| Oh, really?" he roused himself suddenly, as if wakingup. | Ах, в самом деле? - вдруг встрепенулся он, точно проснувшись. | | "What did she die of?" | - Неужели умерла? | | "Only imagine, quite suddenly," Pulcheria Alexandrovna answered hurriedly, encouraged by his curiosity. "On the very day I was sending you that letter! | Отчего же? - Представь себе, скоропостижно! - заторопилась Пульхерия Александровна, ободренная его любопытством, - и как раз в то самое время, как я тебе письмо тогда отправила, в тот самый даже день! | | Would you believe it, that awful man seems to have been the cause of her death. | Вообрази, этот ужасный человек, кажется, и был причиной ее смерти. | | They say he beat her dreadfully." | Говорят, он ее ужасно избил! | | "Why, were they on such bad terms?" he asked, addressing his sister. | - Разве они так жили? - спросил он, обращаясь к сестре. | | "Not at all. | - Нет, напротив даже. | | Quite the contrary indeed. With her, he was always very patient, considerate even. | С ней он всегда был очень терпелив, даже вежлив. | | In fact, all those seven years of their married life he gave way to her, too much so indeed, in many cases. | Во многих случаях даже слишком был снисходителен к ее характеру, целые семь лет... | | All of a sudden he seems to have lost patience." | Как-то вдруг потерял терпение. | | "Then he could not have been so awful if he controlled himself for seven years? | - Стало быть, он вовсе не так ужасен, коли семь лет крепился? | | You seem to be defending him, Dounia?" | Ты, Дунечка, кажется, его оправдываешь? | | "No, no, he's an awful man! | - Нет, нет, это ужасный человек! | | I can imagine nothing more awful!" Dounia answered, almost with a shudder, knitting her brows, and sinking into thought. | Ужаснее я ничего и представить не могу, -чуть не с содроганием ответила Дуня, нахмурила брови и задумалась. | | "That had happened in the morning," Pulcheria Alexandrovna went on hurriedly. | - Случилось это у них утром, - продолжала, торопясь, Пульхерия Александровна. | | "And directly afterwards she ordered the horses to be harnessed to drive to the town immediately after dinner. She always used to drive to the town in such cases. She ate a very good dinner, I am told...." | - После того она тотчас же приказала заложить лошадей, чтоб сейчас же после обеда и ехать в город, потому что она всегда в таких случаях в город ездила; кушала за обедом говорят, с большим аппетитом... | | "After the beating?" | - Избитая-то? | | "That was always her... habit; and immediately after dinner, so as not to be late in starting, she went to the bath-house.... | - ... У ней, впрочем, и всегда была эта... привычка, и как только пообедала, чтобы не запоздать ехать, тотчас же отправилась в купальню... | | You see, she was undergoing some treatment with baths. They have a cold spring there, and she used to bathe in it regularly every day, and no sooner had she got into the water when she suddenly had a stroke!" | Видишь, она как-то там лечилась купаньем; у них там ключ холодный есть, и она купалась в нем регулярно каждый день, и как только вошла в воду, вдруг с ней удар! | | "I should think so," said Zossimov. | - Еще бы! - сказал Зосимов. | | "And did he beat her badly?" | - И больно он ее избил? | | "What does that matter!" put in Dounia. | - Ведь это все равно, - отозвалась Дуня. | | "H'm! | - Гм! | | But I don't know why you want to tell us such gossip, mother," said Raskolnikov irritably, as it were in spite of himself. | А впрочем, охота вам, маменька, о таком вздоре рассказывать, - раздражительно и как бы нечаянно проговорил вдруг Раскольников. | | "Ah, my dear, I don't know what to talk about," broke from Pulcheria Alexandrovna. | - Ах, друг мой, да я не знала, о чем уж и заговорить, - вырвалось у Пульхерии Александровны. | | "Why, are you all afraid of me?" he asked, with a constrained smile. | - Да что вы, боитесь, что ль, меня все? - сказал он с искривившеюся улыбкою. | | "That's certainly true," said Dounia, looking directly and sternly at her brother. | - Это действительно правда, - сказала Дуня, прямо и строго смотря на брата. | | "Mother was crossing herself with terror as she came up the stairs." | - Маменька, входя на лестницу, даже крестилась от страху. | | His face worked, as though in convulsion. | Лицо его перекосилось как бы от судороги. | | "Ach, what are you saying, Dounia! | - Ах, что ты, Дуня! | | Don't be angry, please, Rodya.... | Не сердись, пожалуйста, Родя... | | Why did you say that, Dounia?" Pulcheria Alexandrovna began, overwhelmed--"You see, coming here, I was dreaming all the way, in the train, how we should meet, how we should talk over everything together.... And I was so happy, I did not notice the journey! | Зачем ты, Дуня! - заговорила в смущении Пульхерия Александровна, - это я, вправду, ехала сюда, всю, дорогу мечтала, в вагоне: как мы увидимся, как мы обо всем сообщим друг другу... и так была счастлива, что и дороги не видала! | | But what am I saying? | Да что я! | | I am happy now.... | Я и теперь счастлива... | | You should not, Dounia.... | Напрасно ты, Дуня! | | I am happy now--simply in seeing you, Rodya...." | Я уж тем только счастлива, что тебя вижу, Родя... | | "Hush, mother," he muttered in confusion, not looking at her, but pressing her hand. | - Полноте, маменька, - с смущением пробормотал он, не глядя на нее и сжал ее руку, - успеем наговориться! | | "We shall have time to speak freely of everything!" As he said this, he was suddenly overwhelmed with confusion and turned pale. Again that awful sensation he had known of late passed with deadly chill over his soul. Again it became suddenly plain and perceptible to him that he had just told a fearful lie--that he would never now be able to speak freely of everything--that he would never again be able to _speak_ of anything to anyone. | Сказав это, он вдруг смутился и побледнел: опять одно недавнее ужасное ощущение мертвым холодом прошло по душе его; опять ему вдруг стало совершенно ясно и понятно, что он сказал сейчас ужасную ложь, что не только никогда теперь не придется ему успеть наговориться, но уже ни об чем больше, никогда и ни с кем, нельзя ему теперь говорить. | | The anguish of this thought was such that for a moment he almost forgot himself. He got up from his seat, and not looking at anyone walked towards the door. | Впечатление этой мучительной мысли было так сильно, что он, на мгновение, почти совсем забылся, встал с места и, не глядя ни на кого, пошел вон из комнаты. | | "What are you about?" cried Razumihin, clutching him by the arm. | - Что ты? - крикнул Разумихин, хватая его за руку. | | He sat down again, and began looking about him, in silence. They were all looking at him in perplexity. | Он сел опять и стал молча осматриваться; все глядели на него с недоумением. | | "But what are you all so dull for?" he shouted, suddenly and quite unexpectedly. "Do say something! | - Да что вы все такие скучные! - вскрикнул он вдруг, совсем неожиданно, - скажите что-нибудь! | | What's the use of sitting like this? | Что в самом деле так сидеть-то! | | Come, do speak. | Ну, говорите же! | | Let us talk.... | Станем разговаривать... | | We meet together and sit in silence.... | Собрались и молчим... | | Come, anything!" | Ну, что-нибудь! | | "Thank God; I was afraid the same thing as yesterday was beginning again," said Pulcheria Alexandrovna, crossing herself. | - Слава богу! А я думала, с ним что-нибудь вчерашнее начинается, - сказала, перекрестившись, Пульхерия Александровна. | | "What is the matter, Rodya?" asked Avdotya Romanovna, distrustfully. | - Чего ты, Родя? - недоверчиво спросила Авдотья Романовна. | | "Oh, nothing! I remembered something," he answered, and suddenly laughed. | - Так, ничего, одну штуку вспомнил, - отвечал он и вдруг засмеялся. | | "Well, if you remembered something; that's all right!... | - Ну, коль штуку, так и хорошо! | | I was beginning to think..." muttered Zossimov, getting up from the sofa. | А то и я сам было подумал... - пробормотал Зосимов, подымаясь с дивана. | | "It is time for me to be off. I will look in again perhaps... if I can..." | - Мне, однако ж, пора; я еще зайду, может быть... если застану... | | He made his bows, and went out. | Он откланялся и вышел. | | "What an excellent man!" observed Pulcheria Alexandrovna. | - Какой прекрасный человек! - заметила Пульхерия Александровна. | | "Yes, excellent, splendid, well-educated, intelligent," Raskolnikov began, suddenly speaking with surprising rapidity, and a liveliness he had not shown till then. "I can't remember where I met him before my illness.... | - Да, прекрасный, превосходный, образованный, умный... - заговорил вдруг Раскольников какою-то неожиданною скороговоркой и с каким-то необыкновенным до сих пор оживлением, - уж не помню, где я его прежде до болезни встречал... | | I believe I have met him somewhere—... | Кажется, где-то встречал... | | And this is a good man, too," he nodded at Razumihin. "Do you like him, Dounia?" he asked her; and suddenly, for some unknown reason, laughed. | Вот и этот тоже хороший человек! - кивнул он на Разумихина, - нравится он тебе, Дуня? -спросил он ее и вдруг, неизвестно чему, рассмеялся. | | "Very much," answered Dounia. | - Очень, - ответила Дуня. | | "Foo!--what a pig you are!" Razumihin protested, blushing in terrible confusion, and he got up from his chair. | - Фу, какой ты... свинтус! - произнес страшно сконфузившийся и покрасневший Разумихин и встал со стула. | |
