Любитель — это, без всякого сомнения, самое верное определение. Вечер предстоит долгим… Надо терпеть, — Нару сделал вид, что внимательно слушает, немного нервничая оттого, что опасения сбылись.
— Я стараюсь следовать по пути фактов. Но догадки — это первое с чем мы имеем дело. Вы абсолютно правы, о ваших вкусах мне ничего не известно. В последнее время я мало уделял внимания кинематографу. Могу предположить, что вы будете любезны и расскажете мне обо всём подробнее, — Нару присмотрелся к широкому, лоснящемуся от жары лицу мужчины, и пришёл к выводу, что он ему не особо приятен, радовало то, что голос его оказался весьма поэтичен, то есть, тягуч, как глина пластичен и, как и полагается мужчине с харизмой, немного хрипловат. По правде, и на вид мужчина не был дурён. Слегка за сорок лет, с ещё нетронутыми сединой волосами, небольшой бородкой и раскосыми с зеленцой глазами.
— Как же тут душно… — Хиро прекратил улыбаться, поменял положение в кресле и, откинувшись на плетёную спинку, немного ослабил бардовый шарф-галстук. — Я вроде бы не на съёмочной площадке, а по факту здесь пекло. А вы хорошо держитесь, весь в чёрном, да ещё рубашка с удлинённым воротом, — он провёл в воздухе пальцем, указав на воротник Нару, в котором насчитывалось вместо одной-двух пуговиц, целых пять. — Хорошо быть юным и красивым, с моей шеей уже и галстук прибережёшь в лучшем случае для похорон, а в худшем, вот на такие встречи, — последнюю часть предложения он прошептал и со смешком на губах посмотрел в шею брату, к тому подсели будущие родственники, и он счёл нужным всё ещё раз обсудить. — Так в чём же подвох? Эта дань моде или издержки дела? — через секунд тридцать он вернулся к Нару и показал часть своей наблюдательности.
— Костюмами занималась моя сотрудница, — ответил Сибуя невозмутимо. — Я не изъязвил особых пожеланий, за исключением цвета, должно быть, она отдала предпочтение моде.
— Нелегко нам простым руководителям, когда вокруг люди со своими домыслами и верными решениями, — Хиро счёл допустимым потянуться. Когда он вытянул свои длинные руки за головой и его мышцы в плечах хрустнули, то Нару заметил больше подтянутость мужчины, нежели обычную плотность тела. Так Сибуя распознал лесть. Моде тут следовал не Казуя Сибуя, ему было не до этого, а тот, кто был частенько на виду, да и богатырским здоровьем скорее хвастался так же его собеседник.
— Так над каким фильмом вы работаете? — Нару прикрыл глаза, мысленно проглотил наживку этого якобы специалиста в человеческой психологии и продолжил беседу.
— «Эта психованная любовь» — выдал он название фильма. — Триллер, немного мистики, развратной любви и прочих ярких эксцессов. Для этих целей я арендовал дом. Его уже оборудовали, правда, возникли трудности. В западном крыле творится нечто необъяснимое, хотя необъяснимое — это я вновь неверно выразился. Всё более чем объяснимо, там живут призраки, когда я арендовал дом, то мне сказали, что в этом доме застрелился один коллекционер, он влез в долги и с горя пустил себе пулю в висок. Как вы понимаете, лучшего места для моего фильма просто и быть не могло.
— Люди часто лгут, процент существования в таких домах настоящих субстанций весьма скудный, — рассказал Нару о том, как люди дискредитируют собственные слова. — Я бы не стал утверждать о наличии духов, пока не были проведены должные исследования.
— Ваш скептицизм мне понятен, — вздохнул Хиро и скрестил руки у груди. — Я и сам не особо верю людям. Ничего не мотивирует лучше фактов. Тут бы мне не помешало мнение специалиста, но тот кого я хотел заполучить сейчас никаких дел не берёт. Есть одна Ассоциация, я спонсирую её деятельность уже много лет, её видный представитель, которого я желал нанять обладатель редкой способности — психокинез и экстрасенсорное восприятие… Жаль, что он по какой-то причине забросил работу в Ассоциации…
— Полагаю, у него появились срочные дела, только полные болваны ставят крест на своей карьере в наши-то дни, — Нару задрал свой нос, показав по привычке любовь к себе неповторимому.
Так и знал, что когда-нибудь это произойдёт! Будь эта идея неладна, если сейчас всё вскроется!.. — щёки Нару пульсировали, он не мог сдержать гнева, тем более, когда его скрыто шантажировали. Манипулировать им… Это интересно, впрочем, что он мог простить слабой девушке, то не мог проглотить глядя на этого щёголя.
— Да, вы правы… — Хиро с видом человека, у которого куча козырей на руках, чуть зримо улыбнулся. — Так вот, мы выставили декорации, но не проходит и ночи, как все они валятся. Вы можете себе такое представить? Шкафы, картины, да и диваны — всё вверх дном! Картины валяются на полу, диваны перевёрнуты, комоды распластаны на паркете. Мне показалась эта история с коллекционером правдивой. Все картины — это подделки. «Голубые танцовщицы» — Эдгара Дега; «Три грации» — Сандро Боттичелли; «Танец под музыку времени» — Никола Пуссен; «Танец» — Анри Матисс и другие полотна. Мы подбирали каждый предмет под суть фильма. Делать такие копии — это накладно, я слегка разочарован. А наши изумительные шкафы с яркой турецкой росписью, несчётное количество ваз… Каждое пришествие призрака накладывает свои издержки. Я было решил сам всё это дело проверить. Купил от анонимного лица две специальные камеры — термочувствительную и инфракрасную, беда в том, что пользоваться ими никто особо не умеет. С термочувствительной мы, конечно, справились. Температура в крыле перед каждым актом вандализма падает до минус одного-двух градусов, а вот что делать дальше — я в тупике, поэтому когда Наоки сказал, что у него появилось такое сокровище, как целая команда специалистов в области паранормального, то я решил непременно приехать на эту церемонию.
— Да, и именно поэтому моя жена осталась дома, — заговорил Кобаяси старший. — Ввиду сложности ситуации Хаяси-сан посоветовался со мной, и мы пришли к выводу, что будет разумным, позволить на этот раз приехать лишь двоим представителям из семьи. Помолчите вы оба. Сейчас мико прочтёт норито и мы увидим танец хозяйки этого вечера.
— Я полагал, что танец будет совместным, — Нару переглянулся с Лином и решил уточнить, двенадцать танцев могли затянуться. — В программе произошли изменения?
— Этот год иной, — гордо заявил Тэкеши Кобаяси. — В том году они выступали совместно. Я остался недоволен. Норико следует выделяться, это её день…
— Ты поскромничал, брат, — перебил того Хиро. — Всем здесь важно показать то, на что они способны, поэтому…
— Поэтому я внёс коррективы в договор, — гордый отец вновь взял верховенство в разговоре. — В том году её помолвка сорвалась. Жених оказался негодным. Его семья обанкротилась. На сей раз, мы подготовились лучше.
— Ну если претендент на её руку после этих курсов экстравагантных жён не обанкротится, то мы погуляем на свадьбе, — Хиро нашептал это Нару с очередной усмешкой, и погас свет.
Сцена, вместе с коридором к ней, ярко выделилась. По проходу шла Матсузаки, она размахивала деревянным жезлом с множеством бумажных амулетов и, шурша ими, читала норито.
— Исполняя этот ритуал, я взываю к богам. Я молю их сойти с небес в это безбожное место, чтобы очистить его и прекратить страдания. Пожалуйста, примите нашу мольбу ради мира и спокойствия. Сделаем же это место подобно небесной равнине. Соберитесь же здесь боги!
Пока всё очень тихо… — Нару оглядел публику — все занимали свои места и молча слушали. Женщины редко помахивали веерами, а мужчины терпели неудобства своих костюмов.
Когда Аяко закончила читать молитву, то свет вновь погас. Сибуя в темноте разглядел, как она спускается по ступенькам и в первом ряду присаживается рядом с Такигавой и Джоном. Нару лично дал указания, чтобы они были как можно ближе к сцене.
Скользнули тени декораций и зажёгся белый свет. Тусклый, едва пробивающий сумрак сада, он открыл зрителям валы пенящихся волн. Они были изготовлены из фанеры, окрашены и выставлены перед стеной с изображением могучего хвойного дерева. Первые дёргающие звуки сямисэна и гейша в пёстром кимоно тоскливо, подобно плачущей мелодии поплыла по длинному проходу. Сегодня её наряд был молочно-белым с частым мелким и крупным узором. Журавли, похожие на райских птиц. Зелёные перья и чёрные шеи, красные крылья и золотые длинные клювы. Огненные ветви клёнов и широкие оби с яркими узорами. Волосы были заделаны в высокую причёску с коралловым красным гребнем на затылке и длинными золотыми украшениями на макушке. Лицо белее полотна, яркие губы и выведенные стрелки на глазах. Не знай Нару, что это Мари, то вероятно, встретившись в саду, не обратил бы должного внимания в виде хладнокровного приветствия.
