снова покатать детишек…

- Только завтра оленем чур будешь уже ты! – рявкнул Родж, тут же откупорив бутылку и опрокидывая ее в себя.

Общественный транспорт в ту ночь уже не ходил, на такси у нас не было денег, и мы побрели домой пешком. Я шутливо толкал Роджа в бок:

- Может, прокатишь и меня, мой ретивый конь? Все ж таки, ты олень Санты, а катаешь кого угодно кроме меня!

- Ты можешь поскакать на мне, мой резвый старичок, но не раньше, чем мы вернемся домой и разденемся, - парировал Родж, и я покраснел до корней волос.

Дорога до дома заняла у нас около пары часов. Под конец перестал помогать даже виски – мы были слишком пьяны и едва соображали, куда идем. Мы продрогли в тонких костюмах, и Родж то и дело опускался на четвереньки да так и бежал в попытке согреться.

В какой-то момент таких его скачек возле нас остановилась проезжавшая мимо машина, оттуда выскочила пара не совсем трезвых парней, один из них схватил Роджа за зад и, щурясь, вгляделся в его лицо. Вероятно, сумел рассмотреть лишь небесную красоту и пригласил красотку сопровождать их с другом к ним домой и там уже заняться ролевыми играми в Санту и его оленя.

- А ну брысь отсюда! – взревел вдруг я, сам не ожидая от себя подобной прыти. – Это моя лошадь, и скакать на ней могу только я! – в доказательство своих слов я тут же взгромоздился на спину и без того еле стоявшего на ногах барабанщика и резво подпрыгнул.

Родж зашатался, схватился за спину и тут же повалился на обочину в сугроб, а с ним и я. Несколько минут мы лежали в снегу и считали звезды. Те двое тут же срулили, решив, вероятно, не связываться с двумя форменными идиотами.

До дома оставался всего какой-то один километр, но у нас не было сил подняться и преодолеть его. Так мы и валялись, передавая друг другу бутылку виски, а Родж орал прямо в рождественское небо:

- You’re bound to be the loser in the end! Знаешь, Дики, а я песню написал. И эти два обормота даже не знают этого. И я им ее не покажу! Сам как-нибудь выпущу – поможешь?

- Родж, ну ты чего? Как ты сам-то? Как мы без них-то? А петь кто будет? А на гитаре? – твердил я, а меж тем у меня уже зуб на зуб не попадал.

- А пусть они проваливают и живут как хотят, раз им так легко обходиться без нас! Пусть и обходятся! Ты ведь со мной, Дики, правда?

- С тобой, - раздался прямо над нами суровый голос, а вслед за ним показалась и высоченная фигура, подхватила нас обоих за шкирки и извлекла из сугроба.

- Я еще и думаю – кто же это тут орет под нашими окнами и спать нам не дает. А это Тейлор!

- Под какими еще окнами? – забурчал Родж, пьяно осматриваясь: мы валялись в сугробе прямо возле давешнего коттеджа, и будь я проклят, если знал, как мы туда добрались.

- Вы и вправду такими смешными тогда были, - улыбнулся Бри. – Олень и Санта. Мы с Фредди минут пятнадцать за вашими нежностями из окна наблюдали и знатно веселились. Фредди даже успел вам все грехи отпустить.

- Было бы чего отпускать, - насупился Родж. – Сами не пригласили нас на праздник…

- Ну так Фредди так хотел проучить вас, что я просто не мог отказать ему в удовольствии. Да и сам все же был немного зол…

- Немного зол? А кто мне давеча заливал, что не помнил ничего после пьянки? – изумился Тейлор.

- Ну… скажем так, я слегка преувеличил, - хитро усмехнулся Бри.

В этот момент в палату вошел доктор Стэнли и присел на единственный стул.

- Значит, так. Анализы у вас неплохие, можно приступать прямо завтра. Предупреждаю, это серьезная гормонотерапия. Возможны самые непредсказуемые последствия от внезапной смены настроения…

- Ну, этим вы нас не удивите, - махнул рукой Брай, косясь в сторону Роджа.

- … до разных физиологических побочек. Поскольку вы первые люди, участвующие в эксперименте, наша задача и состоит в том, чтобы выявить их и в дальнейшем предупреждать.

- Странно, что экспериментировать вы взялись сразу на известных людях, - буркнул Родж.

- Вас было проще всего уговорить на эту авантюру, - быстро нашелся Стэнли. – Не все простые люди готовы так рисковать, а вы бесшабашные, с вами будет просто.

- Зря вы так думаете, - покачал головой Бри.

- Ну если вы вдруг решите прервать эксперимент, я пойму и не обижусь. Итак, с завтрашнего дня мы начинаем активную гормональную терапию. Поскольку гормон молодости был выделен из молок форели, у человека может возникнуть несовместимость. Впрочем, у обезьян с этим проблем не возникло.

- И сколько времени продлится весь этот процесс? – уточнил Брай.

- От нескольких недель до нескольких месяцев. Это уж как пойдет. Но на вашем месте я бы предупредил жен и не стал планировать гастроли.

========== 11. ==========

ГЛАВА 11

Домой мы приползли только на следующий день, когда немного пришли в себя. Всю дорогу Фредди не уставал потешаться над костюмом Роджера, а тот лишь отчего-то жался ко мне и угрюмо молчал. Я так и не понял мотивов его тогдашнего поступка: мне-то было за что мстить Браю, а вот за что он надулся на Фреда, мне все никак не удавалось выяснить. Вернувшись, мы по привычке расползлись по своим комнатам. Я сразу рухнул на постель, по-прежнему слегка в обиде на Бри. Тот лишь пожал плечами и отправился на кухню: есть в нашем доме было как всегда нечего. Наверное, мне стоило бы пойти за ним, помочь ему хоть макароны сварить, но мне лень было даже пошевелиться. Я очень устал и все никак не мог согреться после валяния в рождественских сугробах.

Вскоре за стенкой раздалось и радостное щебетание Фредди: кажется, он впервые в жизни решил оказать гитаристу посильную помощь в приготовлении обеда. И лишь только загремели кастрюли, как дверь в мою комнату приоткрылась, и внутрь просунулась всклокоченная светлая шевелюра. Вслед за ней в щель втиснулся и весь Родж и поспешно защелкнул щеколду. Подошел, сел на край моей кровати, взял мою руку в свою горячую ладонь.