— Вы похожи на одного из Валар, — в благоговении прошептал юный принц, завороженно скользя пальцами по мускулистой груди своего лорда, не в силах посмотреть этому совершенному мужчине в глаза.
«Если бы только мой брат мог видеть это, он бы понял, что перед красотой Глорфиндела просто невозможно устоять! Разве можно не подчиниться этому величественному воину? Как можно не преклоняться перед древней силой и врождённым магнетизмом, которые он излучает?..».
— Тогда поклоняйся мне, мой красивый мальчик, — приказал Глорфиндел и приподнял пальцами подбородок юноши, заставляя того встретиться с ним взглядом. — Боготвори меня. К тому же, никто не подходит на эту роль лучше, чем самый красивый из принцев Смертных Земель, чья душа сияет так же ярко, как комета на ночном небе, и чьё сердце такое же невинное и чистое, как у эльфёнка…
«Скорее наивное и слабое…», — улыбнулся Леголас.
— Вы мне льстите, мой лорд, — смутился принц и покраснел.
— Нисколько! — опроверг его заявление Глорфиндел, совершенно искренне наслаждаясь обнажённым, стройным, юным телом, которое продолжало меняться и ещё не приняло своего окончательного вида. Но даже сейчас принц был прекрасен, хоть и немного угловат в силу юного возраста. — Ты так красив, что иногда мне кажется будто я никогда не смогу полностью насытиться тобой. И ты так невинен… Как же я хочу стереть это невинное выражение на твоём точёном личике и заставить тебя биться в агонии на моём члене!
— Ваше желание — закон для меня, мой лорд, — сострил Леголас.
— Меньше слов, больше дела roch-neth, — нетерпеливо промурлыкал воин и, легонько шлёпнув принца по заднице, откинулся на подушки, разбросанные по огромной кровати, предлагая тому взять инициативу в свои руки.
Дважды приказывать Леголасу было не нужно. К этому времени принц уже был настолько возбуждён, что готов был вскарабкаться на Глорфиндела и оседлать его хоть сию секунду. И всё же он нашёл в себе силы, сдержать сей пленительный порыв… Медленно и грациозно он продвигался вверх, скользя шёлковыми волосами по бёдрам Глорфиндела, дразня чувствительную кожу самым что ни на есть извращённым способом из всех возможных. Когда эти дразнящие прикосновения сорвали тихий стон с губ его лорда, юноша позволил своей неслыханной наглости зайти ещё дальше, и теперь белоснежные волосы издевались над членом мужчины. На этот раз изощрённая ласка вырвала из горла его лорда недовольное рычание.
— Вам нравится, как я вас боготворю, мой лорд? — с напускной скромностью поинтересовался Леголас.
Вместо ответа Глорфиндел намотал белоснежные волосы на кулак и ткнул наглеца в свой член — приказ, который при всём желании, невозможно было истолковать двояко. Леголас тихо засмеялся, более чем довольный результатом своих манипуляций, и покорно склонил голову, в знак поклонения совершенному естеству его лорда. Озорник прикасался к головке члена кончиком язычка, — ну прямо как котёнок, что лакает молоко из блюдечка, — до тех пор, пока не ощутил во рту вкус желания своего лорда, а тот, в свою очередь, не начал порыкивать от нетерпения.
Леголас теперь каждое утро и вечер готовил себя для Глорфиндела, но всё же решил подстраховаться и заглотил огромный член мужчины так глубоко, как только смог, увлажняя слюной колонну плоти, изнывавшую от желания. Выпустив член воина изо рта, Леголас неуверенно посмотрел вверх — на лице мужчины не было ни малейшего признака недовольства, скорее даже наоборот. Честно говоря, принц не сомневался в том, что сделай он что-нибудь не так, Глорфиндел уже давно сообщил бы ему об этом, но тот впервые вручил бразды правления в его неопытные руки, и потому принц был, мягко говоря, растерян.
Мужчина бросил на принца голодный взгляд из-под полуопущенных век и недовольно проворчал:
— Ну?.. И чего ты ждёшь, моё Высочество? Отдельного приглашения? Больше, чем сейчас, я уже вряд ли могу тебя хотеть! Оседлай меня уже…
— Простите, мой лорд, — отозвался Леголас и поспешил исполнить приказ.
Задыхаясь от тёмного восторга, юноша медленно опустился на член своего лорда и издал протяжный томный стон — удовольствие, равно как и боль, были чересчур сильными, чтобы терпеть их молча. Но первоначальная боль от вторжения не шла ни в какое сравнение с тем чувством целостности, которое принц испытывал, когда Глорфиндел был внутри него и рычал от удовольствия, которое он — Леголас — дарил ему.
— Валар! — выдохнул юный Синда, опустившись на бёдра воина и приняв его огромный член целиком. Спина Леголаса неосознанно прогнулась в пояснице, красивая головка непроизвольно откинулась назад, а длинные белоснежные волосы снова принялись дразнить чувствительную кожу бёдер его лорда. Как и предсказывал Глорфиндел, юноша дрожал и задыхался, пот ручьями стекал по его телу. Он был растянут до предела, беспомощен перед лицом удовольствия столь сильного, что, казалось, оно обнажило саму его душу — это было нечто большее, чем просто физический акт, нечто большее, чем всё то, что он испытывал с Глорфинделом до этого момента. У Леголаса даже возникло ощущение, что если он сейчас не кончит, то его душа покинет бренное тело, хотя оргазм, по его твёрдому убеждению, неминуемо привёл бы ровно к таким же последствиям.
Вспышка экстаза пронзила юное тело насквозь и была столь мощной, что у Синда перехватило дыхание. В этот момент вряд ли что-то смогло бы остановить Леголаса — ни приказ его лорда, ни угроза строгого наказания, ни даже вероятность второй беременности. Сейчас он, как пить дать, испустил бы дух, если бы его лишили возможности подчиняться своему лорду, тому, кто только что доказал, что он владеет не только его телом, но и душой.
Рыдая, Леголас кончил с именем Глорфиндела на устах, и в этот момент это было несколько больше, чем просто имя. Его тело так сильно сжалась на члене воина, что мужчина в тот же миг достиг финишной прямой. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем душа юного Синда вновь соединилась с его телом. Он лежал на груди своего лорда, под надёжной защитой его сильных рук, а их губы были так близко друг от друга, что, казалось, делили одно дыхание на двоих.
— Простите меня, мой лорд, — смущённо вздохнул Леголас, слишком измождённый, чтобы пошевелить и пальцем. — Кажется, я ослушался вашего приказа. Просто… это было… больше, чем я мог вынести…
Глорфиндел расхохотался:
— Мой бедный маленький принц. Боюсь, мне придётся снова наказать тебя за плохое поведение.
— Да, мой лорд, — проворчал Леголас и опустил глаза.
— Но, думаю, наказание вполне может подождать до завтра. Мне доставит огромное удовольствие обновить мой шедевр на твоей заднице. Ты так быстро исцеляешься мой жеребёнок…
Леголас лишь устало зевнул:
— Как пожелаете, мой лорд.
Глорфиндел нежно поцеловал уснувшего мальчишку в бровь. Во сне юный Синда казался безмятежным и умиротворённым. Таким, каким воин и хотел его видеть.
— Спи, мой дорогой… Не стоит забивать эту красивую головку всякими глупостями и пустыми тревогами. Я не хочу, чтобы ты думал о чём-то более серьёзном, чем пара отметин розги на твоей аппетитной попке. Ты не создан для слёз или мрачных мыслей, мой красивый мальчик. Ты создан для любви и наслаждения.
Леголас лишь улыбнулся ему во сне. Глорфиндел выпутался из его объятий и стёр с их тел следы страстного соития. Убедившись в том, что его эльфята бродят в безмятежных снах, воин со спокойным сердцем покинул талан, дабы встретиться со старым другом за бокальчиком мирувора.
Комментарий к Глава 35. Слияние душ Галадриэль и Келеборн: https://pin.it/zv3iwm4ziwyn7l
https://pin.it/stnyyet5nxtxzt
Галадриэль разговаривает с Элрондом: https://pin.it/qc56ppaald2dfd
====== Глава 36. Зеркало Галадриэль ======
Когда Леголас проснулся, тьма окутала Золотой Лес, словно саван. Чей-то тихий властный голос настойчиво звал его. Юноша, непонимающе огляделся вокруг, но в комнате, кроме Гила и его самого никого не было.
Голос не умолкал ни на секунду. У Леголаса возникло странное ощущение, что ему жизненно необходимо выйти из талана и отправиться в лес. Не понимая, что происходит, принц медленно встал, натянул на себя леггинсы и простую белоснежную тунику и открыл входную дверь. Снаружи была глубокая ночь. Лориэн погрузился в безмятежный сон. Лишь одинокая луна в сопровождении верных спутниц наблюдала свысока за странным блондином, которому отчего-то не спалось в столь поздний час.
