— Хорошо, — отвечает заплетающимся языком, закутываясь с головой в одеяло. — Каждую пятницу, выпадающую на сорок второе сентября я буду выполнять ВСЕ твои пожелания.
— Чт… — неужели послышалось? Убираю мешающее одеяло от сонного лица. — Когда ты собираешься меня слушаться?
— Никогда, — один приоткрытый карий глаз смотрит на меня, как на мальчишку. — Я никому не подчиняюсь, кроме Души Мира. Но могу соглашаться с верным решением. Такая у меня Судьба, художник из Бруклина.
Такое с одной стороны наплевательское отношение вывело меня из себя, и я просто решил прогуляться подальше от упрямой девушки. В спину мне доносился неуместно веселый голос, предлагающий решать возникающие недоразумения и противоречия дуэлью. Я был у самой двери, когда она сказала, что перчаток у нее при себе нет, и на плечо приземлился… кружевной предмет с тонкими бретельками из магазинчика с Пятой авеню. Хотел высказать ей все, но услышал только посапывание и сонное бормотание из развороченной кровати. Раньше я бы подошел и укрыл голую спину, на которой разметались темные косы, но сейчас просто сбросил на пол кружевную тряпку и вышел прочь. Пока я по памяти возвращался обратно на террасу, вспоминал все случаи, когда мои приказы и просьбы она просто пропускала мимо ушей, бросаясь в неприятности, очертя голову. В последний раз чуть не утонула. Я, конечно, помню, что для нее это не конец, но всё же. Выпасть на несколько лет из событий — непозволительная роскошь в условиях непростой обстановки.
На открытой площадке под аккуратными деревьями к Тору, Фьюри и Карлу присоединились плотный Вольштагг, леди Сиф и Майрон. Откуда-то успели принести стойку с оружием и пару лавок, на которых как раз сталкивались кубками Вольштагг в поцарапанном доспехе и развалившийся Карл, сменивший камзол с наплечниками на свой обычный распахнутый жилет до колен. Асгардийка в этот момент пыталась обработать четыре длинные и глубокие царапины на открытом плече бога грома. Тот как раз переговаривался с высоким лирим.
—Звиняй, Тор, но мы пускаем когти в ход на уровне инстинктов, — с довольной мордой щурится и чешет подбородок. — Мне понравилась наша тренировка.
— И все ваши такие славные воины, как ты? — Тор, скрывая удивление, смотрит на залеченные в один момент раны — Майрон оттеснил от раненного асгардийку с мазями и просто провел ладонью над царапинами.
— Все до единого, — отодвигает полу жилета, показывая старые шрамы, длинными проплешинами пересекающие покрытый темно-серой шерстью бок. — Даже женщины. Эти мне достались от моей Лиры, и я оставил их на память. Ох и жаркая была стычка… — и мечтательно подкатил глаза, а потом заметил меня. — Эй, Стивен, не желаешь размяться? Только возьми другой меч — мне моя шкура дорога.
Знания, вложенные в меня Глорфинделом, еще не выветрились, так что я избавился от пиджака и вычурной перевязи, взяв клинок попроще. О том, что ему нужно было прикрытие, а не разминка, я узнал позже, когда Карл под звон стали начал разговор.
— Знаешь, за что Лира на меня напала, Стивен Грант Роджерс? Я приказал ей отсиживаться в стороне, пока ее команда идет в бой, — я раз за разом отражаю удары. — Это сохранило бы ей жизнь, но стало бы несмываемым бесчестьем, и капитан Маотир напала на меня, ее командира, чтобы сбежать и исполнить свой долг перед народом лирим. При выживании в атаке ее за нападение ждала бы казнь, но она все равно пошла.
— К чему ты ведешь? — теперь я пытаюсь наступать, производя неожиданные удары. — Если хочешь что-то этим сказать, то говори прямо. Я, знаешь ли, не привык к намекам и разговорам издалека. Это удел политиков, а не солдат.
Тут Карл и добрался до сути. Надев браслет и став членом «семьи», он смог уловить отголоски моего настроения и объяснил, что если один мелкий Лекарь Миров даст мне обещание чего-либо не делать, а ее «начальство» попросит обратное, то ей придется нарушить данное мне слово, выполнив чужую волю. В обратном случае она, скорее всего, просто умрет и обратно на этот раз не вернется.
— Принудишь ее к чему-либо и поставишь перед выбором — бесчестье или смерть. Тебе оно надо, художник-качок? — Карл взял в захват руку с мечом и незаметно кивает в сторону майа-кузнеца, обхаживающего леди Сиф. — Вон, рыжий с седым сразу поняли, что к чему, и на балду не давили, только свои комбинации от скуки проворачивали.
Отдыхая после спарринга на лавке, я вспомнил, как Аста объясняла, почему не может официально примкнуть к Мстителям, к любой другой группе или стране. Ей могут приказать их уничтожить, если они начнут угрожать Миру. Долг, исполняя который, можно замараться по уши.
После пробуждения Локи и Асты отношение к нам стало намного мягче и ушло незримое напряжение, выраженное в постоянном присутствии солдат в доспехах неподалеку. Со мной даже побеседовала мать Тора, просто проявившись рядом, когда я, стоя на большом балконе, закрыл переговорное зеркало после сеанса связи с Баки — в Нью-Йорке все спокойно, а новых зацепок для поиска новых баз ГИДРА еще не нашли.
— Я чувствую в вас большую силу, Стивен Грант Роджерс, — Фригга изящно сложила на коленях едва прозрачные руки, сев на низкие каменные перила. — Только часть ее еще спит.
— Мне говорили подобное, но сам я этого не чувствую, мэм.
— Мой сын тоже не знал, что его сила способна на гораздо большее, чем просто иллюзии. Теперь он меняет Асгард к лучшему, а потом возродит свою родину, но ему все еще трудно перебороть себя прошлого. Скоро вы тоже узнаете, что способны на большее.
— Лет через двадцать. Так мне сказали, — любуюсь видом близких галактик, раскинутых в небе. — Знал бы я в юности, что одна короткая встреча так перевернет мою жизнь…
— Став духом, я начала видеть гораздо глубже, чем когда была живой, — сказала Фригга после недолгого молчания. — Мне кажется, что вам было предназначено сплести свою жизнь с другим Миром. Как и моим сыновьям — один породнился с Мидгардом, а другой с Асгардом, хоть сам и был рожден в Йотунхейме. Что-то надвигается, если свершается невозможное, — поднимается со своего места, и каждое ее движение полно достоинства. Людям, играющим в фильмах королей, такое даже близко не передать. — Я благодарна вам, что в день, когда раскрыли обман моего оступившегося сына, вы сдержали себя и не искалечили обоих.
— О чем вы, мэм? Я не мог поступить по-другому и всего лишь хотел остановить Тора, — перед глазами встает картина, как на разъяренного дракона обрушивается целый поток молний. — Который хотел остановить Асту.
— Это я и имела в виду, Стивен Роджерс. Каждому нужен близкий, кладущий руку на плечо и говорящий: «Хватит». Мне ради этого даже пришлось вернуться с того света. Как и вам, — и исчезла, как туман под порывами сильного ветра.
Нам пришлось задержаться еще на день, пока Аста копалась в книгах, которые Один разрешил передать ей в дар, но мне кажется, что это было лишь предлогом — отец Тора и Ник Фьюри часто запирались и что-то долго обсуждали, открывая двери только для того, чтобы забрать поднесенную пищу и напитки. Директор ЩИТа после таких разговоров ходил, часто проводя ладонью по голове, и цедил сквозь зубы: «Местный Вотан». Карл наслаждался всеобщим вниманием, когда уходил в сады и наигрывал на флейте для местных хихикающих дам или когтем выцарапывал на деревянных дощечках острые грани присущих лирим узоров. В Вольштагге он нашел родственную душу, и они устраивали тренировочные бои, а потом обсуждали разные способы приготовления дичи. Майрона же часто можно было заметить прогуливающимся в обществе леди Сиф. Руки он всегда держал сложенными за спиной, но глаза у него сияли, как у влюбленного мальчишки. Мальчишки примерно семидесяти четырех тысяч лет, так сказала мне Аста, листая фолианты и разворачивая свитки. А потом со мной связался Баки, и мы спешно отбыли Темными Путями, не дожидаясь, пока Хеймдалль откроет нам Биврёст.
ГИДРА решила нанести удар, пока нас не было на Земле, — большой группой они проникли в башню и пустили по вентиляции усыпляющий газ, но своей цели достичь не смогли. Джарвис, которого они безуспешно пытались взломать, предупредил о нападении и по приказу Старка активировал Железный Легион, заблокировавший часть агентов ГИДРА на нижних этажах. Мой щит оказался кстати — Баки с помощью него оборонялся от штурмовой группы, зашедшей с крыши, и вместе с Марией Хилл прикрывал отступление к двери-порталу в наш безопасный дом Вирджинии Поттс. Хилл теперь на него зла — как только Пеппер оказалась за порогом, Баки толкнул Марию следом и разрушил портал, продолжая отражать атаку противника. Усыпляющий газ на оставшихся не подействовал: у Старка в костюме Железного Человека были воздушные фильтры, доктор Бэннер превратился в неуязвимого Халка, а Баки (которого Тони за глаза называл параноиком) всегда держал наготове оружие, бронежилет и противогаз. Четверо оставшихся для охраны лирим же просто активировали особое поле для агрессивной воздушной среды и присоединились к остальным, наводя рыком и видом ужас, беря врагов в плен, но безуспешно — старая история повторилась, и агенты ГИДРА предпочли раскусить ампулу с ядом, чем оказаться в допросной.
