Нити разорвались, взвились в небо, пронзив голубой свод кроваво-красным копьем. По линиям звезды пробежало синее, зеленое и алое пламя. Мне показалось, что я ослепла от света. А когда открыла глаза, то ветер стирал так тщательно нарисованный магический «круг», и стирал, ведомый магией, но не природой. Йитирн подскочил ко мне и помог подняться. Рубиновые камни кристаллической пыльцой осели на земле, тускло догорая.

— Сработало? — спросила я, закашлявшись от пыли и порывов ветра.

— Непохоже, — Йитирн покачал головой, я видела, что он разочарован и расстроен. Он, как и я, рассчитывал на результат.

— Мы все сделали правильно, Йитирн. Наверное, мой дракон еще в яйце.

— Это самый неблагополучный исход, Ева. Идем, вернемся в лагерь.

Он забрал у меня свою книгу, подхватил с земли сумку и оглянулся.

В небе, среди кучерявых облаков, мелькнула острая, словно наконечник копья, тень. Воздух загудел, земля слегка задрожала у меня под ногами. Я недоуменно взглянула на Йитирна. Он же смотрел в небо, не отрываясь.

То, что это дракон, я поняла сразу.

Гигантское, закованное в золотую чешую существо пролетело над нами, широко раскрыв золотисто-белые крылья. Вдали дракон сделал разворот и полетел над самой землей. От ударов его крыльев ломались кроны деревьев, кустарник оказался вырванным с клочьями и теперь, гонимый воздушной атакой, катился вниз. Дракон опустился на задние лапы. Те гулко соприкоснулись с землей, по почве прошла ощутимая вибрация. Дроу не устоял на ногах и свалился. Пирру поддержал меня, и только благодаря ему я не упала. Тем временем золотой дракон поставил передние лапы и взмахнул хвостом, одновременно складывая роскошные крылья, увитые серебристой сетью мелких капилляров. Морда его была вытянутой, янтарно-зеленые глаза пылали раздражением. Крупные шипы украшали щеки и надбровные дуги. Золотая чешуя цвета очищенного золота ярко блестела на солнце.

И хотя со времени нашей последней встречи он сильно увеличился в размерах, я точно знала, кто передо мной.

Мааррх.

========== Глава 26. Память драконов ==========

Мааррх сложил огромные крылья и приблизился ко мне. Я стояла перед могущественным драконом и не шевелилась.

Впервые увидев его, я подумала, что золотой просто огромный. Сейчас я замерла перед ним, понимая, что Мааррх в два раза больше, чем был тогда. Сама себе я казалась крохотной букашкой на фоне дракона. Зверь негромко зарычал, когда крылатый коснулся моего лба чешуйчатым носом. Золотой клацнул зубами, переводя дикий взгляд пылающих ненавистью глаз на пирру. Зверь не отступил, переступил с лапы на лапу и обнажил внушительные клыки. Я стояла молча, решив не вмешиваться в демонстрацию сил обоих существ. Я представляла, что Мааррху достаточно будет перекусить пирру пополам, но в то же время думала, что лишь Рубину под силу уничтожить волкообразное создание, что желало защищать меня по или против моей воли.

Йитирн, про которого я благополучно забыла, кашлянул. Дракон спрятал свои черные, как ночь, зубы и перевел взгляд на темного эльфа. Он отступил назад, приподнялся на задних лапах и осыпался золотой пыльцой. Крылья растворились в воздухе, словно ветер унес их. Чешуя втягивалась под кожу, обнажая красивый мужской торс. Я и забыла, каким интересным был Мааррх в своем человеческом обличье. Странно, я запомнила, что у него были длинные светлые волосы, теперь же он был коротко подстрижен, что нисколько не умаляло его своеобразной красоты. Высокие скулы, слегка заостренный подбородок, покрытый недельной щетиной, идеальный торс с татуировкой на ключице. Тирийские иероглифы складывались в слово, но его смысл стремительно меня избегал. На Мааррхе были короткие кожаные бриджи, на земле он стоял босиком. В янтарных глазах билось раздражение.

— Ева, — сказал он и прищурился.

— Мааррх, — кивнула я, наблюдая за его реакцией. — Рада тебя видеть.

Он недобро ухмыльнулся и отвел взгляд, будто я перестала в одночасье его интересовать как собеседник.

— Когда ты убегала со своим дружком-эльфом, ты так не думала. Я вернулся, лагерь пуст. Ни ведьмы, ни этого… Было очень вежливо с твоей стороны, Ева.

Я почувствовала, как к горлу подступает комок.

— Ты сказал, что не хочешь участвовать! Я решила, что не в праве заставлять тебя, и мы ушли. Мы ушли, чтобы разобраться, что происходит в вашем мире!

— Помнится, я согласился тебе помочь.

— Временно! — крикнула я. — Я ушла, чтобы не создавать лишние проблемы.

Мааррх вспыхнул и повернулся ко мне.

— Ты создала много «лишних проблем», когда сбежала. Если мы оставались бы все вместе, ты бы по меньшей мере не потеряла свой Гримуар и не попала в Хесстигроу. Ты буквально каждому объявила, что ты рубиновая ведьма. Я что просил тебя не делать? Не давать врагам повода узнать о тебе раньше времени! Но ты же, разумеется, лучше прочих знаешь, что надо делать!

Я хотела возразить, но у меня перехватило дыхание.

— О-откуда ты знаешь про Хесстигроу? Про Гримуар?

— Кое-кто держал меня в курсе, Ева.

Он помолчал, ожидая, когда я приду в себя, и посмотрел на меня мрачным, не предвещающим добра взглядом.

— Что еще такого безрассудного ты хочешь сделать, драгоценный Рубин, что ты вызвала меня своим глупым ведьминским ритуалом? Зачем тебе неожиданно понадобился дракон?

— Мы вызывали дракона, который является реинкарнацией Аксоота, — влез Йитирн, чувствуя, что я растеряна и не могу ничего сказать в свою защиту. — И истинным драконом Евы как Хранительницы Рубина.

Мааррх по драконьей привычке оскалился, издав негромкий утробный рык. Он в два шага преодолел расстояние, разделявшее нас, подошел ко мне вплотную и схватил рукой за плечо. Хватка у него оказалась сильной, болезненно сильной. Я поморщилась против воли.

— Я не верю в эту чушь. Драконы созданы для ведьм. Сказка для простаков. Только не говори мне, что веришь! Посмотри на меня. Мне давно перевалило за двести лет, и я жив, потому что я никому не принадлежу. Лишь самому себе.

Мааррх сделал короткую паузу.

— Твой ритуал ошибся. Я действительно потомок Аксоота, но родился я тогда, когда тебя даже не существовало! Я сам определяю свою судьбу, и никакой ведьме не сломить моей воли, не подчинить мою жизнь ее желаниям! Просто скажи мне, зачем я здесь. Мы разберемся, и я вернусь туда, откуда был призван твоей магией. — Дракон бросил взгляд на Зверя, который угрожающе скалил зубы, и хмыкнул. — Союзников у тебя и без меня хватает.

У меня дрожали ноги. Не то от усталости после заклинания, не то от волнения перед Мааррхом. Я осторожно высвободилась из его хватки, щелкнув дракона по пальцам магическим всплеском. Он убрал руку, недовольно зашипев. Но в глазах его мелькнуло легкое удивление.

— Начнем с того, что мне без разницы. — Сказала я холодно. — Ты не мой дракон? Пожалуйста. Ритуал указал на тебя, а ведьминская магия не ошибается. Йитирн, — нарочито небрежно обратилась я к эльфу, — у нас есть одно точечное совпадение. Мааррх — потомок Аксоота, а это значит, что у него есть доступ к памяти всей его родословной.

Я посмотрела в глаза Мааррху, отмечая про себя, как похож был зеленый проблеск в его очах на цвет моих собственных глаз.

— Ты здесь затем, чтобы помочь мне найти Рубин, мой Камень. Проблема в том, что никто, кроме Аксоота, не знал, где именно Мэйв прячет его. Мы бы спросили у самого дракона, но он, увы, мертв. Ритуал позволил нам найти того единственного крылатого, что имеет доступ к этим воспоминаниям. Ты можешь принадлежать себе столько, сколько угодно. Я на тебя не претендую.

Мне показалось, что Мааррх слегка вздрогнул. Дракон прищурился, но кивнул в такт собственным мыслям.

— Хорошо, — наконец выплюнул он. — Я помогу тебе. В последний раз. Пообещай, что ты больше не будешь вызывать меня. Ритуалами или чем там еще могут вызывать драконов ведьмы.

— Ева вряд ли сможет дать такое обе…

— Считай, что ты получил слово Рубина, — перебила я Йитирна. — Сделаем то, что должно, и ты свободен. И да, я хочу знать, кто рассказывал тебе обо мне.