- И какие же варианты поселились в твоей голове с мозгами набекрень? – опираюсь подбородком о ладонь. – Мне просто интересны выверты твоего сознания. Готов поставить свой новый костюм Железного Человека против кошачьего корма, что любой психиатр оторвет тебя с руками, только чтобы залезть в голову и написать диссертацию на тему «Влияние межмировых путешествий на неокрепшую психику».

- Туше, мистер Тони Старк. – поднимает руки с трубкой. – Может это знак, что пора растопить камин. Или расслабить мозг. Или поломать руки авторам однообразной писанины. Не знаю я.

Бартон выпил больше, чем нужно и добрался до караоке. И до AC/DC.

- Эй, Леголас, успокойся и дай нашей кошке отдохнуть. – пытаюсь угомонить Соколиного Глаза, который орет песни из гостиной.

- Мистер Старк, не обижайте лучника таким поганым сравнением. – хмурится и прижимает кошачьи уши, пьяно размахивает трубкой. Снова я «мистер» – значит кошка злится. – Наш Бартон хохмач, замечательный воин и чистая душа – таких еще поискать. Не надо его сравнивать с этим остроухим засранцем, bagronkuurz albai! Чтоб ему икалось, папенькиному сынку! Он мне при нашей первой встрече чуть ухо не отстрелил, и я сполна познала, что значит «петлять, как заяц». И еще он лицемер, каких только поискать. «Я друг firiath, людей», а сам только с Арагорном тусовался. И к своему костру никого не пускал, даже женщин с детьми. Воняют они для его чувствительного синдарского носа. – отпивает виски и огорченно покачивает головой с кошачьими ушами. – Откуда вы вообще знаете этого выпендрежника? Он же дальше Серой Гавани никогда не ходил!

- Аста, ты о чем вообще? – похоже, что у кошки и правда крыша едет.

- Не «о чем», а «о ком». – раздраженно проводит по волосам. – Леголас, синда родом из Эрин Гален. Ну, что в Арде находится. О нем же разговор был, или я ошиблась?

- Аста, это персонаж из книги. – пытаюсь разглядеть безумие, а вижу только выпученные глаза.

- Вот же ж блядь… Как говорил сэр Джуффин Халли, «в Мире всегда полно дерьмовых ясновидцев». – достает из кармана блокнот с ручкой. – Тони, а что за книга? Хочу почитать и сравнить. И поржать от души, явно.

- Ты что, там была?!! – бред… мне даже воздуха перестало хватать.

- Ну да. Только мне туда являться в ближайшие года нельзя. Я там слегка пошумела. Мне запрещено подходить к Лотлориэну ближе, чем на полет стрелы. И к Минас Тириту тоже. Мда. – и продолжает пускать клубы дыма, забыв про блокнот на коленях. И грустно добавляет. – Я там больше не нужна, Тони Старк.

Это точно бред какой-то! Эльфы, Леголас, Арда, ясновидцы… Понятно, почему Кэп такой пришибленный ходит в последнее время – с ней переобщался.

- Тони, ты чувствовал себя ненужным? Я понимаю, что ты богат и известен, но, наверное, такое все же случалось.

- Да, было дело. Для моего отца были важнее поиски нашего Капитана Сосульки, а не собственный сын. Я учился, чтобы стать лучше всех. Надеялся, что отец меня заметит и похвалит, но нет. Только Кэп на уме. Как же я его ненавидел! Даже еще не знал, но уже на дух переносить не мог. Оторвать внимание отца от него удавалось только моими дебошами и разгульной жизнью. И опять Роджерса ставили мне в пример. Святоша. – сжимаю кулаки. Подбешивает он меня.

- Смешно. В моей ситуации «Капитан» – Пегги Картер. Я не нужна Стиву, а для него недоступно счастье с Пегги. Боги посмеялись, когда по пьяни свивали нити наших судеб. – делает затяжку, пускает клубы дыма и жалуется дальше. – А ведь этот балбес мне первой понравился. Тогда он был просто Стивеном Грантом Роджерсом, худым пареньком из Бруклина.

Кошка-с-мозгами-набекрень уставилась в никуда и похоже провалилась в прошлое. Что за несуразное существо свалилось на наши головы. Подбодрить, что ли?

- Кто знает… Пеппер несколько лет была моей помощницей и вежливо выпроваживала моих любовниц из дома, но посмотри – мы вместе. Может и до Капитана Сосульки дойдет, где он свернул не туда?

- Не знаю, Тони. – вытряхивает в пепельницу погасшую трубку. – Мне пора домой. Я задумала совершить на наковальне великое колдовство. А для него мне еще нужно нажечь особого угля. У тебя славная душа, Энтони Эдвард Старк. Если ты не против и дальше общаться, то покажи мне какое-нибудь зеркало, добрый друг в железных доспехах.

Она подышала перегаром на зеркало у барной стойки и вывела на нем свою очередную магическую закорючку. Потом пробормотала «Халк – дрова», спрятала в кулак мотоцикл и ушла через дверь в свой кусок Мира. Не удивлюсь, если завтра я проснусь с реактором в груди и все остальное окажется просто пьяным бредом.

Конец POV.

Лето скатилось к своему концу, специальный уголь давно нажжен, а побуревшие стебли зверобоя уже просохли. Эти травы не для отваров, а для огня. Я не сушу их в тени, а выставляю на пылающее солнце в Мире Стива Роджерса. Чтобы они сполна впитали свет и жар дневной звезды. Чтобы потом передали свою силу углям в кузнечном горне. Чтобы мое творение так же грело и освещало путь моему бро. Это будет самое светлое колдовство в моей долгой жизни.

Угольком от прошлого розжига рисую на боку горна руну Эйваз. Для гармонии, для трудного и долгого пути к цели, для упрямства. Чем труднее путь – тем лучше результат, а я не отступлю перед трудностями. Разжигаю огонь с помощью трута и палочки. Вспыхивает зверобой, защита от злой ворожбы, раскаляется черный уголь, пока я негромко напеваю песни, от которых теплеет на душе. Моя магия цветными ветрами вырывается наружу и ласковой кошкой скачет по кузне, обтирается о горн, клубком сворачивается на подготовленной стали. Заготовка уже ждет своего часа на столе. Между пластинами металла я щедро рассыпала буру, лила кровь и добавляла собственные волосы, что мне срезало при битве с читаури. Я выжила – и ты выживи, мой милый друг.

Раскаляется заготовка до медового цвета янтаря, а по поверхности начинают бегать маленькие искры – пора ковать. С каждым ударом молота я вспоминаю тебя, художник, твою улыбку и глаза – этот нож будет служить только тебе. В каждый новый сгиб металла я запечатываю свою любовь и заботу – пусть хранит тебя от бед и горестей. Брус дамасской стали охладился, покраснел. Значит пришло время опять раскалить его под новую песню, чтобы потом снова делиться душой и сердцем. Для тебя.

Этот нож не для того, чтобы красоваться на стене, а чтобы помогал в бою. Я выбираю простую, но надежную форму, и выбиваю на законченном клинке, раскаленном до красноты, зубилом руны, а потом ставлю клеймо. Теперь – закалка в масле, чтобы был мой нож и гибким, и твердым. Чтобы служил долгие годы. А потом протравливание в азотной кислоте, чтобы вились ночными облаками узоры темного и светлого металла. Жаль, что наугрим тогда отказались меня учить – я сковала бы тебе амулет посильнее, Стивен Грант Роджерс.

Я выбрала простую, но надежную рукоять под твою большую лапищу. Потом я обмотаю ее полосками кожи, чтобы не скользила в руке. Добавляю небольшую гарду для защиты пальцев. Готов мой амулет – пора связаться со старым другом.

Даже не стерев с лица пот и копоть стучусь в зеркало.

- Стивен. – в ответ тишина. Со своей женщиной общается, что ли? Ладно, поорем. – СТИВЕН!!!

- Я здесь, Аста. – вижу его отражение. А радостный… Наверное, с Пегги под ручку гулял. – Что с твоим лицом?

- Это? – стираю грязь со щеки. – Я сейчас в кузне. Твой нож откован, и я готова встретиться. Завтра после заката у Бруклинского музея. Может даже кофе попьем.

- В счет долга? – погрустнел мой бро.

- Да. Время расплачиваться, мой добрый друг.

POV Стив Роджерс.

Пегги поправилась и ее выписали из больницы. Она с семьей, а мы лишь только изредка прогуливаемся вместе – у нее своя жизнь. Теперь ее память в порядке, и мы долго говорим о событиях, что произошли после сорок пятого года. Она работала на разведку и с Говардом Старком стояла у истоков ЩИТа. «Ты такой же, как и раньше, Стив» говорит Пегги, но вспоминает меня после приема сыворотки. Пожалуй, только один человек воспринимает меня не как Капитана Америка или суперсолдата. Аста постоянно называет меня «мон шер», «бро» и «художник». И сильно обиделась, когда узнала, что я больше не рисую.