Остальные легионеры во главе с неистовствующей командующей замаршировали к спуску холма после повторного обыска, убедившись в отсутствии кого-либо кроме Гассилдора, наверняка, одиноко приветившего их своей самой надменной сардонической репликой, когда я и уведомитель уже затерялись среди пролеска на возвышенности возле стойл, там, где кавалергарда привязала скакунов. В тяжелой стали они шли медленно, в то время, как мы давно могли скрыться, однако остались, наспех вернув обмундирование, дабы наблюдать из-за деревьев на скале за дальнейшими действиями преемницы командора. «Лучше идти по следу, чем быть преследуемым», сказал Люсьен. Она более не потащит за собой магов, ибо думает, что убийцы давно пропали за горизонтом вместе с погонщиками.

- Тенегрив вернется, – ответил наставник, когда я спросила его, на чем же мы собираемся уходить. – Он не станет долго бегать.

- Он сможет избавится от них? Как скоро?

- Быстро. Если не заиграется, – уточнил уведомитель, кратко принюхавшись к вороту робы. – Узнаем направление и разделимся. Я отправлюсь обратно к резиденции – необходимо понять откуда прибыли вампиры. Можешь изучать свою находку, но не возлагай больших надежд.

- Я так понимаю в Чейдинхол мне не вернуться, – задала я чисто риторический вопрос, вернув последнюю застежку на место и сбросив тряпье с обрыва.

- К убежищу Руки? – Усмехнулся Люсьен очевидно.

«Анвил? – Слишком далеко. Скинград? – Его скоро обыщут. Брума? – Там холодно, а ты в тонкой коже. Имперский город? – С УМА СОШЛА?», разговаривала я сама с собой, подкидывая варианты. «Но где мне остановиться?»

- Хайфед? – Остался последний мой вариант.

- Нас там уже ждут.

- Почему именно там?

- Потому что я дал наводку. Скорее всего Хайфед уже мертв. Однако если повезет, и слышащий не поддался общей истерии, я получу послание.

- Ему можно довериться? – Удивилась я.

- Нет, – разрушил иллюзии уведомитель. – Но мы используем все зацепки. А пока двигайся через лес, как можно дальше от городов, не задерживайся на одном месте. Рыбу или зайца сможешь поймать…

Тогда я поняла, что дни спокойствия и комфорта для меня окончились. Я пока не могла появиться ни в одном крупном поселении, в деревнях и фермах ничего кроме пищи не купить, да и там существовал риск быть убитой во сне. И даже невозможность запастись одеждой не шла в сравнение с отсутствием лечения. Я могла хотя бы попытаться поискать нужные травы, однако кроме отваров в походных условиях ничего не выйдет. Мысль повеяла отчаянием.

Загремел поредевший отряд Кейлии. Над долиной теперь раздавались изощренные порицания в адрес домаршировавших «бочек», заглушив наши притихшие голоса – Люсьен, беспроблемно перешагивая мелкий булыжник, подобрался ближе к границе уступа, открывшего кучку серых легионеров, похожих оттуда на угодивший в сеть косяк форели, одна из коих трепыхалась импульсивнее остальных.

- Вы будете разжалованы! Вы все! Недоумки!

Кейлия прибыла из Лейавина, города, граничащего с Чернотопьем, а значит полного, по мнению имперцев, ушлыми «скользкими» аргонианами, что в большинстве своем выбирали воровской удел, либо удел торговли, а чаще ничто не мешало совмещать первое со вторым и второе с первым. Оттого допущение привыкшими к прямолинейности легионерами столь пустякового обмана вывело преемницу из себя, однако взрастило вместе с этим чувство собственного величия, иначе выслужиться для нее перед Цивелло было бы не так просто – она постарается исправить собственную ошибку, показав глубину пропасти, разделявшей её и прочих, поэтому, закончив злопыхания, женщина продолжила отдавать «разжалованным недоумкам» приказы.

- Вы, вы и вы трое, у Вас появился шанс показать, чего вы стоите. Отправитесь на запад, север и юг прочесывать плато, – было указано взобравшимся на лошадей новобранцам в то время, как командующий, недавно любезно пропустивший меня через врата покаянно подводил к капитану пегого коренастого коня, медленного, но выносливого – самое то для тамошних болот.

- При всём уважении, я не заслужил этого, капитан. Я двадцать лет отдал…

- А я разве Вас куда-то отпустила? – Пресекла та жалобы, отбирая поводья. – Вы поедете со мной. Предстоит опасная дорога. Мне нужны опытные люди для доставки.

Павон в самом приподнятом расположении духа едва не начал откланиваться в благодарностях, но вовремя осекся, оббежав двинувшуюся Кейлию, и вскочил в седло.

«Значит, они направились в Имперский город?», продолжала рассуждать я вслед, когда уведомитель отошел на вершину холма, издав пронзительный свист. Похоже, Тенегрив где-то рядом – жеребец слушал его только находясь в пределах видимости. Я же заметила нечто иное, что преемница Цивелло, сняв с привязи, водрузила себе за плечо, и я явно приметила скрученный край бумаг. С некоторых пор свитки вызывали у меня в подсознании панику, а обнаруженное моментальную реакцию.

- Мы не разделимся! Не сейчас! У неё сумка!

Я мгновенно взобралась к уведомителю на возвышенность, выбросив руку с указательным пальцем над узкой дорогой, спускающейся от моста и замка, ведущей имперку куда-то вместе с шестью оставшимися легионерами. К сожалению, наш конь еще виднелся крохотной мушкой на горизонте, пока Кейлия пускалась в рысь, создавая значительную фору в расстоянии и скорости.

- Иллана передала что-то командору в зале! Бумаги или свитки, не знаю! Она пожертвовала собой ради них!

- Нужно проверить. Это не сулит ничего хорошего, – быстро процедил уведомитель, стремительно шагнув в сторону пологого спуска, к оставшимся без хозяев скакунам, не удостоившимся внимания, ибо у Легиона сейчас стояла задача иная нежели следить за полнотой конюшен.

Внутренняя дрожь от неудачи к неудаче. Только стоило выпутаться из одной, как мы упустили командора. Цивелло, вампиры, Гассилдор, Черная Рука – следить за мотивами, связывать их все воедино становилось всё сложнее и сложнее, и я рвалась по жухлой траве за Люсьеном впереди, однако крутые срывы скал, куда отошли мы загодя ради спасения, стали препятствием для него же, заставляя совершать широкий замедляющий крюк.

- Они доставляют их куда-то! Опасная дорога?! Но кто знал о них?!

Проследовав несколько километров по тракту на Имперский город, мы поняли, что упустили их. Еще одна причина думать о важности посылки – легион свернул с проторенной тропы. Уведомитель встретил меня на обратном пути, успев разведать направление, пока я нагоняла, дождавшись возвращения Тенегрива. Погода испортилась. Мелкая морось ухудшала видимость и принесла вместе с ветром холод, зябкость и резь в глазах против движения. Я даже позавидовала капюшону Люсьена, когда его лошадь показалась из-за поворота дороги, останавливая меня на дуге, создаваемой ей. Оттуда свысока уже виднелся край озера Румаре. Кобыла взбрыкивала и мотала шеей от капель, но всё же ей хотя бы не приходилось щуриться, как мне в попытках разглядеть хоть что-то.

- Куда теперь?

- Они не прошли здесь, значит свернули на север, – ответил Люсьен. – Пролесок у дороги зыбкий, далее начинается степь. Успеем нагнать их там – уже не потеряем, однако, если же Кейлия успеет довести их до Великого Леса, напасть на след с густым и мокрым осенним покровом станет чуть проще чем невозможно.

На словах спикер ударил поводьями – лошадь нырнула меж кустарником, чтобы набрать темп уже в скользкой древесной тиши, насколько способно животное, уже порядком загнанное им, как, впрочем, и сами всадники, рассекающие смазанную в беге растительность. Тенегрив всё еще мог скакать быстрее, однако это не имело смысла до тех пор, пока мы не настигли их. Люсьен и я вышли из края указанного пролеска, завидев влажные бока коней и блестящие от воды доспехи легиона, под углом пересекшие лишь треть огромного желтеющего поля.

- Попробуем вымотать. Займись сумкой!

Одновременно с Кейлией, что, заметив преследователей, развернулась с приказами, уведомитель пришпорил лошадь, побудив меня, спохватившись от потока воздуха, подтолкнуть Тенегрива вырваться вперед, пока сам взял вектор на серые ряды. Жеребец не бежал, он летел так, что от грохота по земле не было слышно ни шуршания травы, ни ветра и ни хлюпанья влажной почвы. Капитан, оценивая ситуацию, двинулась вокруг построения, что попросту топталось на месте. Двое человек? Серьезно? И после вскинутого вверх меча легион перешел в галоп, не посчитав нас угрозой. Она направила построение к степной границе, превратив ожидаемое сражение в гонку, где я уже чуть отставала от Люсьена, но могла отчетливо видеть щетки на шлемах имперских псов. Их лошади начали сдавать, когда я решила повести Тенегрива в обход Кейлии, и когда произошло то, к чему ни мы, ни она не были готовы, ибо тени пролеска, к коему мы подошли слишком близко, скрыли тех, кого изначально остерегалась преемница командора, и одного из тех, кого остерегались мы.