— Оп-па! Итицкая сила! Поворот! Не знал.
— Ну, мы тоже не знали, только когда твой экз кому-то отдать захотели, он на дыбы встал, тогда и выяснилось.
— Хуяссе! Воронин такой богатый?.. А, ладно, тебе-то откуда знать! В любом случае, спасибо за новость и спасибо за хорошие новости, я на свою родную девяточку даже не рассчитывал! В общем, — вернулся я к основному, — Неделю поколдуем, а потом мне надо понять насчет "Модеста" — какое техзадание Дегтярному писать. Пойдешь со мной вторым?
— Так точно! — вытянулся он в струнку, сияя счастьем, — А кто третьим и четвертым номером? — спросил уже нормальным голосом.
— Хотел Заек.
Квадрат замялся, а в эмофоне от него потянуло чем-то непонятным.
— Говори, не мнись.
— Против Гаи ничего не имею, а Тушка…
— Забронзовела? — подсказал мнущемуся парню.
— Возьми или Иголкина, или Коваль, — не стал развивать тему Юрка, — Кстати, Лиза Зарябина вернулась, видел? Молодняк помогает натаскивать. Но без полноценных тренировок…
— Не встретил еще, я здесь первый день.
— О, Игла летит, — кивнул он на спешащего от ворот лейтенанта.
— Ло-о-ось! — кричал тот.
С Иглой у нас были отношения так себе. Как и мне, парню что-то наобещали мимо кассы, поэтому мое место он очень часто представлял своим. Не самая лучшая основа для совместной работы. Но даже он сегодня был мне почему-то рад.
— На ловца и зверь бежит! — поприветствовал его, а потом снова повторил задумку насчет совместного выхода звездным составом, — Третьим пойдешь?
— Я, ты, Квадрат, кто четвертый? — деловито поинтересовался Андрей, — Если Гая, то я за!
— А если Тушка, то против? — задал провокационный вопрос.
— Против! — ничуть ни смущаясь, подтвердил молодой мужчина, — Сам потом все увидишь.
— Значит, берем Гаю. А будут проблемы — позовем Коваль, я прав? — спросил у обоих.
— Совершенно верно.
Вместе с Иголкиным и еще десятью девушками сходил на тренировку, посмотрел, что теперь называется этим словом. Прихуел. Сплюнул. Проматерился. Залез в чужой огрызок девятки, попробовал повертеться, как в своей. Вылез. Повторил предыдущую цепочку действий.
— Итицкая сила, невъебический пиздец! — помня о присутствии целого десятка дам, произносил все исключительно себе под нос.
— Вон, твоя в углу стоит, пылится, — Иголкин показал на силуэт, накрытый брезентом, — Покажи девчонкам класс, да и я буду рад посмотреть. Давно уже ничего хорошего не видел.
Чуть помедлив, стянул тяжелое полотно на пол.
— Моя прелесть! — погладил отполированные дуги, как никогда понимая чувства Ведьмы. Кстати!..
— Погоди минутку! — и бросился в кабинет к Ван-Димычу, где кинул с утра свои пожитки. Ворвался посреди какого-то совещания, кивнул всем, схватил сабли и скрылся обратно, не видя, как за мной потянулась заинтересованная толпа.
Вибро-меч отцеплялся просто, иначе бы я промучился.
Активация, щелчки креплений, пробный взмах.
Однако!
Пыжься — ни пыжься, а против Ведьмы я слабак, и только сейчас "Десница" с "Шуей" в моих руках запели.
Покачался на стопах, вспоминая забытые ощущения, и…
К этому невозможно привыкнуть!
Обидно ползать, когда можешь летать!
Суки, убью всех, кто встанет на пути!
До благородства Квадрата, добровольно переехавшего в казарму, чтобы быть поближе к своим бойцам, я еще не дорос — вечером пошел устраиваться в общагу. До выделенного жилища добрался уже значительно позже восьми — пока со всеми поговоришь! Дважды звезданутому дали даже не комнату в боксе, а целую малосемейку на четвертом этаже нашего общежития, о как ценят! Смех смехом, а жилищный вопрос, который здорово портил жизнь "там", здесь стоял не менее остро, поэтому новые апартаменты следовало воспринимать как поощрение. Предлагали даже целую квартиру поначалу, но, во-первых, далеко от КБ и полигонов, а, во-вторых, в общаге прибиралась уборщица, а там бы самому полы драить пришлось. Жены у меня нет, место подруги вакантно, а Вику сюда не пустили — секретность, бля! Оно, наверное, правильно, но Викуся — немецкая шпионка?.. Тоже мне, Мата Хари бирского разлива!
Кстати, о пиве! Заглянув в холодильник, понял, что есть проблема — пива нет! И пожрать в нем тоже нет! Там даже пресловутой повешенной мыши не наблюдалось. Все-таки Викуся успела меня разбаловать — после приобретения венчика, лопаточек и кучи таких же непонятных блестючих штучек вдруг выяснилось, что готовит моя сестренка весьма и весьма. Особенно мне ее правильные котлеты нравились — большие, пышные, шкворчащие, м-ням!
При воспоминаниях о котлетах рот заполнился слюной, но тащиться до ближайшего круглосуточного магазина? Вес сапог к концу дня перешел от отметки "нормально" в состояние "кто повесил мне гири на ноги?", и при одной мысли снова влезать в эти пыточные приспособления ныть начинало все ниже колен. Достать кроссовки? Но тогда целиком переодеваться надо — к форме здесь относились серьезно: кроссы с погонами — не поймут-с! Смех-смехом, а за нарушение формы одежды любой патруль вправе был отвести в комендатуру для разбирательства, невзирая на звание и заслуги. К тому же тащиться за четыре квартала было откровенно в лом. Спуститься, что ли, на этаж ниже к Зайкам? Уж пельмени-то у них всегда в морозилке водились! А к моему приезду они расстараться и на что-то большее могли.
Примерно полчаса, пока разбирал сумки, от заманчивой идеи я отбивался видом целого поля грабель — детских и взрослых, — разбросанных на этом пути. Одно дело по-дружески пожамкаться при встрече… ну, как по-дружески?.. вот стопудово — у Заек не дружба на уме была! Короче, обнимашки — одно, а если я зайду сейчас к ним, то явно до утра не выйду (и предательская часть ниже пояса с этим обстоятельством радостно соглашалась!), а там все по наезженной колее и к тем же воротам. Ну, нах эти камбэки!
Но жрать хотелось все сильнее, а идти куда-то все ленивее. Итицкая сила, ну почему тут нет хотя бы пиццы с доставкой?!
Мозг проиграл желудку с разгромным счетом. Клятвенно обещая себе, что "только спросить", "одним глазочком", а потом откуда-то выплыло "на полшишечки", поплелся к лестнице.
— Ничего не меняется, Михаил? — раздался знакомый голос из распахнутых наискось дверей, — Прошлись по всем, со всеми поздоровались, и только представиться куратору не сочли необходимым?..
— Людмила Васильевна! Мое почтение! — припал к ручке, держащей увесистый аппетитно пахнущий выпечкой сверток, — Вам помочь?
— Съесть это? Пожалуй! Проходите! — Маздеева посторонилась, пропуская меня в квартирку — зеркальную копию моей.
Теперь, когда знал, что она доверенный человек Забелиной, взглянул на женщину по новому и восхитился: это какой же умной надо быть, чтобы вот так притворяться дурой? Даже меня — эмпата — обвела вокруг пальца, я в ней ничего, кроме "любительницы сладенького" не видел.
Впрочем, дура ли, умная ли, а "сладенькое" Люда не разлюбила, в чем я имел счастье убедиться почти сразу после ужина.
— Иди-ка ты к себе! — толкнула она меня гораздо-гораздо позже, когда я уже начал задремывать, уткнувшись в теплую шею, — Не нужно, чтобы тебя утром выходящим от меня видели.
— Угу, — пришлось сделать над собой усилие и мужественно оторвать организм от расправленной кровати.
— По-прежнему хорош!
Несмотря на одолевающую сонливость, я даже умудрился приосаниться — хотя сколько в том моей заслуги? Быть плохим любовником, будучи эмпатом — это еще надо постараться!
— Жаль, повторить не скоро удастся.
— Почему? — немедленно отозвался я вопросом, — Этаж полупустой, да и в кабинете мы, помнится, неплохо отрывались?..
— Завтра мне обузу на шею вешают — подопечный прибудет. Некто лейтенант Начерных. Впервые слышу фамилию — значит чей-то протеже, который будет путаться под ногами, тянуть одеяло на себя и отчитываться куда-то налево. Как будто мало мне всего остального! Но говорят, тоже молоденький и хорошенький! — бесстыдно поддразнила меня женщина.