Она обнимет его за шею, притягивая на себя и нежными поцелуями покрывая всё его жуткое лицо: Эрик смущённо улыбается, нависая над ней и преданно глядя в циановые глаза девушки. Тихо смеясь, Кристина прижимает его к себе, перебирая жидкие тёмные волосы, а руки Эрика движутся вдоль её стройных ног. Почти невесомо он касается губами её шеи, скользя вверх к мочке уха.
— Ты — моё единственное и постоянное желание, — шепот Эрика отправляет разум Кристины в бесконечный полёт, и она выдыхает, подаваясь навстречу ласковым рукам.
Пока губы Призрак дарят дурманящие поцелуи, она цепляется ногтями за твёрдую каменную плиту, теряясь в ощущениях. Ей хочется чувствовать больше, и Кристина резким движением оголяет тело мужчины, вырывая все пуговицы рубашки из петель. Призрак качает головой с легкой ухмылкой и медленно склоняется к её губам.
Громкий щелчок затвора пистолета эхом разносится по дому у озера, и Эрик молниеносно оборачивается. В помещении никого нет, но он тут же понимает, откуда донесся звук. Быстро поднявшись, он направляется в нужный туннель и не замечает, как Кристина тихонько увязывается за ним, быстро ступая по холодному полу.
Парни не заметили, как стена, которая еще секунду назад казалась неприступной, вдруг оказалась отсутствующей. Призрак замер у входа в своё убежище и оглядел их: обоих он хорошо знал и понимал, почему они здесь. Больше всего его пугал тот факт, что он даже не сможет защищаться от них — друзьям Кристины он не смог бы сделать больно.
— Немедленно отойди от неё! — выкрикнул Рауль, направив дуло точно на Эрика. Его руки охватила сильная дрожь, но целился он чётко в область груди. Оба парня вглядывались в его лицо с нескрываемым ужасом. Побледневший де Шаньи едва управлялся с подступающей тошнотой.
Эрика охватила паника, когда он заметил поодаль от себя растерянную Кристину. Он медленно вышел к ним, отступив от девушки на безопасное расстояние. Она тут же выскочила вперёд.
— Вы не понимаете! — воскликнула Даае. — Он не враг мне! Он любит меня!
— Как и мы, Кристина, — обратился к ней Дориан, глядя молящим взглядом, — а в нём ты сильно ошибаешься.
— Я думала, что хотя бы ты меня понял, — прошептала Кристина со слезами на глазах.
Внезапно она сорвалась с места и бросилась на Рауля. Сильно размахивая руками, Кристина надеялась выбить из его рук пистолет, а Готье тщетно пытался оттащить девушку в сторону.
— Он убийца, — шипит на неё де Шаньи, старательно уворачиваясь от слабых рук девушки, — ты затворница здесь, он же чудовище!
Когда Кристина случайно выворачивает запястье Рауля, Эрик срывается с места, замечая, как опасно палец де Шаньи соскальзывает на курок. В одно мгновенье он оказывается перед Даае, укрывая её собой. Пронзительный звук выстрела оглушает… Крики, пронизанные болью, разносятся по многочисленным лабиринтам подземелья, но так и не достигают слуха посторонних людей наверху.
========== Глава 18 ==========
Тишина казалась бесконечной. Она давила и сводила с ума. Де Шаньи боится раскрыть глаза, чтобы увидеть, наконец, страшные последствия его безответственности. Вскрик Кристины заставляет его очнуться. Испуганная девушка мечется меж двух подкошенных тел, а Рауль не понимает. Он не хочет понимать, что это реальность, а не сон.
— Помоги же, Рауль! — умоляет слёзно Даае, одной рукой крепко зажимая рану Эрика, а другой шею Дориана.
Замотав быстро головой, Эрик приподнимается на локтях и скидывает руку Кристины с несильно кровоточащего плеча, серьезно на неё взглянув.
— Мной займемся позже. Я в порядке, честно, — вновь повторяет он ей ослабленным голосом и двигается к Готье. Внимательно оглядев его, Призрак хмурится и тяжело выдыхает. Слишком много подобных смертей он видел своими глазами. Слишком быстро жизнь покидала неповинного ни в чём парня. Глупое самопожертвование во имя его бесконечной любви.
— Осторожно убери руку, — просит Призрак Кристину, и она слушается его, отодвигаясь в сторону, Эрик как никто другой должен разбираться в таких серьезных вещах. Она ему всецело доверяет. Кровь забила из артерии с бешеной скоростью, и Дориан начал задыхаться.
Аккуратно повернув его голову набок, чтобы хоть немного облегчить дыхание, Эрик просунул пару пальцев прямо вглубь раны. Он по себе знал, как действовать в таких ситуациях. Замерший де Шаньи не мог сказать и слова, его всего парализовало. В первую очередь, оттого, как сильно они ошиблись — Дестлер действительно желал спасти Готье, буквально, вытащить из лап смерти. И Рауль понял: Эрик заслужил второго шанса, как и любой другой человек.
Кровотечение вдруг остановилось, когда Призрак сместил пальцы чуть глубже, но было уже слишком поздно. Такие ранения несовместимы с жизнью. Надежда начала зарождаться в сердцах Рауля и Кристины, когда дыхание парня стало ровнее, но Эрик решился сказать о неизбежном:
— Никакие врачи не смогут его спасти, — прошептал он дрожащим голосом, крепче зажимая поврежденную артерию. Сознание стремительно покидало Готье, а Призрак мог только облегчить его боль: Дориан теперь как будто засыпал.
— Боже, — сорвался в истерику Рауль, опускаясь над умирающим другом, — умоляю прости меня… Прости. Какой же я идиот. Ты был прав, как всегда прав. Я просто чёртов подонок…
Парень не может ему ответить ничего, он только медленно моргает, а затем, прикрыв глаза, больше их не открывает. Трясущаяся от рыданий Кристина жмется к Эрику, и он чувствует всю боль, заполняющую её душу. Его самого выворачивает наизнанку от подступившего горя. Этот парень не заслужил такой судьбы.
— Вам нужно уйти отсюда, — едва слышно проговаривает Рауль, крепко сжимая бледную ладонь Готье в своей окровавленной руке, — только я повинен, я и сдамся. Уходите!
С трудом поднявшись на ноги, Эрик тянет Кристину за собой, но она обессилено падает обратно на пол. Ему правда хотелось бы дать ей попрощаться, но де Шаньи был прав: им нельзя быть здесь и нельзя сюда возвращаться. Несмотря на пронзительную боль в плече, Призрак обнимает Кристину за талию и оттаскивает от бездыханного тела бесконечно преданного ей человека. Она мечется в руках Эрика, больно выворачивая раненую руку, но он настойчиво уводит девушку в скрытый от глаз обычных людей туннель.
***
Шокирующий вызов поступил в полицию Парижа примерно в обед. Сразу несколько машин выехали по такому тревожному случаю. Человек, сделавший звонок, представился Раулем де Шаньи, младшим сыном мэра города. Вызов взволновал штаб, они не могли быть уверены в том, что это не розыгрыш или подстава.
Этим холодным осенним днём Оперу Гарнье окружили множество полицейских. Они проводили тщательный досмотр здания театра. Местом преступления оказался один из верхних уровней подземелья. Самого же де Шаньи обнаружили у чёрного входа в Оперу. Он сидел прямо на холодной земле, крепко прижимая к себе окровавленное, бледное тело и задыхаясь от слёз. Его всего трясло, он выглядел словно одержимый и постоянно твердил о том, что он убийца. Сержант, нашедший его первым, вынужден был стать свидетелем исповеди преступника. Он безмолвно застыл, глядя на младшего де Шаньи, сбивчиво говорящего о детстве с холодным трупом друга, прекрасном детстве, когда для них не существовало проблем, о школе, где между ними оказалась бесконечная стена стереотипов, о том, каким глупцом он себя считает.
Подоспевшие жандармы наблюдали за ним с сожалением, они не сомневались в том, что Рауль искренне раскаивается. Его утрату почувствовал каждый собственным сердцем. С трудом оторвав де Шаньи от покойного друга, майор полиции лично сопроводил его в служебную машину и отправил под стражу. Прямо с места преступления обо всём сообщили семье Рауля. Отец оказался уверенным в непричастности сына и надеялся поскорее уладить это простое недоразумение. Младшему де Шаньи было смешно — отец снова хочет откупиться от ответственности, как же глупо. Он был повинен и должен был понести за это наказание в полной его мере.
***
Средь бела дня передвигаться по улицам оживленного города было чем-то диковинным для Эрика. Он старательно укрывался в тени зданий, увлекая за собой совершенно потерянную Кристину. Главное добраться до дома — остальное разрешится само. Почему-то он был спокоен за их судьбу. Уверенность в том, что Рауль сможет их прикрыть, удивляла Призрака.
