Поэтому оставляет всё в своей голове. За рамки сознания не выпускает. Так будет легче. Всем.

Набирает воздуха в легкие и отворачивается от окна, тут же продрогнув и крепче сжав полотенце пальцами, когда его взгляде врезается в бледное лицо Теи:

— Мать моя!.. — шепчет, но для шепота его слова звучали довольно громко. В груди сжимается сердце, слишком неожиданно эта девчонка появляется рядом, Дэн даже задерживает дыхание, сделав короткий шаг назад, упершись поясницей в край кухонной тумбы. Тея, в свою очередь, медленно поворачивает голову, лениво, без эмоций обращает на него взгляд, совершенно спокойный.

Как давно она здесь?

— Мне сказали, тебе нужно помочь, — Оушин изучает лицо парня, затем переводит внимание на окно, вновь исследуя двух людей на улице. Дэн решает упустить свою скованность и собраться:

— Д-да, — протягивает ей полотенце, а сам берет вилки, глотнув пару раз воды во рту, чтобы сухость прошла, но Тея не позволяет ему прийти в себя. Не намеренно, конечно, она вряд ли осознает, что сковывает Дэна своими вопросами:

— Тебе нравится Брук или Дилан? — она так невозмутима, будто бы это нормально — спрашивать о подобном, и Браун клянется, что в этот самый момент его скованность достигает максимального выражения. Он нервно улыбается, разворачиваясь к столу, и протягивает вилки к коробке, но пальцы отпускают столовые приборы, отчего те с громким звоном падают на пол. Тея вздрагивает от резкого звука, но лицо её не меняется, а вот Дэн немного смущен своей рассеянностью. Он приседает на одно колено, принявшись собирать вилки:

— Это слишком взрослая тема для тебя.

Оушин задумчиво кивает головой, обратив взгляд в сторону окна, и наблюдает за «живым» общением двух друзей или… Неясно, кто они друг другу, но Дилан улыбается. Не так широко, как Брук, но, признаться честно, Тее нравится наблюдать за их взаимодействием. Оно наполнено легкостью. Но даже Тея, как сторонник, понимает, что Брук питает сильные чувства к Дилану, а тот… Возможно, он тоже. И, как не крути, Дэниел здесь третий лишний.

Парень как-то задерживается. Он пересчитывает приборы, делая вид, будто теряет один. Тея опускает на него взгляд, как-то опечалено вздохнув:

— Очень жаль. Ты хороший.

Дэниел стучит пальцами по полу, всё-таки поднимает голову, немного хмуро взглянув на девушку. Она правда огорчена тем, что ему не совсем везет в плане отношений, даже странно, что она так заинтересована в ситуации, в которой оказываются эти трое. Браун решается не строить дурочка, ему впервые кажется, что Тея вполне себе адекватная и с ней можно вести нормальный разговор. Парень сдержанно улыбается, стрельнув взглядом в сторону окна:

— Думаешь, мне с ней не светит? — хочет превратить всё в шутку. Оушин вдруг загадочно улыбается, сощурившись, и медленно приседает на корточки, прижав к груди полотенце:

— Значит, всё-таки Брук?

Дэниел томно вздыхает, сжав губы, и опускает глаза, ещё раз исследовав пол на наличие вилок:

— Никому не говори, — просит, не зная, может ли быть уверенным в Тее, но она не демонстрирует себя с плохой стороны, возможно, сохранит его секрет.

— И ты никому не говори.

Дэн замирает, хмуря брови, и с ясным непониманием поднимает голову, чтобы уточнить, что Оушин имеет в виду. Только его вопрос остается неозвученным, ведь язык становится каменным, а звук стрянет в глотке, когда Оушин делает это.

Губами касается его губ.

Деградация.

— Что вы делаете?

Дэниел резко подается вверх, стукнувшись головой о край стола, и вскакивает, до хруста в пальцах сжав несчастные вилки. С волнением и обескураженностью смотрит на стоящего на пороге кухни Дилана, который с подозрением щурится, выдавив улыбку:

— Ты там её ничем не развращаешь? — и слышен смех Брук, которая появляется рядом с ним спустя короткое мгновение. Руками обхватывает плечо парня, прижавшись к нему грудью, и с улыбкой смотрит на подавляющего смущение Брауна, который заикается, принявшись нервно собирать остаток вилок из ящика в коробку:

— Я дальше сам, — говорит Тее, которая медленно поднимается с корточек, оставаясь повернутой спиной к Дилану и Брук. О’Брайен с хмурым видом наблюдает за необычным поведением друга, который хватает коробку, поспешив покинуть помещение, и провожает его взглядом, пока Дэниел не скрывается на втором этаже. Дилану как-то… Не по себе, да? Неприятное чувство. Он с подозрением сверлит затылок Теи, которая оборачивается, с присущей ей безэмоциональностью и непринужденностью взглянув на ребят. Точнее на О’Брайена. Который хмуро смотрит на неё.

И вновь Океан.

— Пойду собираться, — Брук отпускает руку парня, с улыбкой обходит его, ладонью скользнув по напряженной спине. Да, замечает. Ситуация странная. Этот тип явно чем-то озадачен. Интересно, чем?

— Брук, — Дилан поворачивается к ней, сунув ладони в карманы джинсов, девушка поднимается по лестнице, оглянувшись, и парень может задать тревожащий его вопрос:

— Всё ведь нормально? — уточняет, чтобы избавиться от натянутости по отношению к ней. Реин пожимает плечами, ведет себя непринужденно, но вряд ли парень полностью доверяет её эмоциональной легкости:

— Конечно, — Брук продолжает подниматься, скользнув по губам кончиком языка, чтобы увлажнить. — Я просто подожду, — и шире улыбается, сжав их, после чего разворачивается, ускорив шаг. О’Брайен остается напряженным. Качает головой, с тяжестью осознавая, что Брук придется нелегко, потому что он… Он вряд ли вернется к ней. В том самом плане, на который она рассчитывает. И парню жаль, что он не способен ответить ей.

Поворачивается обратно. Возвращается к туманным подозрениям, которыми окутана личность Теи. Она… Господи, в последнее время у Дилана столько мыслей на её счет, потому что девушка проявляет то, что, как казалось, не в её характере. А после их разговора у костра парень понял — не всё так поверхностно. Ни черта не на ладони. Ничего не ясно. С ней.

Тея складывает полотенце, повесив его на спинку стула. Выглядит равнодушной, но в тот момент, когда Дилан оказался на пороге комнаты и обратился к ним, он уловил это — её резкий взгляд. Она бросила его быстро, тут же отвернув голову. Это напряжение — она его создала.

— Так, — О’Брайен лениво шагает к столу, костяшками одной руки стучит по его поверхности, как-то неуверенно заговаривая. — Чем вы занимались с Дэном? — встает рядом, сложив руки на груди, и с неправильным недовольством косится на девчонку, которая остается невозмутимой и ровной в проявлении эмоций. Она поднимает голову, спокойным тоном проговорив:

— Он помогает мне расширить свое понимание взрослых людей.

Взгляд Дилана ускользает сначала в одну сторону, затем возвращается на Тею, потом в другую сторону, и вновь фокусируется на лице девушки, которая не ждет его ответа, поэтому обходит парня, неспешно направившись к двери, дабы выйти в коридор. О’Брайен опускает глаза. Хмурится. И резким взглядом врезается в стену перед собой, начав стучать пальцами по ткани рукавов.

Как это, на хрен, понимать?

***

Дорога дальняя. Путь обратно вызывает своеобразное чувство тоски. Они вырвались из душащего города всего на сутки, и их хватило, чтобы как следует ощутить приятное освобождение от томящихся в голове мыслей. От них не бывает спасения, но временно можно приостановить их развитие. Сейчас приходится вернуться. Хочется или нет, но обязательства тянут обратно в реальный мир. Если честно, лучше вообще не ограждаться от проблем, не позволять себе пробовать на вкус успокоение и умиротворение, иначе охватит хандра, ведь не в твоих силах постоянно пребывать в состоянии гармонии с собой, быть или казаться иным человеком.

Брук скрывает свое нежелания покидать салон автомобиля. Первым делом именно её подбрасывают до дома. Дилан выходит вместе с девушкой из машины, о чем-то переговариваются, пока он провожает её до калитки дома. Роббин с теплым чувством наблюдает за ними, всё-таки надеясь, что у её сына есть виды на эту девушку. Она вполне себе хорошая.