Он прошептал мне на ухо:

— Иногда мне хочется разорвать тебя на части от моего желания к тебе.

Я посмотрел на него.

Да, определенно, без этого симбиоза я бы так и не смог задержаться около Азирафеля.

Без этой гребаной сволочи в нем всё пошло бы наперекосяк.

А мне, кажется, снова есть что терять.

Так что придется поторопиться.

Он поцеловал меня за ухом, и я развернулся в его руках к нему лицом. Коснулся руками его щек. Мы целуемся. И это просто формальности, в которых нет и капли чего-то, ради чего можно было бороться.

Если я и боролся, то только для того, чтобы сказать эти слова.

Я не люблю тебя.

но вместо тебя я отдам весь мир и солнечную систему, но не тебя.

я никогда не отдам им тебя.

Комментарий к 23. better run, here i come

сегодня до меня дошло, что я заебался от этой работы (как только отношения героев наладились мне тут же надоело ха-ха писать это было куда интереснее чем вычитывать), но надеюсь, что вы ещё не заебались. вообще хочется каждому человеку, каким-то образом дошедшего аж до сюда, выразить уважение, потому что я не знаю как и зачем в это сделали.

ещё из-за новогодней суеты (пьянок) главы будут выходить то в ср, то в пт, то и в ср и в пт, потому что хер знает, буду ли я все успевать и когда конкретно я это успею. искренне надеюсь, что могу следующие две недели выкладывать главы два раз в неделю, но обещать, увы, не могу :(

========== 24. It’s the day of the dead ==========

Пахнет бумагой, кофе и кондиционированным воздухом. Здесь все идеально вычищено. Даже то, как ходят люди — идеально.

Босс позвонил мне утром и сообщил, чтобы к обеду я оделся по-приличнее. Честно говоря, я опешил, потому что он слишком сильно намекнул, что обычно я якобы хожу в не очень приличном. Или он говорил про последнее время? Самое забавное, что в этот момент я стоял с Азирафелем на кассе в магазине и на мне были джинсы и его рубашка. Я выглядел как бомж.

Но вот я — на мне костюм D&G, между носком и штанами не видно кожи, часы, запонки, зажим для галстука, сам галстук с идеальным узлом. На моем лице ни единой щетинки, идеально-уложенные волосы. Я выгляжу так, будто меня фоткают на журнал о бизнесе или вроде того.

Я попытался выглядеть так, как я выгляжу обычно.

Когда ты идешь на встречу с вице-мером — пояснил он — надо внушать доверие одними своими запонками. В моих какие-то там камешки от картье.

Он сказал, что мы не должны давить и распыляться на слишком ясные намеки. Я закатил глаза, потому что я это уже знаю. Я это уже делал. Я так полагаю, он просто боялся, что я ещё недостаточно отошёл от всего дерьма, что преследовало меня в последние несколько недель.

На самом деле мне уже было просто насрать, и единственное, что я сделал за прошедшие три дня — нарыл ещё одного соучастника через почту и ещё какой-то мессенджер первого. Я попытался посмотреть переводы денежных средств, но там вышла заминка с отправителем, потому что у меня просто постоянно выскакивала ошибка, и я забил хер.

Я подумал о том, что не так уж мне и хочется мстить. Могу словить кого-нибудь другого и активно представлять, что это они.

А потом ко мне на стол Азирафель поставил чашку чая, чмокнул в макушку и я понял, что я должен найти их.

Поэтому сейчас я сижу здесь.

Босс сказал мне:

— Кстати, про крупные задания…

Я поморщился, с трудом повернув голову к нему. Я не хотел теперь крупных заданий. Я хотел неделю посидеть дома. Неважно, у кого дома.

— Если что, там рядом море.

— Ага, и Хастур, вот уж спасибо.

— Могу заменить на Дагон и Вельзевул.

— Боже упаси работать с женщинами.

Я осекся и Босс удивленно вскинул брови. Сначала я хотел сказать, что имею в виду то, что они слишком аккуратные и правильные, а мой раздолбайский стиль работы только и основывается на отсутствие всего этого, но потом я понял, что сказал Боже. Не Дьявол.

Это всё влияние Азирафеля, черт его дери.

Я откашлялся и сказал:

— Не выспался.

Вранье.

Я выспался.

Босс пожал плечами.

Встречу с нами проводил его секретарь, и мне было забавно смотреть, как Босс всеми силами намекал, что нам нужен вице-мер. Было куча оговорок по поводу графика, пока Босс не сказал, что «будет очень грустно, если мы с вами как-то не так обсудим его план касательно экспроприации комплекса, принадлежащего компании Вайлд».

Лицо секретаря вытянулось, мне показалось, что он даже побледнел, извинившись, он встал и куда-то ушел.

На вопрос, что это за план такой, Босс махнул рукой, но я понял, что он нарыл что-то за все это время, пока я страдал херней.

— Полагаю, я у вас в долгу.

— Ага, вычту потом из перечислений за работу.

Я не был даже против.

— Кстати, куда ты дел те деньги, что выбил три недели назад? Я не проверял пополнения счетов, но они, я так полагаю, отдали бы нали…

Он прервался, когда дверь снова открылась, а я облегченно выдохнул. Я, блять, понятия не имел, куда я его дел. Я даже не знал, какая там сумма, заставит ли меня Босс все отдавать назад. Учитывая объем — да, заставит.

В кабинет, где нас принимали, зашел, кажется, вице-мер. Я видел его лицо на портретах и смутно помнил с нашей последней встречи. Он оглядел меня. Пристально, но неоднозначно. Его взгляд казался стеклянным — и я не знал, не из-за того ли, что у него от старости зрение просто село или потому что он сам по себе стекло. Глухое и мутное.

На Босса он даже не смотрел.

Он сел напротив нас и сразу же сказал, переходя к делу:

— Я так полагаю, никто не собирается применять здесь насилие?

— Мы бы не стали приходить ради насилия. Это происходит по-другому, — сказала Босс, и Альфред лишь сдержанно кивнул, сложа руки в замок и переведя взгляд на Люцифера.

— Вы за него отвечаете?

— Боюсь, нет. Мы оба при исполнении, если это так можно назвать, но наша политика такова, что у нас нет полной ответственности одних над другими. Думаю, вам это знакомо, как нашему…

— Обойдемся без ярлыков, — откашлялся Альфред и улыбнулся сначала ему, а потом мне. Я находился будто бы не здесь, думая о том, снял ли Босс с камер в моем доме дистанционное управление. И собирались ли они завязывать с тем, чтобы убивать девушек, ведь теперь, как я понял, я не совсем имею право делать подобное. Да и просто не хочу. Я посмотрел на Альфреда. — Вы очень хорошо выполняете работу, но абсолютно точно не следите за отсутствием противоречий.

— Я бы головой пошел, если бы это делал. Работы слишком много. Я не буду ради этого составлять таблицу. Такие люди, как вы, должны понимать, что возможность подобного всегда одинакова. Сегодня вы, завтра вас.

— Мне говорили, что вы уже сошли с ума, — будто бы пропустив все последующие слова, сказал он.

— Можете передать Юсуфу, что его информация — абсолютно точно не верна.

— Я бы так не сказал, — покачал он головой.