========== Старая мелодия 1 ==========
Эта история случилась в те времена, когда о восстании и войне ни у кого не мелькало и мысли — а сам их вдохновитель еще ползал по шахтам, если вообще был создан на тот момент…
Конечно, недовольные были и тогда. Они всегда есть — невозможно устроить общество так, чтоб каждый в нем был доволен и счастлив. Но низшие классы бухтели тихо, ворчали о новых законах, о маленьких пайках и тяжелой работе, о дурацком функционизме… однако, до мысли, что тех, кто создает законы, распределяет энергон и проповедует функционизм, можно просто поубивать, народ тогда еще не дошел. Тех, кто пробовал протестовать шумно и деятельно, забирали в полицию за нарушение порядка, а остальные постукивали себя по шлемам: довыступались, придурки. Что толку с митингов, если власть все равно сделает по-своему, а протестующие добьются только того, что их на общественные работы отправят?
Кто ж знал, что в далеком будущем протесты ограничатся не только побитыми стеклами, мусором на улицах и шумной толпой с плакатами? Что слова «вооруженное восстание» приобретут совершенно новый — и страшный! — смысл…
Но пока на Кибертроне царили мир и относительное спокойствие, грядущий кризис маячил где-то чуть ли не на краю галактики да в прогнозах отдельных паникеров, и к сияющим башням Воса приводили экскурсии спарков из других городов… и однажды с одним из них случилось то, что происходило довольно часто: он потерялся.
Однако, дальнейшее развитие событий пошло по другому сценарию. Вместо того, чтоб оставаться на месте и громко орать или доставать проходящих взрослых, этот спарк не испугался, и пошел бродить в одиночестве — исследовать чужой город без толпы ровесников и воспитателя-надзирателя оказалось гораздо интереснее! Он ходил по узким улочкам, карабкался по лестницам, забирался на летные карнизы… а известные своим дурным нравом сикеры не задевали спарка, лишь прикрикивали или отпихивали в сторону, когда он мешал. Он не боялся и не чувствовал голода — с собой у него были шарики спаркского энергона. Он не вел себя так, как находящийся в беде, поэтому на него просто не обращали внимания…
А потом он провалился.
Провалился в катакомбы Воса, куда ни один летучий без крайней необходимости не спускался — слишком уж сложные отношения у них были с замкнутым пространством. Многие из них вообще недоумевали, зачем в их прекрасном воздушном городе эти никому не нужные тоннели? В них и жили-то, в основном, лишь ремонтные дроны…
На счастье того спарка — он вообще по активу был крайне везучей искрой — он не убился, не покалечился, а лишь слегка ободрал краску. Однако, на этом, в этот конкретный цикл, его везение могло бы и закончиться. Он попал не просто в какой-то левый неиспользуемый тоннель, а в транспортный. Один из тех, что ремонтники используют для передвижения маленьких тележек с мелкими инструментами, запчастями и мусором. По размеру, они как раз для спарка и подходили.
Полупустая тележка, в которую он свалился, увезла его далеко под Вос, туда, где жило своей жизнью множество автоматизированных механизмов, безыскровых, но и так весьма и весьма интересных. К слову сказать, спарк и тогда не испытал страха. Скорее, он удивился и пришёл в настоящий восторг! Ведь то место в то время было похоже на настоящий тайный город — как в кристаллах со сказками, которые читали в конце цикла воспитатели.
А себя спарк вообразил отважным путешественником, беззаботно выбрался из транспортного лоточка и пошёл дальше вдоль рельсов, чуть сбоку — чтоб не задело движущимися тележками. Шел и шел, с интересом рассматривая пыльные своды, ловя отдаленные звуки осыпающихся камешков, гудящих энерголиний, далекий рокот транспортов, мерные писки каких-то приборов… и чем дальше, тем больше ему казалось, что в этих звуках, в пульсе сокрытой от глаз жизни планеты проступает странная мелодия, незнакомая, но завораживающая гармонией, скрытой внутри, как скрыты все эти рельсы, трубы, кабеля…
А потом в мелодию вплелся новый звук. Звук диссонанса, далекий и едва слышный, но жгуче пронзительный, как гудок сирены. И маленький спарк, прислушавшись, достаточно быстро догадался: это не сирена.
Это чей-то плач.
Конечно, всем спаркам рассказывали, что, если слышишь непонятные звуки — лучше всего будет не лезть к их источнику самим, а позвать взрослых, потому, что в заброшенных кондоминиумах поселяется страшный зверь Искроед, который кричит, и плачет, и зовет на помощь совсем, как спарк. Только подойдешь — тут тебя и съедят… но наш спарк был уже большой, и в сказки про Искроеда не верил. Не верил он так же и в «глюканутых» меха, которыми пугали тех, кто постарше — мол, заманит, затащит к себе в логово, и сделает такое… а какое — такое, расказчики-воспитатели никогда не объясняли, только отмахивались — рано тебе такое знать. Поэтому в глюканутых спарк тоже не верил. В своей короткой жизни он еще не встречался ни с одной большой бедой — потому и был склонен все страшные истории считать выдумками, какими взрослые любят кормить тех, кто помладше, чтоб не доставляли хлопот.
Конечно, помимо уже перечисленных опасностей была еще одна, так же вполне серьезная — в старых, заброшенных и пустынных местах было легко куда-нибудь провалиться и что-нибудь себе сломать. Но наш спарк, как уже говорилось раньше, был отважным и любопытным, поэтому отправился на звук, совершенно не задумываясь о том, что ему может грозить опасность.
К счастью, ему невероятно повезло. Снова. Ему действительно не встретился ни Искроед — отнюдь не эфемерное и не выдуманное создание тёмной стороны сверкающего Кибертрона, не нарвался он и на «глюканутого» меха, кои встречаются во все времена, не было там ни скраплетов, ни просто заразившегося ржой бродяги. Там был… всего лишь спарк. Почти такой же, как и храбрый путешественник, только летучий. Провалившийся под поверхность и повредивший крыло в ходе рискованного маневра, который — признаться честно — гарантированно угробил бы менее талантливого сикера. Однако новый знакомый сумел скорректировать полет, залетев в техническое отверстие, а не разбившись о дорожное покрытие. Прокатился по наклонным трубам старых топливных линий на несколько уровней вниз, вылетел в какой-то закуток, осмотрелся… и начал плакать от страха, оказавшись в незнакомом, темном и тесном месте, да еще с трещиной в крыле.
К сожалению, так далеко и глубоко под плитами родного Воса его сигнал не прошёл на поверхность и никто из взрослых не смог его услышать и помочь. Уставший, голодный, потерявший всякую надежду выбраться, он прибился к одной из топливных линий, дававших слабый свет, и прижав крылья, провел так почти половину цикла, не смея сдвинуться с места и подвывая от ужаса. Богатое воображение сикера рисовало мрачные картины того, что с ним может случиться. Искроед, скраплеты, обвалившиеся стены тоннелей, раздавившие тонкие крылышки…
А потом в тишине подземелья послышались шаги и чье-то мелодичное посвистывание. И звонкий молодой голос…
— Эй, привет! Ты потерялся?
— И вовсе я не потерялся! — упрямо и зло прошипел маленький сикер. — Я тут… я…
Ещё немного и кажется, он снова начнет реветь. А мирному гражданскому спарку этого совсем не хотелось, поэтому он быстро достал из пространственного кармашка леденец и проворно сунул его в тонкие длинные лапки неудачливого летуна. С младшими это срабатывало.
— Держи! Только не плачь снова! — И подумав, добавил: — Жуткий звук.
— Так положено, для отпугивания, — хмуро пробормотал немного успокоившийся сикер. Повертел леденец, и спрятал в свой кармашек. — Сам-то ты тут откуда взялся? Ты не наш.
— Я из Праксуса, — улыбнулся спарк. — Мы пришли на экскурсию. Вос — красивый город!
— Угу… красивый, — похвала заставила сикера улыбнуться. — Мой город самый лучший!
— Жалко только, что вы колесных к себе не пускаете…
— Ну нормально! Сам подумай, как ты с твоими колесами будешь в наших башнях жить?
