- Я?! Стесняюсь? Я просто не вижу смысла тратить время на лишние перемещения в пространстве. Да и холодно там сейчас.

- Я тебя не понимаю, – резковато сказал Гинрей. – Как ты могла своими руками отдать своего мужчину другой? Неужели он настолько тебе безразличен?

- Он настолько мне небезразличен, что я своими руками устроила его счастье с хорошей девушкой. И я не отдала – я присоединила. Приумножила. Разве это плохо?

- Меносы тебя дери, Анеко! Понять Торами так же сложно, как угнаться за Шихоин!

Анеко тихо засмеялась.

- Гинрей-доно, вы старый ворчун и скептик, но поверьте – мы счастливы. В нашем Доме, надежном крепком Доме, сейчас не хватает только одного, очень важного кирпичика… Знаете, самой основы всего Дома.

- Хм.

- Вас, дедушка.

Кучики-старший издал какой-то невнятный звук, но гордо промолчал. Анеко улыбалась, опустив голову и делая вид, что засмущалась. Через пару минут она продолжила:

- Знаете, я хочу устроить праздник. Момиджи в этом году был унылый и блеклый, надо это как-то компенсировать.

После долгого угрюмого сопения дед поинтересовался:

- Ну что ты там опять сочинила?

- Рождество!

- Чего?!

- Рождество! Нарядим елку, напечем вкусняшек, назовем гостей…

- Стоп-стоп-стоп! Какая елка? Какие гости? Зачем?!

Выслушав объяснение госпожи невестки, пожилой гэнро в очередной раз проклял тот злополучный день, когда вообразил, что время его на исходе. Да эта девица сведет его в перерождение гораздо раньше!

- Ну а от меня тебе чего надо? – капитулируя перед напором юности и легкомыслия, а также тлетворного влияния недостойных генсейско-гайдзинских веяний, прорычал Кучики Гинрей.

- У нас нет Деда Мороза, – мило улыбаясь и поглаживая старика по коленке, проворковала девушка. – Дед Мороз – главный герой Рождества и Нового года. Без него праздник не праздник.

- М-да? И что, я на него похож, на этого деда?

- Из всех из нас у вас самые дед-морозовские усы, – Анеко подняла на Гинрея глубокий синий взор, полный умиления.

Старик встопорщил упомянутые усы, прекрасно осознавая, что из всего семейства Кучики он единственный усач, и прищурил глаза.

- Усы, значит?

- Усы, – кивнула девушка. – Еще должна быть борода…

- Хватит с вас и усов! – прогромыхал Гинрей.

Анеко с трудом подавила смех.

Комментарий к Штаны на лямках и иже с ними Тэнгу – персонажи японского фольклора, родом из Китая, где эти существа изображались похожими на лисиц с белой головой. Им приписывались способности отвращать беды, а также отпугивать разбойников лаем. Так же называлось злое божество, живущее на Луне.

Кандзаши – японские традиционные женские украшения для волос.

====== Бытописание серых будней ======

Когда Кучики получают ответственное задание, они относятся к его выполнению со всей серьезностью. Когда задание носит судьбоносный характер, в ход идут не только честь, совесть и прочие атрибуты аристократического воспитания, но и душа и сердце. За подарками к Рождеству Кучики Гинрей отправился в мир живых, и застрял там надолго. Все-таки слишком много лет он не устраивал праздников для детей…

Между тем дома, в поместье Кучики, махровым цветом распускался цунами приготовлений к торжеству и закипал тайфун предпраздничной суеты. К изумлению Бьякуи, одним декабрьским утром он наткнулся в коридоре собственного дома на Куроцучи-тайчо, волокущего по свеженатертым половицам некий подозрительный мешок. Мешок шевелился и фыркал, Куроцучи скрипел сочленениями суставов и вытирал пот праведный с маски.

- Д-д-доброе утро, – пробормотал молодой человек, не найдя более подходящих слов для выражения своего недовольства.

- Доброе, коллега! – бодро отозвался Маюри. – Не переживайте, елку уже установили! – и потащил свою поклажу дальше.

Вытаращив глаза, дайме направился в малый зал приемов Главного дома, где решено было устраивать хоровод и прочие забавы. Что такое «хоровод», Бьякуя представлял крайне смутно, но надеялся на пристойное содержание данного мероприятия.

«Ёлкой» сумасшедшие ученые в лице родной жены и ее непосредственного начальства обозвали высокое пышное дерево изумрудного цвета, источающее умопомрачительный аромат свежей хвои. В нескольких шагах от загадочным образом закрепленного на полу символа праздника в позе мыслителя стояла Анеко и хмурила брови. Рядом, с милой улыбкой, от которой, вопреки обыкновению, не бросало в дрожь, замерла Унохана-тайчо. Женщины изучали растение и, кажется, общались, даже не поворачивая друг к другу головы и не произнося ни слова.

- У Кёраку лейтенант совсем еще малышка, – произнесла Рецу. – Конечно, постарше ваших будет, но все же…

- Хорошо, – кивнула старшая госпожа Кучики, обхватывая пальцами подбородок. – Дикобраз так и не ответил, – заметила она.

- Я позабочусь, – пообещала Унохана, прикрывая глаза.

Анеко кивнула, и они снова замолчали. В зал ввалилась Хисана, почти незаметная под ворохом резанной цветной бумаги. За младшей княгиней гуськом шли Рока, Рукия и Ренджи, пыхтя под тяжестью гирлянд и мишуры.

- А макушку я так и не нашла! – было похоже, что Хисана продолжила прерванный какое-то время назад разговор.

- Верхушку! – поправила ее Рецу.

Анеко только рукой махнула, принимая у младшей жены половину ноши. Женщины нырнули в бумажные развалы, дети принялись распутывать свою добычу. С другой стороны в фусума задом наперед протиснулся Куроцучи, на этот раз волокущий позвякивающий мешок.

- Тайчо! – вознегодовала Анеко. – Ты же все переколотил!

- Фи, Кучики! – отозвался тайчо. – Плохо же ты обо мне думаешь! Я изменил структурную решетку стекла, теперь оно не бьется. Между прочим, так намного безопаснее.

- А-а, ну ладно, – смилостивилась девушка. – Кстати, я намерена злостно использовать служебное положение в личных целях, – проинформировала она из кучи снежинок и странных фигурок с крылышками.

- М-м-м? – Маюри извлек из мешка красный стеклянный шарик и подозрительно на него уставился.

- Кухню, – пояснила Анеко. – Надо же будет где-то готовить на такую ораву. И еще мне понадобится Нему, я одна могу не справиться. И нашу Хироко-сан тоже возьму, ты ей допуск в 3Q-лабораторию обеспечь.

- Мои дивиденды? – поинтересовался тайчо двенадцатого отряда.

- Вареники, – Анеко шмыгнула носом, расправляя особо крупную и особо мятую снежинку. – С вишней.

- Хироко так Хироко, – благодушно промурлыкал самый непредсказуемый и вопиюще чокнутый капитан Готей-13, куда более миролюбиво рассматривая елочную игрушку и поглаживая живот. – Будет тебе и допуск, и пропуск, и помощников целый мешок.

Бьякуя только головой покачал, не позволяя себе задуматься, уж не «помощники» ли шевелились в предыдущем мешке Куроцучи.

После разговора с Анеко Гинрей стал присматриваться к самозваным родственницам и красноволосому отребью, населявшим теперь потомственное имение благороднейшего рода. Хисану он уже успел изучить: тихая, робкая, безукоризненно вежливая. Создавалось впечатление, что девочка и в самом деле получила неплохое воспитание. Ее младшая сестрица была куда более дерзкой, а главное – упрямой, это читалось в фиалковых глазах, просматривалось на миловидном решительном лице. Впрочем, с гэнро девчонка вела себя скромно, да и вообще никаких непристойностей себе не позволяла. Исправно постигала азы письма, иногда ходила на занятия с Рокой, и сэнсэй отзывался о ней без негатива – ведет себя тихо, слушает внимательно, не перебивает, вопросы задает редко и по большей части к месту. Возможно, из нее получится вполне приличная девушка. Если очень постараться.

Мальчишка по имени Ренджи вызывал у Гинрея больше всего опасений. Маленький руконгаец был бочкой с меносами, и взорваться она могла в любой момент, причем самым неожиданным образом. Прежде всего, было совершенно непонятно, чего ожидать от вывертов с возрастом: то ли со стабилизацией реацу они получат подростка, то ли мальцу придется расти по новой. Далее, что делать, если в один прекрасный день Ренджи вернется в свои четырнадцать? Неграмотный, с ужасающими манерами, с покалеченной годами голода и воровства психикой, кем мог стать этот парень в клане? Чуть лучше, если мальчишке предстоит взрослеть заново – будет время обучить и воспитать. Однако и объяснять Совету клана, что это за ребенок, тоже придется. А как?