— Нетрудное, — первым делом сказал он, как будто это могло уговорить меня.

— Не знаю, — с сомнением откликнулась я. — Здешняя магия будто сопротивляется рубиновой энергии. Я могу сделать только хуже.

Йитирна мое предположение заинтересовало, но он перевел акцент на мою хромоту. Дракон вкратце пересказал, как так получилось, лицо Йитирна приняло угрожающее выражение.

— Это, по-твоему, защита? — излишне громко спросил он.

— Т-ш-ш! — зашипели мы одновременно с Габриэлем. У волка, правда, звук получился больше похожим на возмущенное фырканье.

— Никто не обязан меня защищать, — выступила я. — Я не собираюсь обвинять дракона в том, что тварь достала меня. Мне как минимум нужно было быть агрессивнее и проворнее. Я замешкалась и получила.

Йитирн хмыкнул.

— Самокритика — это, конечно, хорошо. Но не когда на кону жизнь последней рубиновой ведьмы, Ева. — Он поджал губы и смотрел на нас с осуждением.

— Вы меряетесь, что ли, кто лучше заботится обо мне? — внезапно догадалась я и не удержалась от насмешливого фырканья.

Мааррх опустил взгляд, Йитирн пробормотал «Вот еще!», но смотреть на меня перестал и даже ускорил шаг. Габриэль вдруг подобрался и глухо зарычал. Мне не потребовалось на этот раз подготавливаться: в руке вспыхнул тускло рубиновый хлыст, энергия плавно стекала с ладони, принимая форму желаемого оружия. Я не сомневалась в этот момент, что смогу сотворить и рубиновый меч, и рубиновый кинжал, и, может быть, что-нибудь еще. Энергия магии потрескивала в прохладном воздухе подземных переходов. Йитирн бросил на меня не то озадаченный, не то удивленный взгляд; руки его замелькали, обволакивая нас небесно-голубым щитом, сотканным из синей энергии темного эльфа. Я поймала взгляд дроу.

Первый противник оказался человеком. От него осталось мало живого, если приглядеться. Часть скулы и щека — разворочены, из проемов шевелятся склизкие щупальца, как у тех тварей. Он бросился на нас быстрым рывком, Мааррх очутился впереди нас с Йитирном и повалил врага на землю. Габриэля смяли четверо таких же существ, полулюдей, и я коротким взмахом щелкнула рубиновым хлыстом. Энергия опалила кожу противников, они завыли и зарычали, пытаясь справиться с болезненными ощущениями. Волк свернул головы двоим, третьего разметал в стороны, тряся головой. Йитирн выпустил с рук сизую молнию: та пролетела полфута и откинула получеловека, словно тряпичную куклу. С уже знакомым хлюпаньем из стены вываливалась тварь.

— Мааррх! — воскликнула я.

Дракон молниеносно обернулся. Янтарные глаза горели ярким золотом, волосы казались наэлектризованными, светились в полутьме.

Сквозь ногтевую пластину прорастали когти. На мгновение я забыла о том, что мы находимся в гуще схватки, за что могла и поплатиться. Тварь с ликующим воем бросилась ко мне. Йитирн сделал выпад рукой, энергия прошила воздух и впилась в податливое, уязвимое тело твари. На этот раз существо не только не остановилось, но как будто бы не почувствовало боли. Щупальце выпрямилось, Йитирн отлетел назад и с хрустом впечатался спиной в стену. Рубиновая энергия полыхнула ярче, при этом оставаясь довольно тусклой. Это место точно сопротивлялось Рубину, в этом я уверилась. Добравшись до меня, тварь довольно всхлюпнула и растворилась дымкой. Габриэль распугал оставшихся противников: те перестали нападать и спешно отступали, рассеиваясь во тьме, подступавшей со всех сторон.

— Ладно, — выдохнула я наконец. — Заклинание поиска не повредит.

— Я не думаю, что эти существа надолго оставили нас в покое, — подтвердил наши всеобщие опасения Габриэль, теперь в виде человека.

Я прикрыла глаза и сконцентрировалась. Нужные слова тирийского тут же всплыли в голове, мне даже не потребовалось их подбирать, как-то бывало раньше. Похоже, я и в самом деле становилась ведьмой.

Рубиновая энергия легко сползла с моей ладони и потянулась алой змейкой вдоль стены. Йитирн удовлетворенно улыбнулся и махнул рукой, призывая следовать за ним. Мааррх слегка тронул мой локоть пальцами, убеждаясь, что со мной все в порядке. Я поспешила за остальными, прихрамывая.

Потянулись длинные коридоры. Шершавые стены черного камня, кое-где камеры для узников, защищенные чугунными решетками; анфилады комнат, назначения которых понять мы могли не всегда. Затем мы стали останавливаться у запертых дверей, и Йитирн пользовался магией, чтобы отворить их. Постепенно коридоры сменили узкие и тесные проходы, где мог идти за раз только один человек. А двери стали попадаться все чаще. Рубиновая нить вела нас к цели, я ощущала, как мою магию подавляют, будто чей-то разум заставлял мою энергию замолчать. В немом противостоянии у меня складывалось ощущение, что противник истощен и хочет поскорее покончить с невыносимым заданием. Я крепко удерживала нить, чем злила невидимого врага. И он усиливал напор.

Впереди забрезжил неяркий свет, и мы, забыв о предосторожности, вышли на него. Мы очутились в большом зале с двумя массивными дверьми. Дальняя стена имела арочный проход, уводивший случайного путника отсюда. Рубиновая нить протянулась через середину комнаты и исчезала во тьме арки.

— Вы ничего не слышите? — спросил вдруг Мааррх. — Песня…

Я прислушалась, темный эльф и Габриэль — тоже. Царившая здесь тишина неприятно давила на психику.

— Слышите? — повторил дракон. — Звук идет… Отсюда!

Он отделился от нас и быстро подошел к двери справа.

— Я ничего не слышу, — слегка раздраженно заявил Йитирн. — Ева? Габриэль?

Мы покачали головами, но Мааррха оказалось не так просто сбить с мысли. Он приложил ухо к двери и дал нам знак не издавать ни звука.

— Что там? — не вытерпел Йитирн спустя десять минут напряженного молчания. — Стоит ли мне напоминать, что у нас мало…

— Времени, — резко закончил дракон. — Знаю. Но я слышу песню. По ту сторону двери что-то взывает ко мне. Я… Я слышал это раньше.

— Может, ведьма пытается тебя одурачить и вывести из строя? — предположила я. — Все-таки мы в ее замке, а она здраво оценит свою беспомощность против Рубина, мага, дракона и оборотня.

Габриэль с жаром поддержал меня. Мааррх навалился на дверь и попытался ее открыть. И в этот самый момент я услышала чей-то серебристый смех. Я точно слышала его раньше, но где?

— Слышишь? — зашипела я Йитирну. — Звук такой странный.

На этот раз дроу что-то услышал, но определенно не то же самое, что я или Мааррх. Габриэль сидел в образе волка с непонимающим выражением морды.

— Внутри кто-то есть, — заявил дроу. — Мы должны открыть эту дверь.

«А если это ловушка?» — флегматично заметил Габриэль посредством мысленной связи, которую установил одновременно со всеми.

— Там точно магия, — пожала я плечами. — Я ощущаю… что-то. Сильное.

— Я узнаю эту силу, но не могу понять, кто ею обладает. Открываем.

Мааррх ухмыльнулся и снова навалился на дверь.

— Рад, что мы хоть в чем-то сошлись.

Темный эльф прочитал заклинание, но дверь не поддалась. Физическая сила Мааррха тоже не особенно помогала. Тогда они посмотрели на меня.

— Попробуй, — предложил дракон.

Послушно повторив заклинание, я убедилась, что дверь по-прежнему заперта и не собирается открываться.

— Выбить не получится, магия не действует.

Йитирн подошел поближе и прислушался к исходившим из-за нее звукам.

Через секунду всполох оранжевой магии окутал Йитирна, а в следующий момент дроу полетом пересек половину зала и тяжело упал на пол. Мы с Габриэлем помогли ему подняться и оправить одежду. Йитирн недовольно застонал. На темных руках разливались бледно-желтые синяки.

— На Мааррха она так не реагирует. — Заметила я. — Что ты с ней сделал?

— Ничего, — пожал плечами Йитирн. — Ничего такого.

Я подошла к Мааррху. Дверь выглядела совершенно обычно, и вдруг по ней прошла волна, преображая ее. Поверхность больше не была деревянной, а, скорее, узорчатой. На перламутровой поверхности посреди растительного узора и силуэтов птиц я сразу же высмотрела взглядом два отпечатка рук. Одна побольше, другая на размер меньше.