После фильма они решили, что расходиться рано, и все вшестером отправились в знакомый бар недалеко от кинотеатра. Импровизированная игра «в бутылочку» включала в себя новые правила из-за недостатка народа. На круглом столе стояли шоты, наполненные текилой, водкой или скотчем, в промежутках лежали бумажники ребят. Условия были просты: указывает горлышко бутылки на шот — нужно выпить, на кошелек — поцеловать хозяина вещи. Опустевший шот сразу же наполнялся вновь. Для омег имелись поблажки — если они не хотели поцелуев, то откупались пятью долларами. Уилл предлагал платить по баксу, но альфы не согласились, сказав, что тогда им придется целоваться только друг с другом или Гленом.
— Отлично, детка, иди ко мне, — разразился смехом Крис, когда его бутылочка указала на бумажник Кима. Все они были уже порядочно пьяны, перецеловались и не по разу, но останавливать веселье никто не желал.
— Чего надо, Нильсон? — захохотал Ким, отталкивая лицо друга. — Я — честный альфа и не целуюсь с первыми встречными!
— Какой я тебе первый встречный? Офонарел, Ронвуд? — рыкнул Крис и дернул его к себе, коротко и шутя чмокнув в губы. Ким сразу же стер с них слюну и сделал вид, что его сейчас стошнит.
Все смеялись, и обстановка была совершенно расслабленная. Мэтт поначалу рычал, когда Киму или, в особенности, Крису выпадало целовать Дени, но, опьянев, он перестал злиться. Тем более, что альфы не лезли засасывать омегу. Ким упрямо выкупал все поцелуи Уилла, не желая делиться таким труднодоступным Хамельтоном с другими. Деньги у него стремительно заканчивались — эта дурацкая бутылка точно заколдованная раз за разом поворачивалась к Уиллу.
— Ну наконец-то не альфа! — довольно воскликнул Крис, когда ему в первый раз выпал бумажник Глена. Он повернулся и окинул бету оценивающим взглядом.
— Я откуплюсь! — тут же решил раскрасневшийся Глен. У него язык уже слегка цеплялся за зубы, а на губах застыл расслабленная улыбочка.
— Вот еще! Поблажки только для омежек! — возмутился Крис, которому попытались отказать в поцелуе. Ким заметил, что теперь друг еще сильнее хочет это сделать.
— Вы же меня омегой всегда называете! — собирался схитрить Глен, медленно отдаляя лицо от Криса.
— Вот течка начнется — сможешь откупиться, а пока стой на месте! — засмеялся Нильсон, хватая бету за запястье и притягивая к себе.
Ким наблюдал за ними, нежно поглаживая бедро Уилла. Тот приятно пах и выглядел потрясающе. Ярко-рыжие волосы блестели и слегка растрепались, придав его образу какой-то небрежной романтичности. Красивая улыбка будоражила воображение Кима, и он с каждой выпитой дозой все сильнее хотел близости с ним.
Крис тем временем целовал Глена жадно и глубоко, хозяйничая у него во рту и забравшись рукой под футболку, хотя это по правилам делать было и необязательно. Киму показалось, что друг уж больно долго задержался с бетой, а тот вроде бы и вовсе не против такого расклада, даже рад ему.
— Что-то скучно, — вздохнул Ким. Если так пойдет, то деньги у него закончатся раньше, чем Уилл возбудится или напьется настолько, что даст себя трахнуть. — Заменим поцелуйчики минетом!
— Ну уж нет! — сразу же отказался Уилл и строго зыркнул на Ронвуда зелеными глазами. Он ущипнул его за бедро, намекая на то, что незачем выдумывать всякий бред.
— Предлагаю проголосовать! — пьяно проговорил Ким.
— Будет трое на трое! — вмешался Дени. Цифры не покидали его голову. И почему это раньше Ким не замечал, что омежка просто гений математики? С тех пор как они с Мэттом стали встречаться, Дени делал домашние задания по алгебре за всю компанию.
— А мы позвоним Пирсу, и он тоже проголосует! — мгновенно нашел выход Крис, запуская руку в карман, чтобы достать телефон. Ему-то идея явно понравилась, но вот косился он почему-то не на Дени или Уилла, а на Глена. На бету, которого знал сто лет, но только алкоголь помог воспринимать его иначе, чем объект для насмешек.
— Тогда четыре на четыре! — продолжал упрямиться Дени. Он насупился и скрестил руки на груди, демонстрируя, что не собирается отступать и так просто соглашаться на новые правила. — Ник будет против!
— Поэтому мы Нику звонить не станем! Только Пирсу, — залился смехом Ким. Ему сегодня действительно было весело. Он перецеловался с двумя омегами, Гленом и собственными друзьями, выпил больше, чем в тот раз, когда его лишили машины, отлично проводил время в приятной компании и даже имел надежду на секс с Уиллом после. Не хватало только присутствия «золотой парочки».
Ким уже набрал номер Пирса, когда ему в нос ударил знакомый запах. Он протрезвел в три секунды и затравленно огляделся, выронив из руки телефон. В бар вошел МакКензи со своим дружком-кабанчиком — Мелом Томсоном. Они осматривались, ища свободные места, но прежде увидели их. МакКензи что-то, улыбаясь, сказал приятелю, указывая на Кима. Томсон с энтузиазмом закивал, и они направились в их сторону.
— О, бутылочка! Возьмёте нас в игру? — весело спросил Мел и, не дожидаясь ответа, уселся с ними. — Мы оплатим следующий круг!
— У нас правила жестокие! — серьезно предупредил Дени, поглядывая то на Кима, то на Шона. Тот пододвинул стул от другого стола и сел рядом с Томсоном. Дени был единственным, кто знал, что произошло в раздевалке между ними. И что было после и как тяжело переживал это Ким. Удивительно, но доверять ему оказалось проще, чем кому-то из друзей, и Ронвуд не боялся, что омежка сдаст. Наоборот, верил, что тот — могила.
— Какие правила? — усмехнувшись на одну сторону, спросил МакКензи. Ким внутренне поежился от его взгляда и вцепился пальцами в край своего стула, ощутив, как сломался ноготь на среднем.
— Шот — пить, а бумажник — отсос, — дерзко ответил он, изо всех сил стараясь не показывать своих истинных чувств к Шону. Он никак не мог разобраться в них, слишком разнообразны те были и многогранны: от влечения до лютой ненависти. Алкоголь — плохой помощник, бурлил в теле Кима, подталкивал его к глупостям.
— Я против отсоса! — опять возмутился Дени и чувствительно пихнул Кима ногой под столом, а потом состроил страшные глаза. Он мертвой хваткой вцепился в руку Мэтта и насупился, как сердитый хомячок.
— Я тоже! — в кои-то веки поддержал брата Глен. Хоуты выросли настолько разными, что висел нерешенным вопрос: кто решил называть их близнецами? У Глена лицо было худым, слегка вытянутым, волосы — коротко острижеными, а тело — тренированным и поджарым. Глядя на него в бассейне, Ким не раз думал, что у беты неплохая фигурка. Дени же казался мягким даже на вид, пухлые щечки вечно краснели от слез или смущения, светлые глаза обрамляли длинные ресницы, он часто улыбался и имел привычку накручивать на палец тонкую прядь волос. Конечно, некое сходство между ними было, но никакой речи не шло, скажем о подмене, как показывали в фильмах или сериалах.
— А разве мнение беты кого-то интересует? — удивился Крис, выгнув светлую бровь.
У Кима неожиданно заныла голова. Висок пронзило резкой и сильной болью, а перед глазами появилась яркая вспышка. Запах МакКензи наполнил его легкие и рассудок, дышать было невозможно, казалось, все нутро обожжено. Голоса друзей стали неразборчивыми, и Ким знал — точно такое же состояние было, когда он потерял сознание в раздевалке перед показательными выступлениями. Он закусил губу и украдкой глянул на Шона. Тот слушал разговор между Крисом и Гленом и не обращал на него внимания. Хорошо бы сейчас испариться из бара, пока он не видит.
— Тогда я не играю! — серьезно заявил Глен, намереваясь встать. Он забрал со стола свой кошелек, но осекся, когда Крис схватил его за запястье.
— Я сказал, мнение беты никого не интересует! Сел, живо! — рыкнул Крис, дернув Глена за руку и вынуждая вернуться на место. Он зло оскалился, и взгляд потемнел. Что-то с другом не так! Неправильно он смотрит на бету! Словно ревнует его и не хочет расставаться.
— Предлагаю омегам откупаться! — вмешался Уилл, желая разрядить накалившуюся обстановку и не доводить ситуацию до настоящего скандала.