Докатали гастроли мы без изначального задора, а потом Фред с Бри снова заперлись в студии и продолжили колдовать над альбомом. К Рождеству почти все песни были уже написаны. Все праздники до этого мы всегда отмечали вместе – либо на квартире, либо отправлялись в клуб. Один раз Фредди даже особняк чей-то нанял на последние деньги. Так и в этот раз: впорхнул в квартиру под руку с Браем и демонстративно пропел, обращаясь только к нему:

- Я тут загородный коттедж решил снять на рождественскую ночь, пригласил Мэри. А ты придешь? Давай, кудряшка, какой же праздник без тебя!

Бри пожал плечами и хмуро согласился, видно было, что вся нарочитость, искусственность ситуации его сильно напрягала, но не мог же он заставить Фредди пригласить еще и нас с Роджем. Тем более Фред же наверняка озвучил свое приглашение именно в нашем присутствии: считал же нас виноватыми, значит. Хотел я тогда высказать им, что застал их в недвусмысленных позах в той туалетной кабинке, да не хотел расстраивать Роджа еще сильнее. Да и мелькнуло у меня тогда грешным делом в голове, что раз они двое будут отмечать праздник вместе, то, может, и мы вдвоем закутим тут в квартире и… что-нибудь, наконец, сложится и у нас, раз все так перетасовалось?

Сладкая парочка явно ждала язвительных комментов от Тейлора, но их не поступило. Он тоже ведь понял, что его намеренно пытаются разозлить, и не повелся. Даром, что бабник с большим опытом соблазнения.

Фред с Браем уехали в свой коттедж еще с утра – готовиться встречать целую толпу гостей. Оба радостно щебетали, делая вид, словно ничего особенного не происходило. Словно в квартире никого не было кроме них двоих.

Но стоило лишь закрыться за ними двери, как Родж соскочил с дивана и подбежал ко мне:

- Я узнал адрес того коттеджа! Ты со мной?

- Родж, - изумился я, - но нас ведь не приглашали!

- Плевать. Это что, как-то помешает нам веселиться? Сейчас сбегаем до ближайшего магазина, прикупим костюмчики, и завалимся на их праздник. Будут знать, как отворачиваться от лучших друзей!

- Родж, Фредди явно будет в ярости!

- С чего бы вдруг? Если он вдруг застал нас с тобой в постели тогда, почему не устроил нам скандал? Почему смолчал? Я собираюсь выяснить это. И если для этого мне потребуется переодеться каким-нибудь лешим, будь уверен, я колебаться на стану!

24-го в магазинах одежды почти не осталось костюмов. Повсюду был один Санта. Но не могли же мы с Тейлором заявиться на праздник в виде двух несчастных белобородых Сант? Родж упорно водил меня от магазина к магазину, пока, наконец, в одном из них помимо костюма Санты мы не наткнулись и на костюм оленя. Тейлор сразу схватил оба наряда, пробил их на кассе и с радостным лицом уже на улице предложил мне переодеться этим самым оленем.

- Родж, это была твоя затея, ты им и одевайся, мне и Санты за глаза, - покачал я головой.

Взгляд Роджа прожег меня насквозь, но спорить он со мной не стал: видимо, понял, что это бессмысленно. Настрой у меня все равно был какой-то унылый: я либо согласился бы пойти на вечеринку в костюме Санты, либо остался бы дома. Поскольку не видел уже никакого смысла пытаться восстановить отношения в коллективе. Мне куда проще было бы провести этот вечер с Вероникой, а тут приходилось искать какое-то объяснение, оправдываться… А Родж был свободен как ветер, поэтому именно ему в итоге и пришлось облачаться в костюм оленя.

Когда он только примерил его перед зеркалом, я едва не умер от хохота: с пшеничной шевелюры его свисали два нелепых коричневых рога, костюм висел мешком, и на оленя Тейлор был похож, только когда вставал на четвереньки. И то на оленя отожравшегося и явно нарисованного художником без грамма фантазии и таланта, зато с огромным чувством юмора.

Ехать в таком виде мы не решились, закинули костюмы в рюкзаки и выдвинулись в сторону коттеджа. Дорога заняла всего около часа, и у дверей снятого на ночь дома мы оказались около семи вечера, когда на город опустилась кромешная тьма, здесь в окрестностях не разбавленная даже светом ненавязчивого неона. Лишь гирлянды мигали над дверью, да в окнах мелькал теплый свет домашних ламп и свечей.

Мы забрались куда-то в кусты, цепляя острые колючие ветки и чертыхаясь. Мы несколько раз провалились едва ли не по самые уши в сугроб – снега в ту зиму выпало на славу, давно я такого не наблюдал. Переодеваться пришлось поспешно, чтобы не отморозить себе остатки бодрости духа. Костюмы были тонкие и совсем не спасали от холода, но мы рассчитывали добежать в них лишь до двери, а там надеялись, что Фредди сжалится над нами и впустит погреться. Однако, дверь нам открыл какой-то незнакомый тип, окинул нас пьяным мутным и расфокусированным взглядом, а затем лицо его расплылось в улыбке:

- Санта… - пробормотал он, - с оленем! Поздно, чуваки! У нас уже есть и Санта, и олени. Идите развлекайте кого-нибудь другого! – и захлопнул дверь прямо перед нашим носом, мы не успели и слова сказать в свою защиту.

Родж по сугробам мигом добрался до ближайшего окна да так и замер перед ним едва ли не с раскрытым ртом. Веселье в доме было уже в самом разгаре: Фредди где-то раздобыл костюм Ариэль и вовсю щеголял в нем, поправляя ярко-рыжий парик и голубой чешуйчатый хвост из блестящих пайеток. Бри был без костюма – в своей обычной одежде. Жался в углу и посасывал сок из трубочки. Пока к нему не подошел вдруг Фред, плюхнулся ему на колени, обнял за шею и поднес к губам хрустальный бокал с шипящей золотистой жидкостью. После того, как Бри решился, наконец, на пару глотков, Фредди поставил стакан на подоконник, шумно зааплодировал, а потом впился в Бри типовым поцелуем на брудершафт. Роджера прямо распирало от злости. Он лепил снежки и швырял их в стекло, потрясая своими натуральными теперь уже рогами. Я же закоченел до синевы на руках, у меня даже не было сил злиться и ревновать, хотелось лишь забраться куда-нибудь в тепло и посидеть часок-другой, чтобы голова начала, наконец, хоть что-то соображать.

После бог его знает какого снежка по счету дверь снова распахнулась, на порог выкатился шарообразных Санта местной вечеринки и зычно крикнул:

- А ну убирайтесь отсюда, пока я не вызвал полицию! Сказано вам: в нашей компании есть уже и Санта, и олень! Прекращайте швырять нам в окно снежки!

- Позовите сюда Фреда! – дрожащим от холода голосом отозвался Тейлор.

- Не до тебя ему, чувак, - уже миролюбиво продолжил толстый Санта. – Проваливай, и дело закончится миром. В противном случае я звоню в полицию.

- Да звони ты куда хочешь! – заорал возмущенный Родж и, слепив новый снежок, запустил его прямо в раскрасневшуюся круглую физиономию Санты.

Тот лишь отер лицо рукавом и захлопнул дверь. А минут через десять у коттеджа уже остановилась патрульная полицейская машина.

- Хулиганим? – подал голос офицер за рулем.

- Пришли погулять с друзьями, - попытался неловко оправдаться Тейлор, - а нас не пускают, вот мы и…

- Проедемте в участок, - даже не стал дослушивать его офицер. – Там разберемся, что с вами делать.

- Но… - попытался еще что-то сказать Роджер, а офицер все равно подхватил его под локоть и потащил по сугробам к машине.

Так и вышло, что Рождество в том году мы встречали за решеткой. Но там, по крайней мере, было тепло. Родж скакал вокруг лавки и требовал хоть глоток спиртного, чтобы как следует прогреться после мороза, но на него не обращали ни малейшего внимания. Заперший нас под замок офицер брякнул своему сменщику, чтобы подержал нас сутки да и отпустил. А тот хлебал что-то из фляги, потом вдруг встал, подошел к нашей камере, прищурился:

- Хотите выйти отсюда пораньше, а не торчать тут до завтрашнего вечера?

- Да, - с готовностью кивнул я, зажимая Роджу рот, ибо тот в порыве мог вякнуть что угодно.

- Тогда у меня будет одно условие… ну или назовем это просьбой. Я сегодня в ночь работаю, как видите, дома Рождество встретить никак не смогу. А я детям пообещал, что у них будет настоящий праздник. Сантой хотел переодеться, да вот со сменами переиграло начальство все в последний момент… А у вас костюмы такие задорные… Вас патрульный подбросит до моего дома, а вы… не могли бы вы ну как-то повеселить немного мою семью в честь праздника? А потом можете проваливать отмечать дальше. А? По рукам?