«Боюсь, это не так просто, Элен? Насколько непросто? Настолько, что оно принадлежит тебе, Винсент?!» Моя шея горела при каждом воспоминании об «укусе» – как оказалось, я всем своим существом отторгала идею вампиризма, хотя мы неоднократно и так легко шутили с ним на эту тему. «Сконфуженный разум ведет себя неосторожно. Не замечает очевидного». И это правда. Похоже, Винсент использовал этот прием против меня прежде, чем им воспользовалась бы я. Хорошо вампира знали только близнецы, на них были нацелены все мои надежды, однако и те оказались вовлечены в нечто, что было сокрыто. Я вышла за Черную Дверь, и гул прекратился, только луны и старый заброшенный дом, которым ранее не интересовалась, нервно шагала туда и обратно, скрипя половицами. Я поднялась по лестнице дальше, такой же захламленный этаж ждал меня там – обстановка напомнила мою комнату в Розеторн-холл, словно я смотрю на нее сквозь века. Я облокотилась на раму, и там же заметила, как удобно выходят окна на оба выхода из подземелья. Его основатели были умны, предусмотрели опорный пункт и точку обзора, в том числе, чтобы следить друг за другом.

После полуночи на тропе появилась хозяйка, была одета как обычная горожанка, двигалась с точно выбранным направлением в сторону постоялых дворов. Она собиралась о чем-то предупредить Мари. Она знала, где девушка находилась всё это время. Не замечала ранее за ними дружбы, однако вполне могла предположить, ибо хозяйка часто доверяла Антуаннете мелкие поручения, от которых всякий отстраненный брат взбрыкнул бы. Фактически «завтра» уже наступило, поэтому я собиралась проследовать за ней, когда что-то потянуло меня со всей силы за штанину назад, чуть не сваливая с ног.

- Обливион тебя побери, Шемер, – отмахивалась я, шикая на взбеленившегося крыса. Пока он тянул меня, аргонианка стремительно терялась из виду. – Как ты здесь оказался?! Иди отсюда! Что тебе нужно?

Злокрыс встал на задние лапы, держа серый кожистый нос по воздуху, пропищал что-то в пустоту и скрылся в отверстии стены, свалив прислоненные ящики.

Я впопыхах выбежала на улицу, осматриваясь, – след вел меня в постоялый двор «Новые Земли», не сворачивая никуда с центральной дороги. Владелица данмерка удивленно и презрительно фыркнула на меня. Дервера была доброй женщиной, однако в то время постояльцы не радовали её покладистостью, особенно одна из них. Поздоровавшись, я выложила на стойку пятьдесят септимов – слышимость в комнатах таких заведений была на зависть прелестна – при желании, и даже без, можно было услышать, как сосед-постоялец ковыряет щепой в зубах или что похуже. Мне довольно-таки повезло, ибо номер, в который вошла Очива, находился с противоположной стороны коридора рядом с моей комнатой, – не пришлось безжалостно тратить последние запасы зелий. Постель стояла у нужной стены – я прислонилась ухом к тонкой перегородке между темными сестрами. Слышилась возня и скрип отъезжающих стульев, а потом слегка заплетающийся язык Антуаннеты-Мари и ворчание Очивы.

- Как же так, Мари? Куда делось твое рвение к цели? Как это низко, сидеть здесь и пить из-за мужчины, – она, должно быть, отобрала у девушки бутылку и отставила в сторону.

- Ты плохо и неправильно думаешь обо мне. Если…я из-за кого и пью, то точно не из-за мужчины. Сейчас я хочу пить. Могу себе позволить, – возражала Мари. Звук льющейся в кубок жидкости. – Я вполне в трезвом уме, чтобы соображать.

Постель была до жути неудобная – доски впивались во все части тела, отчего я неловко поерзала и они издали звонкий треск, принудив меня замереть без движения. Они перестали говорить, и я недовольно зажмурилась, пока собеседницы не расслабились.

- Зачем ты пришла? Я уже сказала – вернусь, когда золото иссякнет, и этот мешочек перестанет греть мое израненное сердце.

- Не буду ходить вокруг да около. Мари… мы все можем оказаться в беде. Я ни на что не намекаю, просто… скажи мне. Тогда, после покушения ты одна из тех, кто видела тело Коруса и ты передала печатку Винсенту. Кто-то еще кроме Телиндрил видел её?

Девушка задумалась.

- Н-нееет. Никого там не было. Я Люсьену говорила то же самое! В чем дело то?! Отпусти мой рукав.

- Чума на его голову…, – выдохнула Очива. – Не важно, когда ты вернешься, будь внимательна. Кольцо было якобы украдено. Винсент соизволил найти его позавчера где-то… незадолго после очередного трупа.

- Ну, нашел и хорошо. Не удивительно, что они с «аристократкой» спелись. Была в убежище одна неприятность, а стало две. Аргх… Знаешь, что меня выводит из себя? Что мы вынуждены пресмыкаться перед ним! Он уже давно в рядах, а как был мелкой сошкой, так и остался. Это о чем-то говорит.

Очива тихо зашипела, как делала в воспитательных целях.

- Мари, кого ты видишь, когда смотришь на Винсента?

- Старого мудреца-выпивоху, напускающего ауру…, – Девушка сделала притворно элегантный голос с придыханием. – Возвышенности.

- А как по-твоему, кого перед собой видит Черная Рука? – Хозяйка убежища немного раздражалась от таких кривляний.

- Занозу в з…

- Так! Чтобы я не слышала больше подобных высказываний, – остановила Очива. Стул съехал – она возбужденно стала маячить вдоль стены. – Ты не во всем ошиблась. Но в своих выводах ты заблуждаешься, как и всякая его жертва… Винсент не так прост, как кажется! Черная Рука видит в нем огромный потенциал, но боится, поэтому не принимает в свои ряды. Боится, потому что они все умрут, а он останется жить! Потому что он единственный, кто стал убийцей не по собственной воле, а потому что так настаивает его природа! Винсент позволяет себе играть не по правилам. Не забывайся, ведь именно он многому научил Люсьена… И из-за этого узкий круг может вновь обратить на нас внимание…

Очива засобиралась на выход, уже отворилась соседняя дверь, и застучали шаги по полу. В соседней комнате вновь разливался по кубку алкоголь, я сидела в полной растерянности, а вскоре Мари проклацала каблуками вслед за ней. «Что ты натворил, Винсент?» Уже не пугаясь обнаружить себя, я привстала, и на пол в просвет скользнула новая записка.

«А может, это темные ящеры, воспитанные для величия, что не могут полностью раскрыться? А может, – одержимая ревностью девушка, что так сильно тебя ненавидит?»

- Кто ты, тварь?!

Я резко подняла голову на двинувшуюся тень – она исчезла, отбросив неясную массу из-под почти оранжевого зарева неприятного освещения коридора. Я выбежала. Никого. Понеслась вон из каменного здания. Тень завернула в темную и узкую дворовую улицу – я за ней, приостановившись и выпив зелье невидимости. Мы вышли с ней на удлиняющуюся как тоннель канализаций Имперского города тропу, разве что вместо сводов было огромное мерцающее плато над головой. Темно-синий, зеленый и голубой вокруг, с неясной черной фигурой человека или мера посреди дороги вдалеке напротив меня. Я некоторое время уверенно шла за ней, никак не сокращая расстояние, без возможности понять перед кем нахожусь. А она вела за собой, охотник в капкан. Как только прямая струна тропы кончилась для преследуемой тени, она развернулась ко мне лицом. Тень видела меня, так как отросток руки удлинился оружием, прямолинейно извлеченным, дабы внушить мне ужас. Я кратко обернулась, убедившись, что ублюдок никого не увидел позади, и попятилась, когда заметила, что он двинулся навстречу, сменив наши роли. «Он убьет меня»

Недолго мешкая, я решила отступать, бежала в обратном направлении, отчаянно подмечая, как быстро тень нагоняет свою жертву. Нырять было некуда, пока не достигла я пределы открытой площади, – я свернула во дворы, из которых он мог легко преградить мне путь в убежище – единственное место, где напасть предатель не осмелился бы. Я хаотично вертела головой по сторонам: сзади – графский замок, кишащий стражей еще с праздника, справа – стена, слева – обширное поле до подземелья. Я потеряла его из виду, бежать было некуда, кроме последнего направления.

- Ха…Ха…Так… Ладно, – запыхавшись, говорила я себе, откупоривая еще одну склянку и опорожняя ее. – Он знает, что я захочу двинуться туда. Нужно попытаться добраться до дома Мак-На. Он недалеко.