Пояснения Скоура были не совсем понятны, но вполне удовлетворили наше любопытство, тем более, что маг уже как-то раз упоминал, что магию и технику где-то научились совмещать. Пока он закачивал в накопитель энергию, я успел пересыпать патроны, вытащенные из револьверных барабанов, себе в карман. Выкинуть их тут же – не самая лучшая идея, еще свяжут нас как-то с той же Белой Империей. Лучше аккуратно избавиться от них где-нибудь в лесу, у реки или озера.
Маг, выложив на стол кристалл, вздохнул, закрыл глаза и развел руки (лапы?) на уровне плеч. Спустя еще несколько секунд его облик снова начал меняться – втягивалась шерсть, укорачивался хвост, складывались крылья. Буквально пять-шесть секунд, и на табурете снова сидит бодрый старик лет пятидесяти на вид.
Скоур опустил руки, встал, крутанул шеей и дал команду нести лежащую в стазисе Лану во двор.
Ощущение – будто несешь манекен вполне человеческого веса. Тело под пальцами даже не прогибалось, только сдвигалась одежда. К тому моменту, когда мы вынесли тело имперской разведчицы во двор, маг уже нашел лестницу, приставил ее к торцу крыши и открыл дверцу на чердак. И даже сам забрался туда, чтобы принять тело незадачливого ассасина. Уложив девушку спиной к одному из опорных столбов крыши, мы вернулись обратно в дом. Скоур чуть-чуть поколдовал, и мы завалились досыпать – без успокаивающего заклинания заснуть бы не получилось.
Отступление.
Над гористым островом архипелага немилосердно палило солнце. Хоть до полудня и было еще часа два, но тяжелая жара уже ощущалась.
На выложенном серыми шершавыми плитами горном серпантине стоял грузовик. Стальная двухместная кабина, почти не имеющая острых углов, большие колеса с грубым рисунком резины, затянутый парусиновым тентом кузов. Под одним из колес виднелись две подпорки.
Крышка капота была поднята. Из-под нее выглядывали две пары ног и то, что повыше – первая пара была затянута в тонкие синие брюки и имела высокие узкие ботинки на шнуровке. Вторая пара отличалась от первой явно меньшими размерами, свободными брюками серо-зеленого цвета и низкими тяжелыми ботинками.
— Спирт есть, насос качает, а вспышек все равно нет,— если бы кто-то заглянул под капот, он бы увидел, что голос, как и первая пара ног, принадлежали девушке лет двадцати пяти, облокотившейся на банку воздушного фильтра.
— Осталось искру проверить,— отозвался обладатель второй пары ног, подросток лет пятнадцати. Несколькими ловкими движениями пальцев вывинтив свечку зажигания (специальный ключ ему не понадобился), подросток натянул на нее колпак провода, выложил получившуюся конструкцию на крышку головки блока и потянулся рукой куда-то в недра переплетения проводов и трубок.
Тишину разорвал пронзительный визг электростартера, перемежаемый хлопками воздуха из открытого цилиндра.
Искры на свечке не было.
— Вот сейчас давай думать, куда могла пропасть искра.
— Да что тут думать? Или зазор в контактах уплыл, или крышку распределителя пробило,— отозвался подросток.
— Ну тогда бы мотор сбоил, чихал – но работал бы.
— Тоже верно,— согласился парень, скидывая крышку распределителя зажигания.
Под крышкой, чуть обсыпанная графитовой пылью, располагалась головка вала распределителя – медный пятачок в центре черного кругляка, медная же пластинка с краю, а между ними – вставка из серой керамики с медными же головками.
— Есть еще один вариант,— парень потянулся к привязанному прямо под крышкой капота проводу, выдернул из него одну жилку, вытянул вставку, вложил жилку на ее место и поставил вставку обратно.
Крышка заняла свое законное место, рука парня снова нырнула между трубок и проводов.
Громкий хлопок – и двигатель заработал. Зарычала выхлопная труба, запрыгала по крышке, выбрасывая длинные искры, свечка зажигания, еще связанная с крышкой распределителя проводом.
Девушка тут же заткнула ладонью выходящую из воздушного фильтра трубу, и мотор заглох.
— Вот и все,— отметил парень, пальцами завинчивая свечку на место. Натянул на нее провод, выпрямился, стоя на широком бампере (девушка выпрямилась тоже) и закрыл крышку капота.
Подпорки были выдернуты из-под колеса и заняли свое место в инструментальном ящике на боку грузовика. Когда двое заняли места в кабине, подросток широко зевнул и произнес:
— Как же спать хочется!
— Еще бы, третьи сутки на ногах,— ответила девушка,— Ничего, сейчас доедем, загрузим бункер – и отсыпайся хоть сутки, аврал уже стихает. Но завтра в полдень сбор, не забудь. Со сбора выдвигаешься в основную мастерскую, берешь инструмент, список я напишу, и начинаешь расконсервацию средневолновой сети ретрансляторов. Консервов на всякий случай прихвати, ретрансляторы наши стоят в основном в горах, не везде удастся настрелять дичи.
Подросток кивнул, вдавил до пола сцепление и повернул ключ в замке зажигания.
Через несколько секунд грузовик, набирая скорость, покатился по серым шершавым плитам.
Проснулся я, когда часы показывали без четверти девять. Скоур еще спал, а Илаф уже крутился у стола – строгал твердое, как мороженая глина, копченое мясо, выбирал специи. Чугунок и мешочек с крупой уже стояли на столе. Похоже, на завтрак планируется каша с мясом. Учитывая, что мясо тут гарантированно натуральное, без сои и прочих наполнителей, еда очень даже приличная.
— Доброго утра! – не отвлекаясь от готовки, произнес Илаф.
— Доброго! – ответил я, натягивая джинсы и ботинки.
Пробежка до беленого домика на заднем дворе, неспешное возвращение обратно в дом. Вроде времени прошло всего ничего, а Илаф уже успел поставить на печь чугунок, и сосредоточенно нарезал купленный вчера хлеб. Еще на столе объявились куриные яйца, какая-то зелень и копченая колбаса. Явно дорвавшийся до натуральных, без химии, красителей и консервантов, продуктов механик отрывался по полной.
Пока выдалась свободная минутка, я начал набирать «бортжурнал». Доносящиеся от стола и печи аппетитные запахи отвлекали, но тут уже спасали методики концентрации, которым научил еще дней пять назад Скоур. Сухие строки описания событий понемногу укладывались в память КПК, местами перемежаясь описаниями. Местная одежда, нравы, архитектура, быт… когда (не «если»!) вернусь в родной Мир – наверняка напишу на основе этих записей книгу.
Маг проснулся минут через двадцать, крупа как раз успела распариться, а яйца с зеленью на сковороде – прожариться. Илаф, пожелав магу доброго утра, выставил на стол три миски и сноровисто разложил по ним завтрак. Рассыпчатая гречка с местными овощами, мелко рубленым копченым мясом, и к ней – уложенная на толстые ломти хлеба яичница с мелко резаной колбасой. Запивать все это предлагалось местным травяным чаем.
— Илаф, скажи, кто научил тебя готовить? — спросил маг, попробовав стряпню механика.
— Один знакомый, мы с ним полгода вместе работали на обслуживании геотермальной электростанции. Продуктов нам выделили самых дешевых, те же крупы и искусственное мясо, немного соли. Специи кое-какие у напарника были. Времени свободного было много, вот меня напарник и учил готовить.
Уточнять, как у наладчиков оказалось столько свободного времени, чтобы один другого еще и в готовке натаскал, я поленился. Может, все обслуживание заключалось в обновлении программного обеспечения компьютеров, может, наладчики только управляли роботами-ремонтниками. Вариантов, если прикинуть, масса.
— Сегодня у нас срочных задач нет, - обрадовал Скоур, отпив чаю. Закусив терпкий травяной отвар бутербродом, продолжил мысль: — Но чем-то заниматься надо. Писчих принадлежностей на полноценный конспект нет, а диктофон Илафа все тонкости не фиксирует. Отрабатывать аурное видение смысла нет, вы основу уже прочувствовали, а тонкости сами с практикой придут. Клинками помахать тоже не удастся, на звон сбегутся все патрули. Смысла в силовых тренировках тоже нет. Пойдем, что ли, по городу погуляем?