— Наверное? Хотя в постели он нереально доставучий.

Тим чувствует, что белеет.

— Ты спал с Найтвингом?

— Ага. Это было немного странно.

— Что? — Тим спотыкается, едва устояв на ногах при приземлении. Джейсон ловит его за руку, притягивая к себе. Тим теряет равновесие, приваливаясь к нему и с силой упираясь руками ему в грудь, но Джейсон не выходит из баланса. Тим выпрямляется и прочищает глотку, но Джейсон не отпускает его, держа за руку.

— Я же шучу, птичка. Господи.

— Нахер так шутить?

— Я просто не понял, к чему ты клонишь. Мне показалось, что это был какой-то намек. И Демон сказал что-то насчет флирта.

— С чего бы я стал намекать на такое? И он… — Он говорил не о тебе.

— Черт, откуда мне было знать, что ты такой пассивно-агрессивный. Я не стал бы спать ни с кем из семьи, тем более с Найтвингом. Что на тебя нашло? Ты какой-то нервный, — Джейсон слегка наклоняется. Тим начинает жалеть, что вместо одной полумаски он носит еще и шлем. Было бы проще его считывать.

— Не знаю. Извини, — Тим кивает на грузовой склад. — Думаю, на меня просто эта ночь подействовала.

Джейсон отпускает его, проводя рукой до ладони Тима. Тиму кажется, что его касание жжется. Его дыхание слегка сбивается.

— Может, не стоило тебе выходить в патруль так скоро, — тихо говорит Джейсон.

Тим фыркает.

— Я в полном порядке. Было бы только хуже, если бы я сидел дома дольше.

— Ну, тогда идем. И не свались с контейнера, — слова явно подразумевают издевку, но в голосе слышится только беспокойство. Он прыгает дальше, набирая темп, но в этот раз медленнее, чтобы Тим не отрывался в размеренной дороге к городу.

Они возвращаются чуть позже двух, Тим скидывает костюм и быстро принимает душ. Он надевает домашнюю одежду и идет к Джейсону, который куда-то исчез. Обойдя затихшие этажи дома, он находит его на крыше. На нем футболка и шорты, от сигареты идет дорожка дыма.

Тим смотрит. Всего мгновение, одно короткое мгновение слабости. Есть какая-то особенная красота в людях, которые не знают, что за ними наблюдают. Что-то честное, неприкрытое. Это и делает Тима таким любителем спонтанной не постановочной фотографии. Особенно с Джейсоном — Тиму нравится его странный юмор и сила, но в тихие моменты между этим что-то тянет Тима к нему даже больше, заставляет хотеть узнать о том, что Джейсон всегда старается скрыть.

Это уязвимость, которую он показывает, которую показывает любой человек наедине с собой. Он не расслабляется, но погружается в мысли, в его руках и спине видно напряжение, шея и шрамы открыты ночному воздуху. Тим надеется, что, возможно, однажды, Джейсон будет доверять ему настолько, чтобы разделить эту уязвимость с ним, позволить Тиму видеть и знать о ней все.

Часть его понимает, что это просто несбыточная мечта.

Он подходит к парапету, облокачиваясь на руки, на достаточном расстоянии, чтобы не нарушать личное пространство Джейсона и при необходимости быстро оставить его наедине.

Джейсон, не смотря на него, предлагает ему сигарету и убирает пачку в карман, когда он отказывается. Тим принимает молчаливой жест за отсутствие возражений к его присутствию и чувствует тепло в груди.

— Не знал, что ты куришь, — говорит Тим, уверенный, что Брюс сделал бы все, чтобы убедиться, что у них нет никаких вредных привычек.

Джейсон кидает бычок на землю и затирает его ногой.

— Сложно бросить. И после сегодняшнего хотелось. Очень.

— Что тебя ест? — спрашивает Тим, разворачиваясь, чтобы сесть на парапет. Он изучает лицо Джейсона. — Ну знаешь, помимо табака.

Он не надеется, что Джейсон ответит, но к его удивлению, он садится рядом, свешивая ноги с края.

— Я думал о том, что сказал Дэмиан. Что мы… отбросы. И, кажется, он прав, — он замолкает, смотря в пол. — Это ненормально, — говорит он спустя какое-то время. — То, что нас просто отодвинули в сторону. Мы шли за ним годами, в самые важные годы жизни, в самые уязвимые, а потом на наше место просто нашли что-то получше. Поярче. Нас в одиночку выбросили в огромный мир, где нужно снова пытаться найти себя и хоть немного стабильности, — он глубоко вздыхает. — Кто знает, возможно ли это вообще.

— Я не заменил тебя, Джейсон.

Джейсон смотрит на него, и Тим видит, что ему больно, знает, что никакие слова не изменят прошлого.

— Это немного не то, что я чувствовал, — Джейсон упирается ногами в парапет и отклоняется назад, смотря в небо. — Но это неважно. Я просто о том, что мы не те Робины, которых хотели. Мы не первые. Мы не его… сыновья. Мы это просто мы.

— Это тоже неплохо.

Джейсон улыбается, но улыбка не отражается в его глазах.

— Не знаю. Наверное, мне просто хочется быть нужным. Не знаю, — он отмахивается.

— Корианд’р и Рой…

— Прекрасно справляются и без меня.

Тим мысленно морщится, не зная, что сказать. Ты нужен мне, думает он, но это не сработает. В их глазах это не одно и то же. Джейсон поймет его по-другому. Но это могло бы сработать. Могло бы, если бы Тим рискнул. Могло бы, если бы Тиму хватило смелости попытаться. Он набирает в грудь воздуха и открывает рот.

Джейсон его опережает.

— Я рад, что ты здесь, Тим. Ты тот, кого у меня никогда не было.

И все. Тим позволяет словам потеряться во вздохе, который тут же уносит легкий ветер. Тот же ветер треплет волосы Джейсона. Тим смотрит как пряди падают ему на лицо, завидуя ему, потому что он никогда не узнает, что мог бы услышать. Потому что он никогда не узнает того, что хотел сказать Тим, но не смог. Пальцы Тима сжимаются от желания коснуться его.

Джейсон спрыгивает с парапета и идет к лестнице. Тим провожает его взглядом.

***

Этой ночью Тиму снится сон, но не о Бэтмене, не о крови и монтировках. Ему снится Джейсон. И впервые он ему не враг. Ему просто снится, что Джейсон с ним, его глаза потемнели, губы приоткрыты. Ему снится, что он прижимается к его теплой коже, что матрас скрипит от каждого сильного движения. Он просыпается, и в его голове эхом отдается тяжелое дыхание и стоны, он чувствует, что покраснел.

Он тянется рукой под одеяло и под резинку штанов. Закрыв глаза, он все еще видит Джейсона, его упавшие на глаза волосы, раскрытый рот, горячий и влажный. Мышцы на бедрах Тима напрягаются и расслабляются в медленном сбивающемся ритме толчков в кулак. Простынь под ним становится сырой от пота, и Тим откидывает одеяло, вздрагивая от прохладного ночного воздуха. Он ускоряется, пытаясь вдохнуть и чувствуя свой пульс в ушах. Он думает о руках Джейсона на своем теле, о его раскрасневшейся коже. Он думает о его сладком бессмысленном шепоте у уха.

— Джей, — стонет он. Часть его надеется, что Джейсон может услышать, прийти, что его глаза потемнеют при виде него.

Но Тим просто лежит, восстанавливая дыхание и слушая, как замедляется сердцебиение, а его мысли возвращаются к событиям ночи. Его начинает накрывать вина. Он торопливо все убирает, будто избавляясь от улик с места преступления.

Он тихо всхлипывает и забирается под одеяло, позволяя темноте затащить себя в сон без сновидений.

***

После обеда они слышат от Бэтмена о беспокойствах на своей территории и сразу же направляются туда. Доклад о криках и стрельбе на заброшенном складе.

— Как всегда на складе, — говорит Джейсон, мотая головой и параллельно надевая броню. — Почему в этом чертовом городе в принципе столько заброшенных складов? — он натягивает куртку.

Джейсон берет мотоцикл, Тим решает пойти крышами. Ветер треплет его волосы, подбадривая его, он напрочь забывает о своем сне, и наслаждается моментом. Когда они оказываются на месте, Джейсон выбивает дверь, начиная стрелять. Тим подозревал, что так будет. Сначала стреляй, потом задавай вопросы, и Тим не возражал — это работает. Он проскальзывает в открытое окно, разбираясь с людьми на верхнем этаже.

— С каких пор Красный Робин и Красный Колпак работают вместе? — кричит кто-то снизу. Тим видит, как он целится в Джейсона, который стоит к нему спиной.