— Человек двадцать, — угрюмо подсчитал Престон.
— Вот видишь. Займись пьесой. А остальное отложи на потом.
— Я не могу отложить похороны, — отозвался Престон.
— Да, но… постановка в субботу. Сейчас вторник. Вы уже отрепетировали все сцены. Руководство можно возложить на Еву в том числе.
Макс сам не верил, что помогал Престону. Причём с таким упорством. Таким усилием. Такой отдачей. Он никогда прежде не чувствовал себя настолько заинтересованным в успехе чего-либо. Было ли это искренне? Кажется, да.
Получается, Макс не был таким эгоистичным, каким себя считал? Он явно был, ну, хоть немного искреннее, чем ему казалось. Иначе бы ему было совсем наплевать на Престона.
Ведь ему было не наплевать на Престона? Хотя, если в такой ситуации он задумался о себе…
Да уж, они оба, конечно, хороши.
Аплодисменты.
— Похоронами занимается отец, — пробормотал Престон. — Так что от меня, наверно… не знаю, что от меня требуется. Я никогда раньше не сталкивался со смертью.
— Тебе повезло, — попытался поддержать его Макс. — Но, я думаю, тебе скажут, что ты должен. А пока… лучше бы тебе завтра появиться на репетициях. Хотя бы ненадолго.
Престон глубоко задумался. И через несколько минут, всё же, согласился.
— Да, я… я приду. Обязательно.
— Вот и славненько, — отозвался Макс, пытаясь копировать манеру Дэвида завершать разговор. Получилось, правда, не очень складно и скорее как-то вымученно. — Я завтра проверю, — сурово добавил он, пытаясь сгладить эту заминку. Престон кивнул. — Я же могу оставить тебя одного?
Ему совершенно не хотелось тратить остаток дня на Престона. Скоро, между прочим, будут показывать новые серии «репутации». Это, всё же, не менее важно… Ладно, нет, это менее важно. Но Макс попросту боялся нагружать себя ответственностью сверх меры.
И Престон кивнул. Он сам хотел остаться один, ему это было необходимо точно так же, как чьё-либо присутствие какое-то время назад. Макс дал ему возможность выговориться и справиться с волной отчаяния и боли. Той, которая топила Престона последние несколько часов.
Теперь же ему предстояло справиться с самим собой. С ненавистью к себе и отвращением. И сделать пару иных важных вещей. Поэтому он легко отпустил Макса.
И тот направился к выходу. Мимо старых туфель, мимо огромного пальто, которое уже никому не понадобится, мимо вязаных салфеток на старую лестничную клетку.
— Спасибо, — кое-как выдавил Престон на прощанье.
Макс чувствовал, что это – не простая благодарность. И в ней заложено что-то ещё. Но разбираться, что именно, он не стал.
— Обращайся, — просто ответил он и пошёл вниз по лестнице.
Удивительно, что это было их первое нормальное прощание.
Макс думал об этом, пока ехал в автобусе. Думал, пока шёл по улице в сторону дома. Думал, столкнувшись с кошкой.
Кошкой.
Кошка смотрела на него с живым интересом, словно знала о том, где он был, и жаждала узнать, как всё прошло. Это напомнило Максу о том, что есть кто-то, ждущий от него отчёта. Он уже было достал телефон, чтобы позвонить Еве, как вдруг кошка повернулась к Максу спиной. И куда-то пошла.
Палец так и завис над кнопкой звонка. Кошка, кошка повернулась к нему хвостом и ушла от него. Кошка, которая постоянно таскалась за ним, которая заботилась о нём после вписки и искренне переживала, донесёт ли он пакеты из магазина… Она просто ушла.
Или не ушла.
Кошка вдруг повернулась и выразительно уставилась на Макса. Макс уставился на неё.
Она хочет, чтобы он следовал за ней? Зачем? Чтобы отвести его в Хогвартс? Сделать сейлор-воином?
Макс сунул телефон в карман, не думая ни о чём. Кошка готова поделиться с ним тайнами вселенной. И ему лучше этот шанс не упускать.
Он тронулся с места, следуя за ней буквально шаг в шаг.
Интересно, она приведёт его в какую-нибудь кошачью канцелярию? Или же к своему хозяину? Ведь, возможно, у неё есть хозяин. Она выглядит вполне ухоженной (в отличие от Престона). Или же она покажет ему свой домик. В котором лежат наворованные сокровища. Или мусор.
Кошка вела его сначала по открытой дороге, где ему то и дело попадались прохожие, оборачивающиеся им вслед. Потому что мальчик, гоняющийся за кошкой, был действительно редким зрелищем. Наверно.
Разве больше никто, кроме него, не пересекался с этой дурацкой кошкой? Разве она подходила на улице только к нему?
Неужели он теперь и правда сейлор-воин из Хогвартса?
Макса просто сжигал интерес.
Кошка, тем временем, свернула в какой-то небольшой закоулок. Они преодолели переход между двумя домами, почти узкий, и вышли на соседнюю улицу. Кошка резво пересекла дорогу, не обращая внимания на красный свет. Макс последовал за ней, не боясь попасть под машину – и ему повезло, он увернулся от едущих мимо автомобилей.
Кошка нырнула в ближайший переулок, пробежалась ещё немного и остановилась…
У помойки.
Итак, это была бездомная кошка. И она привела его… к своему дому, получается?
Кошка остановилась у переполненного мусорного бака, от которого разило как… ну, как от мусорного бака. Как ещё от него могло пахнуть. Макс прикрыл нос и рот ладонью, подходя ближе. Кошка возбуждённо мяукала. Её хвост дёргался словно в истерике. Она вертелась у самого подножья, где валялось несколько коробок.
Превозмогая отвращение (благо, любопытство было сильнее чего бы то ни было), Макс подошёл к коробкам и скинул ногой пустую, стоявшую выше всех.
И заглянул в ту, куда кошка всё норовила залезть.
В коробке мирно спали котята. Четыре котёнка.
Вернее, ему показалось, что они спали. Потому что у них не вздымалась от мелкого дыхания грудка. Не дёргались хвостики. Котята лежали совершенно без движения.
Максу пришла в голову мысль потыкать их палочкой, но в этом не было необходимости. И без этого было понятно, что котята мертвы.
— Иу, — прокомментировал он. Кошка жалобно мяукнула ему в ответ.
Видно, коробку поставили местные жители, совершенно не заметив, что тем самым баррикадируют кошке дорогу к детям. Или же они прикрыли уже мёртвых котят – ведь вряд ли кошке хватало сил и молока вскармливать их. Или же котята умерли только сейчас, а все эти дни до этого кошка пыталась позвать Макса помочь им… Хотя, это вряд ли. Ведь кошка могла догадаться позвать кого-то ещё.
Или она звала кого-то ещё?..
Макс посмотрел на кошку, у которой, внезапно, появилась драматичная предыстория.
— И давно они?.. — спросил он, будто кошка могла ответить.
Она, очевидно, не ответила.
Кошки ведь не умеют говорить.
Однако её взгляд был достаточно… красноречив. Кошки умеют плакать? Нет?
По крайней мере, кошки умеют доносить свои мысли до людей. Просто не все люди могут их прочитать.
Макс снял кофту и аккуратно подхватил кошку ею на руки, стараясь особо не касаться её шерсти.
— Пойдём со мной, кошка, — предложил он.
Гвен, конечно, вряд ли разрешит оставить ему домашнее животное, но… Он не мог бросить кошку. Котятам он уже помочь ничем не мог, но вот ей…
— У тебя есть имя, кошка? — спросил он, уставившись ей в мордочку. Кошка вопросительно глянула на него. Интересно, понимала ли она хоть слово?
Вообще хоть что-нибудь?
Вероятно, понимала. Что Макс хочет ей помочь. Хоть немного. Всё-таки она не была глупой. Не только из-за того, что носила кошачьи «очки» — отметины вокруг глаз.
— Давай я буду назвать тебя… Дарьей, — предложил он.
Дарья мяукнула в ответ. Макс аккуратнее перехватил её, завернув в кофту, и двинулся прочь из этого зловонного сквера, оставив все эти многочисленные смерти и эгоизм позади.
========== Капитан подводной лодки ==========
Распахнув дверь ванной, Гвен застала Макса сидящим на полу и читающим что-то с экрана телефона.
— Зачем тебе кошачий шампунь? — тут же спросила она, проигнорировав такие нормы вежливости, как приветствие.
— И тебе добрый вечер, — поздоровался он, убирая телефон в карман. — А сама как думаешь?