| She seemed to me in other things, with all her excellent qualities, of a somewhat high-flown and romantic way of thinking.... | Она и без того показалась мне, при всех, впрочем, своих превосходных качествах, несколько восторженного и романического оттенка в мыслях... | | But I was a thousand miles from supposing that she would misunderstand and misrepresent things in so fanciful a way.... | Но я все-таки был в тысяче верстах от предположения, что она в таком извращенном фантазией виде могла понять и представить дело... | | And indeed... indeed..." | И наконец... наконец... | | "I tell you what," cried Raskolnikov, raising himself on his pillow and fixing his piercing, glittering eyes upon him, "I tell you what." | - А знаете что? - вскричал Раскольников, приподнимаясь на подушке и смотря на него в упор пронзительным, сверкающим взглядом, -знаете что? | | "What?" | - А что-с? | | Luzhin stood still, waiting with a defiant and offended face. | - Лужин остановился и ждал с обиженным и вызывающим видом. | | Silence lasted for some seconds. | Несколько секунд длилось молчание. | | "Why, if ever again... you dare to mention a single word... about my mother... I shall send you flying downstairs!" | - А то, что если вы еще раз... осмелитесь упомянуть хоть одно слово... о моей матери... то я вас с лестницы кувырком спущу! | | "What's the matter with you?" cried Razumihin. | - Что с тобой! - крикнул Разумихин. | | "So that's how it is?" | - А, так вот оно что-с! | | Luzhin turned pale and bit his lip. | - Лужин побледнел и закусил губу. | | "Let me tell you, sir," he began deliberately, doing his utmost to restrain himself but breathing hard, "at the first moment I saw you you were ill-disposed to me, but I remained here on purpose to find out more. | - Слушайте, сударь, меня, - начал он с расстановкой и сдерживая себя всеми силами, но все-таки задыхаясь, - я еще давеча, с первого шагу, разгадал вашу неприязнь, но нарочно оставался здесь, чтоб узнать еще более. | | I could forgive a great deal in a sick man and a connection, but you... never after this..." | Многое я бы мог простить больному и родственнику, но теперь... вам... никогда-с... | | "I am not ill," cried Raskolnikov. | - Я не болен! - вскричал Раскольников. | | "So much the worse..." | - Тем паче-с... | | "Go to hell!" | - Убирайтесь к черту! | | But Luzhin was already leaving without finishing his speech, squeezing between the table and the chair; Razumihin got up this time to let him pass. | Но Лужин уже выходил сам, не докончив речи, пролезая снова между столом и стулом; Разумихин на этот раз встал, чтобы пропустить его. | | Without glancing at anyone, and not even nodding to Zossimov, who had for some time been making signs to him to let the sick man alone, he went out, lifting his hat to the level of his shoulders to avoid crushing it as he stooped to go out of the door. | Не глядя ни на кого и даже не кивнув головой Зосимову, который давно уже кивал ему, чтоб он оставил в покое больного, Лужин вышел, приподняв из осторожности рядом с плечом свою шляпу, когда, принагнувшись, проходил в дверь. | | And even the curve of his spine was expressive of the horrible insult he had received. | И даже в изгибе спины его как бы выражалось при этом случае, что он уносит с собой ужасное оскорбление. | | "How could you--how could you!" Razumihin said, shaking his head in perplexity. | - Можно ли, можно ли так? - говорил озадаченный Разумихин, качая головой. | | "Let me alone--let me alone all of you!" Raskolnikov cried in a frenzy. | - Оставьте, оставьте меня все! - в исступлении вскричал Раскольников. | | "Will you ever leave off tormenting me? | - Да оставите ли вы меня наконец, мучители! | | I am not afraid of you! | Я вас не боюсь! | | I am not afraid of anyone, anyone now! | Я никого, никого теперь не боюсь! | | Get away from me! | Прочь от меня! | | I want to be alone, alone, alone!" | Я один хочу быть, один, один, один! | | "Come along," said Zossimov, nodding to Razumihin. | - Пойдем! - сказал Зосимов, кивнул Разумихину. | | "But we can't leave him like this!" | - Помилуй, да разве можно его так оставлять. | | "Come along," Zossimov repeated insistently, and he went out. | - Пойдем! - настойчиво повторил Зосимов и вышел. | | Razumihin thought a minute and ran to overtake him. | Разумихин подумал и побежал догонять его. | | "It might be worse not to obey him," said Zossimov on the stairs. | - Хуже могло быть, если бы мы его не послушались, - сказал Зосимов, уже на лестнице. | | "He mustn't be irritated." | - Раздражать невозможно... | | "What's the matter with him?" | - Что с ним? | | "If only he could get some favourable shock, that's what would do it! | - Если бы только толчок ему какой-нибудь благоприятный, вот бы чего! | | At first he was better.... | Давеча он был в силах... | | You know he has got something on his mind! | Знаешь, у него что-то есть на уме! | | Some fixed idea weighing on him.... | Что-то неподвижное, тяготящее... | | I am very much afraid so; he must have!" | Этого я очень боюсь; непременно! | | "Perhaps it's that gentleman, Pyotr Petrovitch. | - Да вот этот господин, может быть, Петр-то Петрович! | | From his conversation I gather he is going to marry his sister, and that he had received a letter about it just before his illness...." | По разговору видно, что он женится на его сестре и что Родя об этом, перед самой болезнью, письмо получил... | | "Yes, confound the man! he may have upset the case altogether. | - Да; черт его принес теперь; может быть, расстроил все дело. | | But have you noticed, he takes no interest in anything, he does not respond to anything except one point on which he seems excited--that's the murder?" | А заметил ты, что он ко всему равнодушен, на все отмалчивается, кроме одного пункта, от которого из себя выходит: это убийство... | | "Yes, yes," Razumihin agreed, "I noticed that, too. | - Да, да! - подхватил Разумихин, - очень заметил! | | He is interested, frightened. | Интересуется, пугается. | | It gave him a shock on the day he was ill in the police office; he fainted." | Это его в самый день болезни напугали, в конторе у надзирателя; в обморок упал. | | "Tell me more about that this evening and I'll tell you something afterwards. | - Ты мне это расскажи подробнее вечером, а я тебе кое-что потом скажу. | | He interests me very much! | Интересует он меня, очень! | | In half an hour I'll go and see him again.... | Через полчаса зайду наведаться... | | There'll be no inflammation though." | Воспаления, впрочем, не будет... | | "Thanks! | - Спасибо тебе! | | And I'll wait with Pashenka meantime and will keep watch on him through Nastasya...." | А я у Пашеньки тем временем подожду и буду наблюдать через Настасью... | | Raskolnikov, left alone, looked with impatience and misery at Nastasya, but she still lingered. | Раскольников, оставшись один, с нетерпением и тоской поглядел на Настасью; но та еще медлила уходить. | | "Won't you have some tea now?" she asked. | - Чаю-то теперь выпьешь? - спросила она. | | "Later! | - После! | | I am sleepy! | Я спать хочу! | | Leave me." | Оставь меня... | | He turned abruptly to the wall; Nastasya went out. | Он судорожно отвернулся к стене; Настасья вышла. | | CHAPTER VI | VI | | But as soon as she went out, he got up, latched the door, undid the parcel which Razumihin had brought in that evening and had tied up again and began dressing. | Но только что она вышла, он встал, заложил крючком дверь, развязал принесенный давеча Разумихиным и им же снова завязанный узел с платьем и стал одеваться. | | Strange to say, he seemed immediately to have become perfectly calm; not a trace of his recent delirium nor of the panic fear that had haunted him of late. | Странное дело: казалось, он вдруг стал совершенно спокоен; не было ни полоумного бреду, как давеча, ни панического страху, как во все последнее время. | | It was the first moment of a strange sudden calm. | Это была первая минута какого-то странного, внезапного спокойствия. | | His movements were precise and definite; a firm purpose was evident in them. | Движения его были точны и ясны, в них проглядывало твердое намерение. | | "To-day, to-day," he muttered to himself. | "Сегодня же, сегодня же!.." - бормотал он про себя. | | He understood that he was still weak, but his intense spiritual concentration gave him strength and self-confidence. He hoped, moreover, that he would not fall down in the street. | Он понимал, однако, что еще слаб, но сильнейшее душевное напряжение, дошедшее до спокойствия, до неподвижной идеи, придавало ему сил и самоуверенности; он, впрочем, надеялся, что не упадет на улице. | | When he had dressed in entirely new clothes, he looked at the money lying on the table, and after a moment's thought put it in his pocket. | Одевшись совсем, во все новое, он взглянул на деньги, лежавшие на столе, подумал и положил их в карман. | | It was twenty-five roubles. | Денег было двадцать пять рублей. | |
